Ожог от зеркала - Александр Доставалов

* * *

– Подожди здесь, – попросил цветного Тарас, и Никита уселся на циновку, убрав под себя ноги. Служанка, почуяв что-то необычное, с тревогой поглядывала на учеников своего господина. Тарас успокаивающе помахал ей рукой и вошёл в рабочую комнату.

Старый маг сидел за книгой. Взглянув на вошедшего, снова вернулся к чтению. Перед ним было несколько стеклянных пробирок, в крайней что-то дымилось. Ольга, стоявшая рядом, раскладывала по доске с крохотными лунками нечто вроде рыбьих чешуек. Не чешуя – ногти, пригляделся школяр. Впрочем, всё это не имело сейчас значения. Он жестом попросил Ольгу выйти. Та сделала удивлённое лицо, но повиновалась. Маг отложил своё чтение.

– Фарсал. – Голос Тараса был непривычно жёстким. – Мне нужно задать вам вопрос.

– Слушаю.

– Насчёт браслетов. Как я могу проверить эту информацию?

– Ты, надеюсь, понимаешь, что твой вопрос не является для меня неожиданностью?

– Да, конечно.

– Выбирай. – Фарсал закрыл книгу и даже не заложил страницу. Резная закладка осталась лежать на краю столешницы. – Либо я подниму тебя – локально, конечно, до высочайшего проверочного заклятия. Струны ты почувствуешь. Утром будет нечто вроде похмелья и синдром усталости, другого негатива нет. – Фарсал смотрел прямо в глаза Тарасу. Школяр ждал продолжения. – Либо раскрою свою ауру. Это будет неприятно мне, но зато ты сразу и без последствий увидишь все оттенки искажения информации.

Тарас кивнул:

– Ваш цветный провёл меня через эту процедуру.

Фарсал удивлённо поднял бровь:

– Ты не говорил об этом.

– Не хотелось вспоминать.

Старый маг встал.

– Выбирай сейчас. До струнного клубка осталось слишком мало времени.

Тарас заколебался. Решение уже сложилось, но теперь, когда его начали торопить, он едва не передумал. Фарсал молчал, возможно, почувствовав свою ошибку.

– Ладно, – наконец решился Тарас. – Не нужны мне проверки. Ни та, ни другая. Я верю вам на слово.

Фарсал удовлетворенно качнул головой:

– Это лучшее решение.

– Вы уже знаете, что я скажу? – выдавил школяр.

– Предполагаю, – сказал его учитель. – Но ты всё равно скажи. Я могу и ошибаться.

– Я хочу отдать вам один из браслетов. – На лбу у Тараса выступил пот. Его голос дрогнул, но потом выровнялся. – И хочу узнать, как лучше это сделать. А другой я бы отдал Никите. Не нужно мне лишнего. – Он опустил было глаза, но теперь снова смотрел прямо на Фарсала. Старый маг улыбался.

Затем он подошёл к Тарасу и обнял своего ученика:

– Ты достоин величайшей похвалы, юноша. Мало кто способен на такой дар. – Он снова привлёк к себе Тараса. – Я принимаю его с благодарностью. Подними руку.

Тарас оголил запястье, на котором переливались три нитки цветных камней.

– Я бы взял вот эту, – сказал Фарсал, показывая на нить из Девичьей башни.

– Как мне её передать? – хмуро спросил Тарас.

– Просто сними. И всё.

Школяр, не раздумывая, снял с запястья камни.

– Отдаю их вам по доброй воле и навсегда, – сказал он, протягивая Фарсалу браслет.

– Благодарю тебя, брат, – неожиданно ответил Фарсал и надел камни на руку.

Некоторое время он молчал, прислушиваясь к ощущениям. Затем поднял глаза, в которых исчезла примесь желчи. В уголке одного из них даже появилась слеза.

– Благодарю, брат, – снова сказал Фарсал и обнял своего ученика. Затем указал рукой на соседнее кресло.

– Почему брат? – спросил Тарас.

– Потому что теперь мы с тобой тоже цветные. В деталях объясню позже. И говори мне «ты».

– А Никите можно так же отдать?

Фарсал отрицательно покачал головой.

– Я много лет готовился к тому, что у меня окажется один из артефактов. А Никита пока не сумеет. Постарайтесь чаще сидеть так, чтобы запястья соприкасались. Кроме этого, ещё рассвет... Впрочем, остальное сейчас затевать не стоит. Зови Никиту и Ольгу. – Фарсал вздохнул. – У нас очень мало времени.

– Вы считаете, будет покушение?

– Наш спектр смотрится как слабенький, на четыре камня. Основной носитель – недоучившийся школяр. Это заманчиво. Очень лакомый кусок.

– Но теперь мы стали сильнее.

– Значительно сильнее. Но мы не давали объявление в листок новостей. Так, мол, и так. Тарас отдал Фарсалу один из браслетов. И мы стали сильнее. Ацтек не настолько чувствует камни, чтобы отслеживать, какой из них на чьей руке.

– Стало быть, искушение ударить сохраняется.

– Я бы сказал, оно удвоилось. У них наверняка есть информация и о Лизо. А валч сейчас слаб.

– Насколько слаб? – спросил Никита.

– Ну, в целом их спектр по-прежнему сильнее нашего. В магическом поединке... мы бы, вероятно, уступили. Но у нас были бы неплохие шансы. Примерно в две кости.

– Одна треть? – перевёл со сленга Колледжа Тарас.

– Именно. Так что выяснять отношения с валчами я бы не советовал. А вот ацтек... – Фарсал задумался. – Ацтек вполне может счесть этот момент подходящим. С его точки зрения, в Стамбуле сейчас сразу два слабых объекта. Да ещё вероятность, что мы пустим друг другу кровь...

– Вы так легко...

– Ты.

Тарас замешкался. Он пока не успел привыкнуть к новому статусу.

– Ты так легко можешь предсказать поступки ацтека?

Фарсал покачал головой.

– Нет, конечно. Но в том, что касается нас, ходов у него немного. Гадание однозначно говорит, что нависли какие-то события. Очень серьёзные события. И я размышляю, может ли в них участвовать ацтек.

– Покушение. Ты думаешь, случится покушение.

– Ну да. Не город же ему штурмовать. Он подошлет карлика-ассасина или посадит на крышу бойца с мушкетом с хорошей оптикой... Механику тоже нельзя сбрасывать со счетов.

– Это что, с обычной пулей, что ли?

– Ты зря так высокомерен, Тарас. Последнее время в механике мушкетов неплохой прогресс. Эта «обычная пуля» появляется вдруг, и поставить блок ты просто не успеваешь. А стандартный отвод в сторону здесь не поможет. Если пуля идёт в лоб, то полвершка проблему не решают.

– То есть отвороты на отвод не сработают?

– Если стрелок бьёт точно и внезапно, то нет. Вспомни Зенона, убитого в спину обычной стрелой.

– Что же делать? Подождите... Подожди, есть же заклятия и на останов. В которых пуля просто вязнет.

Фарсал вынул из кармана шёлковый платок, свёл щепотью персты – меж них вспыхнул огонёк, и поджёг лоскут. Приняв это пламя в ладони, он по-особому, с разрядкой, перещёлкнул пальцами, наведя на Тараса ковшичком одну из рук. Школяр почувствовал, как все звуки стали глуше.