Мертвая жена и другие неприятности - Екатерина Островская

Незнакомый Ладейникову Фил проживал на набережной Карповки. Парадная дверь здания не была оборудована ни замками, ни домофоном. Лифта в старом доме тоже не имелось. Валерий Борисович поднимался по лестнице, глядя на номера квартир. На площадке между вторым и третьим этажами он едва не столкнулся с человеком в куртке с наброшенным на голову капюшоном. Капюшон закрывал половину лица, мужчина спешил и потому заметил Ладейникова, когда уже чуть не врезался в него.

– Простите, – сказал Ладейников и отступил в сторону, освобождая проход у перил.

Незнакомец в куртке ничего не ответил и продолжил движение.

Квартира Фила располагалась на четвертом этаже. Валерий Борисович позвонил, но за дверью было тихо. Он снова надавил на кнопку, опять прозвучала мелодия звонка. И тут заметил, что дверь прилегает к косяку неплотно. Ладейников потянул за ручку, и створка открылась. Затем толкнул вторую дверь и вошел в прихожую.

– Фил, я по поводу костюмов, – громко произнес Валерий Борисович, предупреждая о своем вторжении.

В коридоре горел свет. Из комнаты донесся веселый женский голос:

– Итак, вы видите на экране девять букв, размещенных в произвольном порядке. Необходимо угадать зашифрованное слово. Первый, кто нам дозвонится, получит сто тысяч рублей.

В кресле перед телевизором, уронив голову на грудь, сидел мужчина. Вероятно, он следил за телевизионной игрой и заснул.

– Фил, я звонил вам, – произнес Ладейников, входя в комнату.

Подошел к креслу, коснулся плеча хозяина квартиры, но тот не обернулся и не вздрогнул. Сделав еще шаг, Ладейников заглянул ему в лицо.

Фил не спал – он был мертв. Во лбу у него была ранка – точно такая же, как у убитой женщины в морге.

Ладейников отпрянул и тут же услышал спокойный голос:

– Не дергайся! Одно резкое движение, и ты труп. Руки подними.

Валерий Борисович медленно поднял руки, так же медленно повернулся и увидел в дверном проеме того самого человека в куртке, которого встретил на лестнице. Опущенный капюшон по-прежнему прикрывал его лицо. В вытянутой вперед руке незнакомец держал пистолет с глушителем.

– Ты кто, мужик?

– Просто зашел к Филу, – ответил Валерий Борисович.

– Значит, не повезло тебе, – сказал киллер, – не туда ты зашел. Хорошо я волыну не сбросил. Как знал.

Ладейников увидел, как рот под капюшоном скривился в усмешке. И тут же киллер рухнул на пол. А из коридора в комнату вошел Богомолов.

– Кажется, я вовремя, – обронил он. Наклонился и поднял с пола пистолет с глушителем. – Руки-то опусти.

Ладейников опустил руки и показал глазами на лежащего киллера.

– Сережа, ты что, – убил его?

– Да вроде нет. Просто ткнул слегка по почкам.

Мужчина застонал и пошевелился.

Богомолов присел на корточки, откинул капюшон и за ухо оторвал голову киллера от пола.

– Кто тебя послал сюда? Отвечай, а то резать сейчас начну.

– Мне этого Фила заказали… по электронке… Пять штук в камере хранения – аванс, еще пять после выполнения. Мужики, что при мне есть, забирайте. И то, что в камере будет, тоже. Только не убивайте! Я уеду, честное слово. У меня к вам ничего…

Богомолов отпустил ухо и приставил пистолет к голове киллера. Распахнул на нем куртку и быстро обыскал карманы. Вынул бумажник и мобильный телефон.

– Кому должен доложить о выполнении заказа?

– Никому. Заказчик как-то сам узнает. Мужики, не убивайте! Ох, брошу это дело… домой уеду. На Украину.

– А за женщину, убитую неделю назад, сколько получил? – спросил Валерий Борисович, подходя ближе.

– Ничего не знаю… Не моя работа.

– Обманывать нехорошо, – сказал Богомолов, вдавливая пистолетный ствол под скулу лежащего и прижимая его голову к полу.

– Десятку заплатили, – признался киллер. – Это мой обычный тариф. Я скажу, где деньги. Только не убивайте.

– Валера, спускайся в машину, – приказал Богомолов. – А я сейчас…

Ладейников вышел в прихожую, но уйти не решился.

– Иди, – махнул рукой бывший спецназовец. – Я его не убью, обещаю.

Валерий Борисович дошел до площадки третьего этажа и в тот момент услышал два негромких хлопка, вскрик и сдавленные стоны. Посмотрел наверх, услышал быстрые шаги, а потом увидел спускающегося друга.