Дозоры. От Ночного до Шестого - Владимир Васильев

– Да не признавай, не надо! – махнул рукой Антон. – Я ведь не ребенок. Но нам появление безумного Темного мага страшной силы – точно не нужно.

– И нам не нужно, – заявил Эдгар. – Это, считай, война. По полной программе. То есть Апокалипсис.

– Значит, Братьям Регина соврали, – согласился Антон. – Убедили атаковать Бернское бюро, похитить Коготь, прилететь в Москву… но зачем? Чтобы подпитать Зеркало?

«Быстро соображает», – мысленно отметил Эдгар. Но покачал головой, на ходу подыскивая великолепное возражение:

– Какая чушь! Мы узнали, кто такой Виталий Рогоза, лишь когда Коготь был уже похищен, а четверо уцелевших боевиков – на пути к Москве.

– А ведь верно! – воскликнул вдруг Антон. – Ты прав, Темный! Появление Зеркала невозможно предсказать, оно – стихийное порождение сумрака. А официальное коммюнике Инквизиции утверждает, что секта начала готовиться к штурму хранилища артефактов за две недели до происшествия. Рогозы тогда еще не было в природе… точнее, был, но не он, а обычный человек, которого впоследствии видоизменил сумрак…

Эдгар закусил губу. Выходило так, будто он подсказал что-то Светлому… поделился информацией или просто навел на правильную мысль. Ой, плохо… Хотя почему плохо? Он тоже не прочь разобраться в ситуации. Ему это тоже жизненно важно. Эдгар подумал вслух:

– Может быть, кто-то хотел выгнать бюро Инквизиции из Берна?

– Или решил перевести его в Прагу…

Они задумчиво уставились друг на друга – Светлый и Темный маги, одинаково заинтересованные в понимании происходящего. Подошел было официант, но, увидев, что пиво еще не допито, занялся обслуживанием американцев.

– Как вариант, – согласился Эдгар. – Но сама операция с Когтем нам была не нужна! Даже не думайте приписывать нам подобную чушь!

– Но может быть, – вдруг сказал Антон, – вам нужно было сорвать какую-то операцию… нашу операцию? И тут уж Коготь Фафнира послужил в полной мере?

Эдгар проклял себя за болтливость. Проклял, конечно же, фигурально. Ни один Темный маг не посадит себе на голову воронку инферно.

– Чушь, какая еще операция… – начал он. И тут же сообразил, что, начав неожиданно защищать Ночной Дозор, фактически подтвердил догадку Антона.

– Спасибо, Иной, – проникновенно сказал Светлый.

Не прекращая мысленно отвешивать себе оплеухи, Эдгар поднялся. Верно говорят: сел за стол со Светлым – отрежь язык и зашей рот проволокой!

– Мне пора, – заявил он. – Было очень приятно… поговорить.

– Взаимно, – согласился Антон. И даже протянул руку.

Отказываться от рукопожатия было глупо. Эдгар пожал протянутую ладонь, бросил на стол бумажку в пятьсот крон и торопливо вышел.

Антон улыбался ему вслед. Приятно все-таки напугать Темного мага, да еще из первой десятки Дневного Дозора. Этот толстяк-дозорный явно решил, что открыл ему какую-то страшную тайну… хотя ничего он не открыл, и версия, предложенная Антоном, была глупой и даже если при этом случайно правильной – ничего толкового Антон не узнал…

Он покосился на официанта, сделал жест, будто пишет пальцем по раскрытой ладони. Через минуту ему подали счет.

С положенными чаевыми вышла тысяча двадцать крон.

Ох уж эти Темные…

Хоть по мелочи, но сэкономил. После всех насмешек в адрес небогатого Ночного Дозора и незримого гнутья пальцев…

Расплатившись, Антон встал (пиво все-таки давало о себе знать – тело приобрело приятную, но одновременно и тревожащую расслабленность) и вышел из «Черного орла». К Староместской площади, где у него была назначена встреча с сотрудником Европейского бюро Инквизиции, он успевал едва-едва.

Здесь всегда было много туристов.

Особенно в начале каждого часа, когда на башне начинали бить старинные астрономические часы. Открывались парные окошечки, и в них появлялись фигурки апостолов, выдвигались вперед, будто обозревая площадь, уходили обратно, в недра механизма. Неутомимый дозор Староместской площади…

Антон стоял среди туристов, засунув руки в карманы – пальцы все-таки мерзли, а перчатки он почему-то никогда не любил носить. Вокруг тихо жужжали видеокамеры, щелкали затворы фотоаппаратов, разноязыкая толпа обменивалась впечатлениями от посещения очередного обязательного аттракциона. Ему даже казалось, что он слышит скрип мозгов, ставящих галочку на туристической карте Праги. «Посмотреть на часы – выполнено».

Почему он невольно идет в этой безликой толпе, точно так же мысленно отмечая пункты программы?

Инерция мышления? Лень? Или неистребимое стадное чувство? Вот Темные, наверное, не ходят в общей толпе…

– Нет, я тебя не понял, – прозвучало где-то в паре шагов. – Я на отдыхе, слышь? Ты сам решить не можешь?

Антон скосил глаза на соотечественника. Особой радости это не принесло. Земляк был крепок телом, широк в плечах, щедро озолочен. Дорогие костюмы он носить уже научился, а вот повязывать галстук от Hermes – еще нет. Нет, конечно, галстук был завязан, но таким «колхозным» узлом, что стыдно было на него смотреть. Из-под расстегнутого пальто из бордового кашемира торчал смятый шарф.

Новый русский поймал его взгляд, поморщился, пряча мобильник, и снова уставился на часы. Антон отвел глаза.

Третье поколение, как обещают аналитики. Надо дождаться третьего поколения. Внук этого разбогатевшего и ухитрившегося остаться живым бандита будет вполне приличным человеком. Надо лишь подождать. И в отличие от людей Иные могут ждать поколениями. Их работа длится веками… во всяком случае, работа Светлых.

Это Темным легко внести необходимые изменения в сознание людей. Путь Тьмы всегда короче пути Света. Короче, легче, приятнее.

– Антон Городецкий, – сказали из-за спины. Язык для говорившего был явно неродным, но известным в совершенстве.

А уж интонации ни с чем спутать было невозможно. Отстраненные, чуть скучающие интонации Инквизиторов.

Антон обернулся, кивнул, протянул руку.

Инквизитор, похоже, был чехом. Высокий человек неопределенного возраста, в теплом сером плаще, шерстяном берете с забавной заколкой в виде охотничьих рожков, ружей и оленьей головы. Его почему-то очень легко было представить в сумрачном осеннем парке: медленно идущим по толстому ковру уже побуревших листьев, задумчивого, печального, напоминающего погруженного в размышления шпиона.

– Витезслав, – сказал Инквизитор. – Витезслав Грубин. Идемте.

Они вышли из толпы легко – люди почему-то расступались перед Инквизитором, хотя тот не прибегал к способностям Иного. Побрели по узкой улочке, постепенно удаляясь от праздных туристов.

– Как добрались, Антон? – поинтересовался Витезслав. – Отдохнули, пообедали?

– Спасибо, все хорошо.

Проявление вежливости со стороны Инквизитора, пусть даже формальное, было неожиданным и приятным.