Нефтяной король. Секретная жизнь Марка Рича - Дэниел Амманн

К концу 1992 г., через 11 лет после того, как прокуратура Южного округа Нью-Йорка начала свое расследование, репутация Рича была серьезно подорвана. Его имя стало символом жадности и неразборчивости в средствах. Ему выдвинули обвинения в США, и американские федералы преследовали его по всему миру. Конгресс во всеуслышание критиковал его предприятия. $172 млн, потерянные из-за неудачной цинковой сделки, поставили его империю в тяжелое финансовое положение. Он больше не мог закрывать глаза на то, что его дни как единоличного правителя компании сочтены. «Случись что-то с Марком Ричем, что будет с его компанией?» — начали спрашивать банкиры. Трейдеров Рича также волновало будущее фирмы. «У многих было чувство, что завтра нас здесь уже может и не быть», — сказал мне один из них. Они начали давить на своего босса, чтобы он вернул Вилли Стротхотта. И хотя никому не нравилось его высокомерие, Стротхотту удалось заслужить уважение трейдеров. Считалось, что лишь он может вернуть компании стабильность.

Поначалу Рич противостоял уговорам вернуть человека, который пытался его свергнуть, но многие из старших трейдеров компании стали угрожать уходом. Это был двойной риск: потерять еще больше хороших сотрудников, которые, скорее всего, стали бы его серьезными конкурентами. В те дни многие наблюдатели вспомнили события 1974 г., когда Марк Рич и Пинки Грин ушли из Philipp Brothers из-за упрямства их босса. Этот шаг оказался началом конца бывшего нанимателя Рича. Однако в эти тяжелые времена Ричу не изменило одно из его важнейших качеств. По мнению коллег, Рич лучше многих других реагирует на сложные ситуации. Даже в критический момент он способен на трезвый анализ и рациональные действия. Рич повел себя как все хорошие трейдеры и отодвинул эмоции в сторону. Он осознал, что принял неправильное решение и теперь должен все исправить.

В начале марта 1993 г. Рич снял трубку и набрал номер Вилли Стротхотта, который проводил отпуск во Флориде, играя в гольф. «Возвращайся», — попросил его Рич. «Я вернусь, — ответил Стротхотт, — но на собственных условиях». Стротхотт потребовал, чтобы Рич отказался от решающей доли в компании. Это было условие, с которым тот уже внутренне согласился, — и оно было принято. Марк Рич был готов продать дело всей своей жизни. «Наступил момент, — говорит он, — когда я почувствовал, что с меня хватит».

В тот ноябрьский день 1993 г. в Цуге было очень морозно и снежно. Сквозь снег прорывались в Швейцарию 39 самых важных людей в Marc Rich + Co. Они прилетели со всех уголков света на встречу в Parkhotel Zug. Вилли Стротхотт собрал их, чтобы сообщить подробности выкупа компании ее руководством, а также для голосования о будущем компании. В подготовленном соглашении говорилось, что доля Марка Рича в компании на протяжении нескольких лет будет постепенно уменьшаться. В свою очередь, руководство и высокопоставленные менеджеры компании будут постепенно выкупать акции Рича. 29 ноября 1993 г. Рич подписал соглашение примерно с 200 своими сотрудниками.