Первая Мировая. Война между Реальностями - Сергей Переслегин

«По сведениям штаба Сарыкамышского отряда гарнизон Сарыкамыша состоял всего из двух (588-й и 597-й) ополченских дружин. Обе дружины состояли из ополченцев старших возрастов; офицеров в этих частях было мало, и все они были призванными из запаса. Кроме того, в Сарыкамыше имелось два эксплуатационных батальона, а к вечеру 11 декабря туда прибыли совершенно случайно, направляясь в тыл для формирования 23-го туркестанского стрелкового полка, взводы от каждого полка 2-го туркестанского корпуса и два легких орудия того же корпуса.

Появление артиллерии у русских в Сарыкамыше произошло случайно. Вследствие начавшегося в русской армии уменьшения числа орудий в батарее с восьми до шести, изъятые из частей орудия направлялись в Тифлис для формирования новых батарей и 11 декабря прибыли в Сарыкамыш».

Эти случайности требуют некоторого объяснения. Русское командование ни 10, ни даже 11 декабря не раскрыло замысел Энвер-паши. Соответственно, оно и не предпринимало никаких мер. Но Сарыкамыш был единственным транспортным узлом в тылу кавказской армии. Поскольку армия представляет собой живой организм, в ней всегда происходят какие-то перемещения сил, техники, отдельных людей, в том числе по болезни или по личной надобности. Если армия имеет единственную точку связности, в этой точке всегда кто-то находится, вернее, кто-то всегда через нее проходит. Так что конкретные перечисленные соединения оказались в Сарыкамыше случайно, но само наличие там некоторых сил, включая артиллерию, было вполне закономерно.

Одиннадцатого декабря Мышлаевский проявил некоторое беспокойство развитием ситуации. Увы, реакция русского командования была естественной и бесполезной – контрудар Сарыкамышского отряда по 11-му турецкому корпусу. Уже к ночи эта операция была прекращена.

Двенадцатого декабря ольтинский отряд и ополченцы отброшены к Ардагану. Мышлаевский начинает понимать глубину обходного маневра противника и серьезность сложившейся обстановки. Нужно срочно отводить корпуса Берхмана и Юденича (2-й сводный), усиливать оборону Сарыкамыша всем, чем можно, и во чтобы то ни стало держать город и станцию.

Ближайшим частям нужно минимум сутки, чтобы добраться до Сарыкамыша.

Днем 12 декабря Мышлаевский звонит в Сарыкамыш и требует позвать к телефону «любого старшего офицера». На вокзале проездом находился полковник Генерального штаба Букретов, который прибыл последним поездом и направлялся к месту службы во 2-ю кубанскую пластунскую бригаду. Мышлаевский приказал Букретову оборонять Сарыкамыш.

В городе, кроме гарнизонных частей, оказалось 200 прапорщиков, которые окончили Тифлисскую школу и были назначены в отряд Берхмана, взвод пехоты 2-го туркестанского корпуса, обозники, пограничники, железнодорожники и, кажется, пожарники. Правда, вооружены они были берданками с 15 патронами на ружье.

Обстановка на 12 декабря

Схема 2. Расположение сторон 12 декабря

«13 декабря Сарыкамыш оборонялся отрядом в составе 588-й и 597-й дружин государственного ополчения, 2 сводных рот туркестанцев, 3-й пешей и 2-й конной сотен пограничной стражи, 2-й кавказской железнодорожной роты, 2 эксплуатационных батальонов, 102-й ополченской сотни, 8 пулеметов и 2 орудий. Утром 13 декабря было доставлено из крепости Карс еще восемь пулеметов, предназначенных для вооружения 12-го пластунского батальона 2-й кубанской пластунской бригады. Ополченские части были малочисленны вследствие убыли и побегов. Затем имелось несколько команд запасных и обозных под командой прапорщиков, примерно 600 солдат при 2 офицерах, перевезенных на подводах 13 декабря из района Сырбасан в Сарыкамыш».

Ополченцы разбежались, но Букретов сдерживал наступление турок, медленно отступая к железнодорожному вокзалу. К вечеру его отряд усилил 1-й запорожский казачий полк с 4 орудиями, который двигался рысью по заснеженным горным дорогам, а потом и 1-й батальон 80-го пехотного полка. Командир батальона сообщил, что турки уже вышли на шоссе Сарыкамыш – Карс.

Сарыкамыш, 13–14 декабря

К вечеру 13 декабря в бою под Сарыкамышем собралось до 7 3/4 батальона (из них до 75 % малоподготовленных), 7 сотен, 6 орудий. Противник имел 18 батальонов.

Русским нужно было удержать город, туркам обязательно нужно было его взять. Для обеих сторон речь шла не о победе – о выживании. Солдаты 9-го турецкого корпуса замерзали в открытом поле, их мог спасти только стоящий в ущелье Сарыкамыш, где было жилье и тепло.

«Люди с промокшей легкой обувью, пройдя 12 декабря большое расстояние по глубокому снегу, расходились на ночлег после боя с русской колонной в районе равнины Малаган; многие из них замерзли. Трупы аскеров (солдат), почерневшие от мороза, обозначали утром 13 декабря расположение бивуаков, образовывая вокруг потухших костров широкие круги. Из частей, разбросанных вдоль дороги, было много отставших, которых утром 13 декабря оказалось вместе с замерзшими в лесу около 50 % состава 29-й пехотной дивизии (…). Войска утратили дисциплину, разбредались, ложились отдыхать на тяжелых подъемах, засыпали, заносились снегом и замерзали.

Особенно много замерзло бойцов, когда дивизии вышли на широкий водораздел, где войска подверглись пронизывающему ветру, поднимавшему поземку и заглушавшему подаваемые команды. Солдаты растянулись по тропе, которая была показана на имевшихся у турецкого командования картах неправильно. Многие солдаты, оставляя дорогу, самовольно уходили из строя, спускались в боковые ущелья, где пытались найти укрытия от непогоды в летних загонах для скота.

На склонах массива Алла-икпар в этот день турками было потеряно более 10 000 человек замерзшими».

Энвер-паша запросил помощь 10-го корпуса, преследующего Ольтинский отряд. Корпус повернул назад, в результате его 32-я дивизия вышла к Бардусу, то есть оказалась в тылу 9-го корпуса.

14–15 декабря 1914 года

В ночь на 14 декабря русская разведка захватила в плен начальника штаба 29-й турецкой дивизии. Утром Мышлаевскому доставили копию приказа Энвер-паши на осуществление Сарыкамышской операции. Одновременно ему доложили, что еще днем предыдущего дня 10-й турецкий корпус вышел к Ново-Селиму и подорвал там санитарный поезд. Шоссе и железная дорога Карс—Сарыкамыш перерезаны.