Вердикт - Джон Гришэм

— Безопасно? За последний месяц здесь триждыслучалась поножовщина. Я заметил всего одно белое лицо. И вы хотите, чтобы явошел туда с пятью тысячами долларов в кармане и там их вам передал?Догадайтесь, кого укокошат первым — вас или меня.

Деррик не мог не согласиться, но не хотелсдаваться слишком быстро. Он наклонился к окошку машины, потом окинулиспуганным взглядом стоянку.

— А я говорю, что мы пойдем туда, — сказал он,стараясь выглядеть крутым парнем.

— И не думайте, — возразил Клив. — Если хотитеполучить деньга, приходите в кафе “Уоффл-хаус”, что на шоссе номер 90. — Онзавел мотор и поднял стекло.

Деррик наблюдал, как он отъезжает с пятьютысячами монет, спрятанными где-то там, в машине, потом побежал к своейколымаге.

* * *

Сидя за стойкой, они пили кофе и ели блинчики.Говорили тихо, потому что не далее чем в десяти футах от них бармен, он жеповар, разбивал яйца в сковороду с сосисками и, похоже, прислушивался.

Деррик нервничал, у него дрожали руки.“Разведчикам” же чуть ли не каждый день приходилось выплачивать крупные суммыналичными, поэтому для Клива в этом не было ничего особенного.

— Знаете, я думаю, что десять тысяч, наверное,недостаточная премия, вы понимаете, что я имею в виду? — выдавил наконец Деррикфразу, которую репетировал полдня.

— Но мы же договорились, — невозмутимо жуяблинчик, заметил Клив.

— А теперь я думаю, что это надувательство.

— Таков ваш метод вести переговоры?

— Вы даете мне слишком мало, приятель. Я всеобдумал. Я даже посидел сегодня утром в зале суда и понаблюдал за тем, что тампроисходит. Теперь я в курсе дела и произвел подсчеты.

— Неужели?

— Да. И пришел к выводу, что вы, ребята,играете со мной нечестно.

— Но вчера, когда мы договорились насчетдесяти тысяч, у вас не было претензий.

— Сейчас многое изменилось. Вчера вы засталименя врасплох. Клив вытер губы бумажной салфеткой и дождался, пока поваротойдет обслуживать посетителей к самому дальнему столику.

— Ну и чего же вы хотите теперь? — спросил он.

— Гораздо большего.

— У нас нет времени играть в игры. Говорите,чего вы хотите. Деррик громко сглотнул, оглянулся и тихо сказал:

— Пятьдесят тысяч плюс процент с суммы,которую определит приговор.

— Какой процент?

— Думаю, десять процентов будет справедливо.

— О, вы так думаете? — Клив бросил салфетку натарелку. — У вас крыша поехала, — сказал он и положил пятидолларовую купюрурядом со своей тарелкой, затем встал и решительно заявил: — Наше последнееслово — десять тысяч. Будете зарываться — всем нам крышка.

После этого Клив не мешкая удалился. Деррикпошарил в карманах и нашел лишь мелочь. Повар неожиданно навис над Дерриком,наблюдая за отчаянными поисками денег.

— Я думал, что он заплатит, — растерянносказал Деррик, на всякий случай проверив еще карман рубашки.

— Сколько у вас есть? — спросил повар, забираяпять долларов, оставленные Кливом.

— Восемьдесят центов.

— Этого достаточно.

Деррик помчался на стоянку, где, заведя мотори опустив стекло, его ждал Клив.

— Бьюсь об заклад, что другая сторона заплатитбольше, — сказал он, наклоняясь к окну.

— А вы попробуйте. Пойдите к ним завтра же искажите, что хотите пятьдесят тысяч монет за один голос.

— И десять процентов.

— Вы невежда, Сынок. — Клив заглушил мотор,вышел из машины и закурил. — Вы ничего не понимаете. Вердикт в пользу защитыозначает, что никакие деньги из рук в руки переходить не будут. Ноль — истице,значит, ноль — и защите. То есть никому никаких процентов. Адвокаты истицыполучат сорок процентов от нуля. Улавливаете?

— Да, — медленно произнес Деррик, хотя его,совершенно очевидно, продолжали терзать сомнения.

— Послушайте, то, что я вам предлагаю, чертзнает как незаконно. Не жадничайте. В противном случае попадетесь.

— Десять тысяч все же мало за такое большоедело.

— Да нет, вы посмотрите на это с другойстороны. Рассуждайте так: Энджел не рассчитывает ни на что, так? Ноль. Онапросто исполняет свой гражданский долг и получает пятнадцать долларов в день отокруга за то, что является примерной гражданкой. Десять тысяч — это взятка,маленький грязный подарочек, о котором следует забыть сразу же по получении.

— Но если вы пообещаете ей процент, она будетусерднее агитировать присяжных.

Клив глубоко затянулся, медленно выпустил дыми покачал головой:

— Вы все еще не понимаете. Если ответчикапризнают виновным, пройдут годы, прежде чем истица действительно получитденьги. Послушайте, Деррик, вы все усложняете. Берите деньги, поговорите сЭнджел и помогите нам.

— Двадцать пять тысяч.

Новая глубокая затяжка, окурок летит наасфальт, Клив раздавливает его ногой.

— Я должен поговорить с боссом.

— Двадцать пять тысяч за каждый голос.

— За каждый голос?

— Да. Энджел может обеспечить больше чем один.

— Чей же?

— Не могу сказать.

— Мне нужно поговорить с боссом.

* * *