Расколотая - Тери Терри

— Я ужасно зол, — говорит он. Глаза и голос у него убийственно холодные. Ледяные. — Кто-то должен заплатить. Ты. — Он бросает взгляд на Тори, продолжая держать меня на мушке. — Ты сделала, по крайней мере, одну правильную вещь — позвонила мне. Я уже все равно был близко, поэтому поспешил, чтобы посмотреть, что тут за срочность, и что же я нахожу? Ты выпустила пленницу.

Он поворачивается и нацеливает пистолет на нее. Она делается белой как мел.

— Нет, Нико, нет, я...

— Ты отрицаешь, что отперла дверь?

— Нет, но...

— Это моя вина, — говорю я. Он снова разворачивается ко мне.

— А это еще кто? — указывает он на Кэма, который лежит на земле с окровавленной головой.

— Кто-то из школы, я не знаю кто. И кое-что еще. Он выследил меня, хотя никак не мог этого сделать.

— Ты позволила себя выследить? И привела его сюда? — Он с отвращением качает головой. — Какими глупцами я окружен! Кто же заплатит? — Он вздыхает. Нацеливает пистолет на меня, и доктор Лизандер выступает вперед и поднимает руку, собираясь что-то сказать, но я тяну ее назад.

Он взводит курок. Звук выстрела громким эхом прокатывается по лесу.

Снова над нашими головами.

Я стою, оцепенев. Страх. Потрясение. Отвожу взгляд как можно дальше от Кэма, от крови у него на затылке и от своей крови, потому что не могу лишиться чувств сейчас, не могу. Дышу глубоко, стараясь не думать об этом.

Отодвигаю свою фобию в сторону, на потом, чтобы справиться с тем, что сейчас.

— А ты, Рейн. Такой обман. Почему ты сейчас не в Чекерсе, где должна быть?

— Я не смогла этого сделать. Не смогла причинить ей боль. Она не совершила ничего, чтобы заслужить такую смерть.

Он качает головой.

— Глупая девчонка. Если бы она произнесла свою речь, как мы хотели, это стало бы вишенкой на торте. Но тебе нужно было быть там в четыре часа! Идиотка. — Его трясет от ярости.

Но зачем... зачем мне нужно было быть там в четыре? Ведь предполагалось, что я убью ее во время первой церемонии, в доме. Ничего не понимаю. Что должно было произойти в четыре?

Разве что он знал, что у меня не поднимется рука убить маму.

Глаза Нико полыхают яростью.

— После всего, что я сделал для тебя. — Он качает головой, снова направляет на меня пистолет. — Мне следовало бы пристрелить тебя прямо сейчас, но я не буду. Есть причина, знаешь ли, — непринужденно заявляет он. — Ты должна жить, чтобы умереть в другой день. Твоя смерть все еще может принести пользу! Сегодня был для этого идеальный случай, но неважно. В другой раз. Даже если нам придется накачать тебя наркотиками и поддерживать под руки, мы позаботимся, чтобы пленка запечатлела тебя навечно: ангелоподобная белокурая Зачищенная девушка убивает людей и кончает жизнь самоубийством.

Я качаю головой, не понимая, от ужаса не в силах ни двигаться, ни говорить.

— Разумеется, теперь понятно, — подает голос доктор Лизандер. — Вы хотите публично доказать, что Зачищенные способны на насилие, чтобы одним махом ударить по всему, что делают лордеры. Но как же все остальные Зачищенные? Что будет с ними?

Понимание наконец просачивается сквозь оцепенение и страх.

— Лордеры увидели бы во всех нас опасность. Они не знали бы, кто кем может обернуться. И что бы они сделали?

— Любые жестокости, совершаемые лорде- рами, льют воду на нашу мельницу. Дают нам больше сторонников. Тори, — рявкает он. — Запри этих двоих вместе.