Такое запутанное дело. Когда конец близок - Фрэнсис Дункан

– Хардин выдвигал свои условия? Не пытался сбить цену? Вам не показалось, что он ограничен в средствах?

– Хардин не произвел на меня впечатления человека, стесненного в деньгах. Он не цеплялся к мелочам и после первой же оценки принял все условия. По правде сказать, сделка прошла легко, переговоры велись в самом дружеском тоне.

– Хардин сам занимался всеми вопросами? – Бойс нерешительно замолчал, будто подыскивая подходящие слова. – Полагаю, вы знали, что он холост. Доктор всегда приходил на встречи один? Вы, случайно, не видели его с кем-либо из родственников или близких знакомых? Возможно, он упоминал о них?

– Ничего такого. Насколько я понимаю, он был чужаком в чужой стране. Хардин столько лет жил за границей, что растерял своих друзей здесь, в Англии. Он наткнулся на старого друга времен студенчества, о котором я рассказывал. Вы знаете, как порой бывает. Теперь я вспомнил: Хардин обмолвился, что у него не осталось близких родственников.

– Видимо, поэтому он дал объявление, что ищет экономку, как только переехал?

– Да, я смог порекомендовать ему приходящую прислугу на неделю-другую, но Хардин вскоре после переезда нанял постоянную экономку.

– Вероятно, вы продолжали поддерживать связь, сэр?

– Ну, поначалу да. Если возникали вопросы относительно практики, он обращался ко мне, но лишь в первое время, пока окончательно не встал на ноги, так сказать. Однако нас не связывали приятельские отношения. Хардин никогда не приезжал сюда, а я не заглядывал к нему в свой старый дом. – Доктор Ридли пожал плечами. – Знаете, подобные краткие знакомства легко сходят на нет. Они забываются так же быстро, как дружба, завязавшаяся в отпуске на курорте. Мы обменивались рождественскими открытками год или два, но на этом все и закончилось. Честно говоря, я давно и думать забыл о докторе Хардине. Вспомнил о нем, когда увидел заметку во вчерашнем «Курьере». Боюсь, от моей истории вам не слишком много проку, – прибавил он извиняющимся тоном. – Жаль, что я не сумел помочь вам.

– Не беспокойтесь, сэр, все в порядке, – отозвался Бойс с бодростью, которой вовсе не испытывал. – Итак, положение дел таково: вы не видели доктора Хардина уже несколько лет, а когда поддерживали отношения с ним, не были настолько близки, чтобы что-то знать о его личной жизни.

– Вы точно подвели итоги, старший инспектор.

– Больше я не стану отнимать у вас время, сэр, – сказал Бойс, поднимаясь. – Признателен вам за помощь.

Доктор Ридли удивился:

– Вот уж не думал, что могу чем-то помочь вам. Наверное, собираясь сюда, вы уже знали, что я много вам не расскажу о докторе Хардине.

– Не всегда важно то, что вы слышите, сэр. Подчас главное именно то, чего вы не услышали.

Бойс направился к двери, но вдруг произнес:

– Да, еще один вопрос, сэр. Хотя я не слишком рассчитываю на удачу. Вы, случайно, не знаете, где доктор Хардин получил диплом врача?

– Представьте, знаю. Рад, что в конечном счете оказался полезен, – отозвался Ридли. – Он учился в Эдинбурге.

По пути к машине Тремейн обернулся, чтобы взглянуть на коттедж, полюбоваться деревьями, кустами, лужайками и цветочными клумбами. Повсюду чувствовалась заботливая хозяйская рука.

– Чудесное место, Джонатан. Бедняга Ридли, ужасно вот так потерять жену. Судьба жестоко посмеялась над ним.

– Мы явились не за тем, чтобы выслушать историю его жизни, – заметил Бойс. – Но у меня духу не хватило прервать его.

– Что означала ваша загадочная фраза? – спросил Тремейн, когда они прошли в ворота. – Будто главное порой именно то, чего мы не услышали?

– А вы как думаете? – Бойс вопросительно поднял брови. – Человек возвращается в Англию после долгого пребывания за границей. У него нет ни родственников, ни друзей. Казалось бы, разумно предположить, что ему захочется поговорить по душам с милой, доброй пожилой парой, у которой он приобрел практику. Но пускается ли он в откровенности? Нет, сэр, ничего подобного. Сам этот факт кое о чем нам говорит, хотя на первый взгляд мы ничего не выяснили. Хардин не желал говорить о себе. А в подобных случаях у человека обычно имеется веская причина молчать.

Тремейн кивнул:

– Понимаю, к чему вы клоните, Джонатан.

Они вернулись в Бриджтон и сразу поехали в дом Хардина. Сержант Уитем ждал их там.

– Мне нечего доложить, сэр, – отчитался он в ответ на вопрос Бойса. – Но, полагаю, вы захотите побеседовать с экономкой. Ночью ей привиделся кошмар. Дежурный констебль сообщил мне об этом, когда я заступил на пост.

– Кошмар? – Бойс недоуменно посмотрел на своего подчиненного. – Разве это не личное дело миссис Колвер? При чем тут мы?

– Ей почудилось, будто она слышала какой-то шум снаружи, сэр. По ее словам, кто-то пытался проникнуть в дом. Она открыла окно и позвала патрульного, затем поспешно спустилась и открыла ему дверь.

– Что случилось потом?

– Ничего, сэр. Дежурный констебль не обнаружил никого в доме или в саду и не нашел следов взлома. Я сам осмотрел дом и должен сказать, с виду все в полном порядке.

– У миссис Колвер шалят нервы? Убийство так на нее подействовало? И все же я поговорю с ней. Попросите ее прийти. Да, пока вы не ушли, – добавил Бойс, когда сержант повернулся, чтобы отправиться исполнять поручение. – Как она выглядела сегодня утром? Казалась расстроенной? Нездоровой?

– Ну, я бы так не сказал. Она вполне уравновешенная. Не похоже, чтобы ей слышались какие-то звуки или она была близка к истерике, если вы это имели в виду, сэр.

– Да, я примерно об этом, – подтвердил Бойс. – Ладно, попросите ее уделить мне минутку-другую.

Когда миссис Колвер предстала перед старшим инспектором, она не походила на женщину с расшатанными нервами. Под глазами у нее залегли тени, краски на лице чуть поблекли, но было ясно, что экономка полностью владеет собой.

– Доброе утро, миссис Колвер! – весело приветствовал ее Бойс. – Я слышал, у вас выдалась беспокойная ночь.

– Кто-то пытался проникнуть в дом, – спокойно произнесла она.

– Вы уверены? Не подумайте, будто я сомневаюсь в ваших словах, но в последнее время вам пришлось нелегко. Вполне естественно, вы расстроены. Ночевать одной в доме при подобных обстоятельствах тяжело. Неудивительно, что вы… сама не своя. Наверное, ваш сон уже не так крепок, как обычно. Малейший шум снаружи мог разбудить вас, и вам показалось, что он ближе, чем на самом деле.

Уголок плотно сжатого рта миссис Колвер чуть дрогнул.

– Я похожа на особу, которой что-то чудится, старший инспектор?

– Должен признать, что нет, миссис Колвер. Но люди даже с самыми крепкими нервами могут ошибиться и неверно определить источник звука, если их внезапно что-то разбудило среди ночи.

– Кто-то пытался забраться в дом, – решительно повторила экономка. – Уверена в этом так же твердо, как в том, что говорю сейчас с вами. Я поторопилась поднять тревогу, в этом моя ошибка. Открыв окно и крикнув, я спугнула взломщика, и он сбежал прежде, чем появился детектив. Мне следовало подождать, пока он проникнет внутрь, прежде чем показывать, что я его слышала.