Ошибки прошлого, или Тайна пропавшего ребенка - Диана Чемберлен

На телевизионном экране ее мать выглядела маленькой и хрупкой. Она похудела и, возможно, также обезумела. Она была там? Где? Что она имела в виду?

– О чем, черт побери, она говорит? – спросил Кен. – Это моя история! Ей нечего соваться в нее.

Коринн вспомнила о куче телефонных сообщений. Не в этом ли была причина ее звонков?

– Ты что-нибудь рассказывала ей о том, что я накопал? – В голосе Кена звучало обвинение.

– Я даже не разговаривала с ней, – сказала Коринн. Они стояли перед телевизором в спальне, она обнимала его, вцепившись в ткань его майки. – И ты, разумеется, не обнаружил ничего такого, что оправдало бы Тимоти Глисона, ведь так?

– Нет, черт побери.

– Может быть, кто-нибудь по секрету рассказал ей о чем-то, – предположила Коринн. – Знаешь, она же работает консультантом. И теперь ей кажется, что она должна донести это до публики.

– Ну, было бы лучше, если бы…

– Ш-ш-ш, – прошипела Кори, когда перед камерой внезапно появилась Лоррин.

– Я нахожусь в доме психолога-консультанта Эвы Эллиотт из Виргинского университета в Шарлотсвилле, где Эва впервые обнародовала информацию, касающуюся дела Тимоти Глисона. Эва, что ты имеешь в виду, говоря, что ты была там?

Ее мать прокашлялась.

– Я была там, когда умерла Женевьева Расселл, – сказала она.

– Она совсем рехнулась, – сказал Кен.

– Ш-ш-ш, – снова прошипела Коринн.

– Где это произошло? – спросила Лоррин.

– В хижине на Ньюс-Ривер, недалеко от Нью-Берна.

– Там, где были найдены останки миссис Расселл?

– Да.

– Как ты там оказалась?

Лицо ее матери, смотрящей в камеру, внезапно побледнело, и Коринн узнала это выражение лица: паника. Как часто ей приходилось видеть его в зеркале.

– Как ты познакомилась с братьями Глисонами? – попыталась задать новый вопрос Лоррин.

Ее мать взглянула на Лоррин и потом как будто взяла себя в руки.

– Я познакомилась с Тимом, когда я… – Она умолкла и покачала головой. – На самом деле меня зовут не Эва Эллиотт, – внезапно проговорила она. – При рождении мне было дано имя Кики Уилкс, и я познакомилась с Тимом Глисоном, когда мне было шестнадцать лет… мы встречались с ним.

– О господи, Кен, она сошла с ума, – недоверчиво сказала Коринн.

– Я помогла ему и его брату осуществить план похищения Женевьевы Расселл, – сказала она.

На какой-то момент показалось, что Лоррин лишилась дара речи.

– Почему? – спросила Лоррин. – Что заставило тебя помогать им?

– Я… – Ее мать облизнула губы. – Тим солгал мне, когда говорил о своей сестре, сидевшей в тюрьме… он сказал, что ее приговорили по ошибке. Я была так глупа… и наивна… что поверила ему и согласилась помочь.

– Как ты помогала им?

– Предполагалось, что я буду сторожить Женевьеву в хижине. Давая показания в суде, Тим говорил, что они с Марти оставили ее там одну и к моменту их возвращения ее там не было, но он сказал так, желая защитить меня… или, скорее, защитить Кики Уилкс. – Она потерла затылок. – Он не знает, кто я теперь. Не знает, кем является Эва Эллиотт.

– Она чокнулась, – прошептала Коринн. – Кто угодно мог бы это сделать, только не она… – Кори замолчала, когда ее мать снова заговорила.

– У нее начались схватки, а я была с ней одна, – сказала мать. – Ей оставалось около месяца до родов, и Женевьева сказала мне, что после рождения первого ребенка у нее были проблемы с кровотечением. Такое случается с рыжеволосыми женщинами.

– Вот откуда она взяла эту чушь про рыжеволосых, – сказал Кен.

– Ты приняла роды? – спросила Лоррин, и Коринн послышалось недоверие в ее голосе.

Мать кивнула.