Ошибки прошлого, или Тайна пропавшего ребенка - Диана Чемберлен

– Однако ты обязана, – сказала Дрю, и в первый раз за последнее время Эва почувствовала, что у нее отлегло от сердца, пусть даже самую малость. Дрю, еще не вышедшая из подросткового возраста, стала для Эвы тем спасительным якорем, который помог ей сохранить ясность ума, и ее очень тронула поддержка дочери.

– Ты понимаешь? – спросила она.

– О, безусловно, мама. – Голос Дрю глухо звучал сквозь слезы. – Я тебя отлично понимаю. Просто я… тем не менее это все-таки ужасно. Но Кори… Я боюсь того, как она это воспримет. Ей и так пришлось нелегко с… – Дрю снова заплакала, и Эва пожалела о том, что у нее нет волшебной палочки, способной избавить ее дочь от боли. – Ты должна поговорить с ней, прежде чем что-либо предпринять, – проговорила наконец Дрю.

– Я пытаюсь, но она не хочет отвечать на мои звонки.

– Она на весь день отключает телефон, когда находится в школе, – сказала Дрю.

– Возможно, я могла бы позвонить в администрацию?

– Возможно. – По голосу Дрю было понятно, что она не уверена. – Или же я могу попробовать дозвониться ей в школу и сказать, чтобы она перезвонила тебе, хочешь? – предложила Дрю. – Кори ответит на мой звонок.

– Спасибо, милая, – сказала Эва. – И спасибо за… то, что ты согласна со мной.

Эва повесила трубку и секунду пристально смотрела на нее, моля о том, чтобы позвонил адвокат Джека. Она взглянула на часы – время бежало слишком быстро. Получил ли адвокат ее сообщение? На экране телевизора трещали репортеры, заполняя эфирное время тем, что представляли разные мнения и предположения в ожидании того момента, когда можно будет сообщить что-то конкретное. Когда камеры показали панораму площади у здания суда, она удивилась, увидев, что на улице припаркован фургон 29-го канала. Впрочем, это имело смысл. Телевизионная станция Шарлотсвилла освещала эту историю на всем ее протяжении. Как сказала Лоррин, это была горячая новость.

Зазвонил телефон, и она схватила трубку.

– Алло?

– Это Дрю. Мне сказали, что Кори в музее со своим классом и они не могут дозвониться до нее.

На какой-то момент Эва забыла о своем собственном обещании.

– Здо`рово, – сказала она. – Хорошо, что она смогла пойти с ними на экскурсию, правда? – Кори сделала шаг вперед, а то, что она собирается рассказать ей, может отбросить ее на сто шагов назад.

– Да, я удивилась, – сказала Дрю.

– Ты не хочешь оставить ей голосовое сообщение на сотовом телефоне с просьбой позвонить мне, как только она сможет? – спросила Эва. – Я оставила ей полдюжины сообщений, но она с большей вероятностью ответит на твое.

– Я так и сделаю, – сказала Дрю. – И я скоро приеду. Мне кажется, ты слишком измучена, мама. Прошу тебя, не натвори никаких глупостей.

– Я уже натворила глупостей, Дрю. Давным-давно.

Эва повесила трубу и вернулась к телевизору, пытаясь отыскать Кена среди репортеров и в толпе народа. Она снова заметила фургон 29-го канала.

Лоррин. Внезапно ее мозг заработал с бешеной скоростью: схватив телефон, она набрала номер линии прямой связи Лоррин на 29-м канале.

– Лоррин Бейкер, – раздался голос Лоррин.

– Это Эва, Лоррин. – Она почувствовала большое облегчение, дозвонившись до подруги. – Ты подумаешь, что я свихнулась, – сказала она, – но я располагаю информацией о том, что Тимоти Глисон не виновен в убийстве Женевьевы Расселл, и пока я не пала духом, мне нужно обнародовать ее.