Саломея. Танец для царя Ирода - Валерия Карих

– Римляне и их сторонники хотят унизить и попрать права нашего народа. Клянусь, они получат в ответ сопротивление и море крови! Жажда мщения переполняет наши сердца, ибо мы понимаем, к чему ведет зависимость любимой страны от римской тирании. Но как объяснить это народу? Как доказать, что партия зелотов, безжалостная, как десница Бога, делает для всеобщего освобождения гораздо больше, чем партия сторонников мира?

Саддукеи в богатых одеждах, получающие подачки от римского диктатора, избегают любого насилия, не хотят изменений в общественной жизни. Прикрываясь лозунгами о необходимости следовать букве закона, они называют себя сторонниками мира, забывая при этом об угнетенном иудейском народе и духе Торы. Нас они обвиняют в безумии, а сами занимаются ростовщичеством, думают только о личной выгоде и благе. Партия саддукеев пользуется огромным влиянием у простых людей. Но они сотрудничают с римлянами. Пока народ безмолвствует, жадные саддукеи жируют. А от нас, истинных борцов за восстановление его прав, простой народ в страхе отворачивается и бежит прочь. Как это несправедливо! Как доказать народу нашу правоту? Что ж… Если так суждено, пусть будет смерть за смерть. Но когда же?! Когда наш народ воспримет правоту наших идей? Ради этого я готов отдать свою жизнь, – искренно признался Иаков, которого давно терзали самые противоречивые мысли на эту тему.

– Ты правильно говоришь, – спокойно отозвался Тувия. Он встал и, облокотившись на дерево, изучающе посмотрел на взволнованного юношу. – Мне понятен твой порыв, и я согласен с тобой. Но ты никогда не задумывался, почему мы не пользуемся такой популярностью среди простого народа, как саддукеи и фарисеи? Может быть, не пришло еще время? Или мы что-то делаем не так? Неужели мы всегда поступаем правильно и кровь проливается не зря?! И хотя я считаю подобные вопросы крамольными и подрывающими авторитет нашего движения, все же постараюсь ответить на них.

Он замолчал, обдумывая, как доходчиво изложить свою мысль простому рыбаку. Потом продолжил:

– Все просто! Человек по природе – слабое и боязливое существо. Ему необходима уверенность в том, что он будет спокойно и долго жить и не умрет от случайного удара кинжала или меча легионера. Даже если такой человек проникнется идеями сопротивления и борьбы за свободу и равенство, ему в силу естественного инстинкта самосохранения всегда будет противна смерть. Каждый верит в то, что будет спасен сейчас или после того, как умрет. Жизнь не приемлет смерти, ибо эти два понятия несовместимы и противоречат друг другу. Никто не хочет умирать. Живое всегда бежало и будет бежать от смерти. А наше движение повсюду сопровождает кровь, которую мы проливаем ради правильного толкования законов наших предков.

– Так все ли мы делаем правильно? – спросил Иаков и подался вперед. В его глазах промелькнуло сомнение. Сидевший рядом с ним Элеазар невольно отодвинулся и бросил на него исподлобья подозрительный взгляд.

– Не сомневайся. Все, что мы делаем, – мы делаем во имя нашего Господа. А ради него и нашей победы в восстании можно все претерпеть.

– Сколько же ждать?

– Недолго. Совсем скоро настанет наше время, как пришло когда-то время восставших хасидеев. Давайте же наберемся терпения, друзья, и положимся на волю нашего Господа Яхве. Притесняя иудейский народ, римляне, сами того не желая, только сильнее сплачивают нас. И нам будет легче привлекать народ к освободительной борьбе! Мы горды и своевольны. Наша главная сила – в единстве и поддержке друг друга. Уверен, если бесчинства римских солдат продолжатся, все больше людей перейдет на нашу сторону, – убежденно заключил Тувия.

В его голове давно зрела мысль напасть на какой-нибудь отдаленный римский таможенный пост, приблизив начало восстания. Но, поразмыслив, он отказался от этой идеи, решив, что будет лучше, если они привлекут на свою сторону больше народа, как следует подготовятся к восстанию и положатся на естественный ход событий.

– Наверное, ты прав. Каждому иудею Галилеи придется рано или поздно сделать жизненный выбор. Значит, ты думаешь, что пока рано поднимать восстание? – разочарованно переспросил его Иаков, который в мечтах уже давно одержал победу над римскими легионами и тетрархом.

– Да, дружище! Для решительных действий нам не хватает воинов, доспехов и оружия. Но самое главное – еще не весь народ на нашей стороне. Мы должны постоянно разговаривать с людьми, разъяснять им наши идеи, чтобы они могли воочию убедиться в нашей правоте, решительности, смелости и силе. А когда мы наберем достаточно оружия и людей, тогда и поднимем сокрушительное восстание против римлян. А сейчас нам необходимо просто быть осторожными и сохранить наши жизни. Кстати, об оружии. Удалось ли вам изготовить еще что-то? – спросил Тувия.

– Да. Мы собрали и изготовили триста дротиков, двести копий и сто мечей, – с гордостью отозвался Иаков.

– Молодцы. Надеюсь, оружие надежно укрыто?

Иаков кивнул:

– За это не беспокойся! Когда вернетесь с Симоном с Иордана, мы покажем, где оно спрятано.

– А факелы?

– Есть. Спрятаны там же.

– Хорошо, – произнес довольный Тувия и многозначительно переглянулся с Элеазаром.

Юноши замолчали. Увлекшись разговором, они не заметили, как их постепенно окружила ночная темнота. По всему небу замигали звезды. Изредка выглядывая из-за туч, луна светила бледно и неровно, навевая тоску.

– Похоже, твой Симон не придет. А нам уже пора, – промолвил Тувия и с сожалением вздохнул. – Дорога к Иордану займет полночи. Предлагаю еще немного подождать и двинуться дальше.

Он посмотрел на брата. Тот кивнул.

– Он придет. Обязательно, – отозвался Иаков. Его тоже удивляло, что Симон задерживается. Иаков встал с бревна и направился на край рощи. Оттуда была видна освещенная луной и петляющая в поле, широкая дорога, по которой горожане добирались до рощи. Юноше пришлось напрячь зрение, чтобы разглядеть огни в домах на городской окраине.

Тем временем за его спиной состоялся следующий разговор:

– Я понял тебя. Ты, как и я, не доверяешь этим людям? – тихо спросил Элеазар.

– С чего ты взял? Я рад, что они согласились показать нам, где спрятано оружие. Если их когда-нибудь схватят и казнят, наше общество сможет им воспользоваться.

– Я бы на твоем месте не слишком им доверял, – произнес Элеазар, отличавшийся чрезмерной подозрительностью.

– Иаков знает пароль. Это подтверждает, что он зелот. Он открыто высказал нам свои взгляды. У него на поясе кинжал, и, судя по рукоятке, висит он там не для красоты. Они с Симоном возглавляют местное движение сопротивления. Сам Гиркан назвал их в числе тех, к кому мы можем в первую очередь обратиться за помощью. Священник сказал, что именно они помогли надежно укрыть в скалах оружие и доспехи. Разве этого недостаточно? – Тувия медленно сделал несколько глотков воды из бурдюка.

Несколько месяцев назад сепфорийские зелоты действительно получили от своих тайных римских покровителей, готовивших заговор против Тиберия, оружие: мечи, кинжалы, дротики. Оно было благополучно переправлено на судне в Акко и тщательно припрятано местными зелотами в Галилейских горах. Руководили операцией Симон и Иаков.