Пора убивать - Джон Гришэм

Можно было заявить протест – подобные вопросы к сути делаотношения не имели, и Нуз скорее всего протест бы поддержал, – однако ноги уДжейка сделались совсем ватными, суставы не подчинялись. Он боялся, что еслиначнет вставать и заговорит, то только выставит себя в смешном свете.

Посмотрев на свои галочки, Бакли на мгновение задумался.Весь зал замер в ожидании следующего вопроса, чувствуя, что он должен бытьсокрушающим. Басс взирал на окружного прокурора, как приговоренный к расстрелусмотрит на своих палачей, надеясь и молясь в душе, чтобы пули его миновали.

Подняв голову, Бакли улыбнулся эксперту.

– Доктор Басс, вы когда-нибудь находились под судом засовершение уголовного преступления?

Отразившись от стен зала, прозвучавший в полной тишиневопрос всей своей неимоверной тяжестью рухнул на трясущиеся плечи ТайлераБасса. Ответ можно было прочесть в его бегающих глазах.

Карл Ли судорожно сглотнул и повернул голову к своемуадвокату.

– Конечно, нет! – громким, отчаянным голосом выкрикнул Басс.

Бакли только кивнул и подошел к своему столу, где Масгроувпочтительно передал ему какие-то бумаги.

– Вы уверены? – грозно спросил он эксперта.

– Да, уверен! – Басс не отрывал взгляда от листов в рукепрокурора.

Джейк сознавал, что должен встать и сказать или сделатьчто-то, чтобы остановить готовый вот-вот обрушиться топор, но мозг его былпарализован.

– Значит, уверены? – переспросил Бакли.

– Да, – подтвердил Басс, стиснув зубы.

– Вас никогда не осуждали за совершение уголовногопреступления?

– Никогда.

– Вы также уверены в этом, как и во всех своих предыдущихпоказаниях?

Это была ловушка. Смертельный, гибельный вопрос, которыйнеоднократно задавал и Джейк. Теперь же, услышав его от своего противника,Джейк понял, что с Бассом покончено. Как, впрочем, и с Карлом Ли.

– Безусловно, – с вызывающим высокомерием ответил Басс.

Бакли изготовился, чтобы нанести последний удар.

– Вы хотите сказать настоящему жюри присяжных, что это не высемнадцатого октября тысяча девятьсот пятьдесят шестого года были осуждены вДалласе под именем Тайлера Басса за совершение уголовного преступления?

Свой вопрос Бакли задал, поглядывая время от времени то всвои бумаги, то на ложу присяжных.

– Это ложь, – тихо и неубедительно произнес Басс.

– Вы уверены в том, что это ложь?

– Очевидная и явная ложь.

– А вы в состоянии отличать ложь от истины, доктор Басс?

– Да, черт побери!

Нуз нацепил на переносицу очки и подался вперед.

Присяжные больше не раскачивались в своих креслах. Ручкирепортеров замерли над блокнотами. Стоявшие вдоль задней стены зала полицейскиевытянулись по стойке «смирно», напряженно вслушиваясь.

Из пачки бумаг Бакли вытянул один лист и принялсявчитываться в него.

– Вы хотите сказать настоящему жюри, что это не вассемнадцатого октября тысяча девятьсот пятьдесят шестого года осудили заизнасилование?

Джейк знал, как важно сохранять спокойствие, невозмутимоевыражение лица даже в самые драматические минуты процесса. Это было очень важно– дать присяжным возможность видеть уверенно-благожелательное лицо защитника.Джейк тысячи раз отрабатывал эту маску: все-отлично-и-я-полностью-контролирую-ситуацию;он сохранял ее в ходе многих процессов и в различных ситуациях, однако фраза«осудили за изнасилование» заставила его побледнеть. Боль и отчаяние,отразившиеся на лице Джейка, были без ошибки прочитаны по крайней мере семьюпарами глаз, устремленными на него из ложи.

Остальные изучали эксперта.

– Вы были осуждены за изнасилование, доктор? – спросил Баклипосле длительного молчания в зале.

Ответа не последовало.

Стряхнувший остатки дремы Нуз подался в кресле понаправлению к психиатру:

– Ответьте на поставленный вопрос, доктор Басс.

Не обращая внимания на слова его чести, Басс, глядя наокружного прокурора, проговорил:

– Вы вышли не на того человека.

Бакли фыркнул и подошел к Масгроуву, в руках которого былиеще более внушительные на вид документы. Из большого белого конверта он досталлисты, походившие на фотографии размером 8х10.

– Так вот, доктор Басс, у меня здесь есть несколькофотоснимков, сделанных в полицейском управлении Далласа одиннадцатого сентябрятысяча девятьсот пятьдесят шестого года. Не хотите взглянуть на них?

Никакого ответа.

Бакли протянул снимки эксперту:

– Посмотрите, доктор Басс. Может, это освежит вашу память.

Басс медленно покачал головой, затем опустил ее и уперсявзглядом в свои сапоги.

– Ваша честь, обвинение передает на рассмотрение суда этикопии, заверенные должным образом, согласно акту конгресса о доказательствах,фигурирующих в процессах по уголовным делам. Они имеют непосредственноеотношение к обвинению, выдвинутому штатом Техас против Тайлера Басса, иполучены законным образом через официальные источники города Далласа, штатТехас. Согласно представляемым документам, некто по имени Тайлер Басс признануголовным судом штата Техас семнадцатого октября тысяча девятьсот пятьдесятшестого года виновным в совершении изнасилования. Мы в состоянии доказать, чтоТайлер Басс и свидетель доктор У.Т. Басс являются одним и тем же лицом.

Масгроув вежливо вручил Джейку копию каждого документа.

– Будут ли какие-либо протесты относительно предъявлениясуду этих доказательств? – спросил Нуз, повернувшись к Джейку.

Нужна речь. Блестящее, глубоко прочувствованное объяснение,которое тронуло бы сердца присяжных, заставив их рыдать от жалости к Бассу иего пациенту. Но судебная процедура ничего подобного для данного момента непредусматривала. Какие могут быть протесты? Не имея сил встать, Джейк толькопокачал головой. Никаких протестов.

– Других вопросов у обвинения нет, – объявил залу Бакли.

– Может, у вас есть дополнительные вопросы, мистер Брайгенс?