Сердце королевы - Кристина Кашор

– Подождите, – сказала она.

Стражники по обе стороны от преступника остановились и снова повернули его к ней лицом. Она пристально оглядела заключенного. Тот пытался посмотреть на нее, но не мог сфокусировать взгляд.

Он был отвратителен и совершил ужасный поступок. Но неужели никто не чувствовал нутром, что что-то здесь не так?

– Прежде чем его казнят, мне бы хотелось, чтобы моя целительница Мадлен осмотрела его и выяснила, в здравом ли он уме. Я не желаю казнить человека, неспособного разумно мыслить. Это несправедливо. И еще я настаиваю, что нужно хотя бы попытаться найти причину столь необъяснимого поведения.

Остаток дня Раннемуд и Тиэль были нарочито любезны с нею, но избегали заговаривать друг с другом. Между ними чувствовалось напряжение. Не поругались ли они? Советники вообще когда-нибудь ссорились? Ей никогда еще не случалось этого видеть.

– Ваше величество, – вдруг сказал Руд ближе к вечеру, когда на мгновение остался с ней наедине. Руд определенно ни с кем не ругался. Он ходил с робким видом и старался вовсе избегать людей. – Ваша доброта меня радует.

От такого признания у Биттерблу будто отнялся язык. Она-то знала, что никакой доброты в ней нет. Лишь невежество в большинстве вопросов, беспомощность перед лицом непостижимого, беспомощность перед лицом знаний, в которых она не могла признаться, лживость – и желание быть деятельной, логичной, полезной. Если возникала ситуация, в которой добро и зло казались ей очевидными, она хваталась за нее изо всех сил. Жизнь давала так мало якорей, что нельзя было упускать ни одного.

Она надеялась, что собрание Совета станет еще одним якорем.

В полночь Биттерблу тихонько спустилась по лестнице и тускло освещенными коридорами прокралась к покоям Катсы. Стоило ей подойти к двери, как та распахнулась и на пороге возник По. Это были не привычные покои Катсы. Обычно она жила в комнатах по соседству с По, недалеко от Биттерблу и ее личных гостей, но По почему-то устроил так, чтобы Катсу поселили в южном крыле замка, и сообщил Биттерблу, как туда добраться.

– Сестра, – сказал По, – ты знала, что за ванной комнатой Катсы есть потайная лестница?

Через пару мгновений Биттерблу уже с изумлением наблюдала, как По и Катса забираются в ванну. Надо сказать, даже сама ванна изумляла: она была выложена яркой плиткой, украшенной пестрыми насекомыми, которые выглядели столь натурально, что Биттерблу удивилась, как вообще в ней можно спокойно мыться. По дотянулся до пола за ванной и на что-то нажал. Послышался щелчок. А потом часть мраморной стены повернулась внутрь, открывая узенький низкий проход.

– Как ты его нашел? – спросила Биттерблу.

– Он ведет в галерею искусств и дальше, в библиотеку, – объяснил По. – Я заметил его в библиотеке. Туда мы и идем.

– Там лестница?

– Да. Винтовая.

«Ненавижу винтовые лестницы».

Все еще стоя в ванне, По протянул руку.

– Я пойду перед тобой, – сказал он, – а Катса будет позади.

Спустя несколько минут, полных паутины, пыли и чихания, Биттерблу открыла маленькую дверь в стене, отодвинула гобелен и ступила в королевскую библиотеку. Они оказались в глухом алькове. Массивные книжные шкафы темного дерева возвышались перед ними, словно деревья, источая затхлый, живой, тлеющий запах леса. Медные, коричневые и оранжевые книги казались листьями; высокие потолки были выкрашены в синий цвет.

Биттерблу покружилась на месте, разглядывая все вокруг. Она уже и забыла, когда в последний раз была в этой библиотеке, и все же помнила ее именно такою.