Шла бы ты... Заметки о национальной идее - Евгений Сатановский

Долой Трёх Толстяков! Да здравствуют Суок и гимнаст Тибул! Да здравствует оружейник Просперо! Площадь Звезды, набитая людьми. Смешной доктор Гаспар Арнери. Сломанная кукла наследника Тутти. Гвардейцы переходят на сторону народа. Романтика…

Никто нигде и никогда по-настоящему не описал, что происходит, когда победители и народные массы обустраиваются в опустевших дворцах. Как приканчивают тех, кто не вписывается в новый порядок в качестве новых хозяев разорённой революцией страны. В первую очередь гимнастов, докторов и оружейников.

Никто не проанализировал, кто приходит им на смену. Всегда. Везде. Без исключений. Как там у Отто фон Бисмарка? «Революцию замышляют романтики, осуществляют фанатики, а плодами её пользуются мерзавцы». Но нам вспоминается разве что вечная сказка Шварца про дракона. «Зима будет долгая» — это в том числе и про арабов.

Отметим: в разных странах исламские партии и движения действовали по-разному. Где более гибко. Где менее. Где совсем никак. Тунисские исламисты проявили определённые способности к созданию политических коалиций. И некоторую умеренность, доходящую до понимания основ диалектики. В частности той, что переход их страны к справедливому исламскому обществу будет постепенным и его по возможности лучше провести мирным путём.

Египетские «Братья-мусульмане» власть подмяли под себя жёстко и нахраписто. Ни с кем ничем делиться не хотели. И продемонстрировали, что намерения у них просты и бесхитростны: взять власть, освоить эту власть, убрать конкурентов и ввести население в те рамки, в которых ему, населению, по их представлению, следовало находиться. Будучи благодарным за избавление его, населения, от военной диктатуры и по мере сил радуясь. В полном соответствии с Георгием Данелией и его «Кин-дза-дза». Три раза «ку».

Притом что половину Египта составляли христиане и светские либералы. Да и армия никуда не делась. Ну вышла толпа на улицы свергать престарелого Мубарака. Ну ушёл Мубарак со своего поста. Без борьбы. Всё-таки патриот страны. Всю жизнь за неё воевал. Вытаскивал из политических и экономических кризисов. Строил. Не для того же, чтобы бить из танковых орудий по площади Тахрир…

Хотя в принципе при желании мог. Ну поддержала его воспитанная им армия в этом его решении об отставке. И, покочевряжившись с год на тему сохранения накопленных ею активов, передала власть гражданскому правительству. После чего, собственно, «Братья» к власти и пришли.

Однако суд над Мубараком — демонстративный, мелочный и мстительный, был явной ошибкой. Подминание «Братьями» под себя всех постов в стране, в том числе в районах, которые их на дух не переносили, — ошибкой. Освобождение из тюрем в качестве жертв режима уголовников и террористов — ошибкой. Казнокрадство, куда более явное, чем при Мубараке, на фоне развала экономики и проедания золотовалютных резервов почти под ноль — ошибкой.

Не говоря уже о расстрельных приговорах футбольным болельщикам. Попыткам ввести комендантский час в городах зоны Суэцкого канала. И самой последней ошибке — арестных списках верховного армейского командования. После чего египетской армии ничего не оставалось, как наплевать на советы американского президента и европейских политиков в части соблюдения демократии. А также прав человека и прочей мутотени.

Режим «Братьев-мусульман» в АРЕ был свергнут легко. Толпа исламистов встретилась на улицах египетских городов с такой же по численности толпой их противников. И армия, заключив под стражу президента Мурси и запретив и «Братьев», и их ещё недавно правящую Партию справедливости и развития как официальную организацию, лишь предотвратила начало самоубийственной для Египта гражданской войны.

Точнее, война эта всё равно будет. Пойдёт она скорее всего по алжирскому варианту 1992–1999 годов с поправкой на местные условия. И обойдётся дорого. Поскольку египетские исламисты имеют громадный боевой опыт и их много. А Синай практически не подчиняется Каиру. И переполнен боевиками.

Половина населения Египта так или иначе всё равно за исламистов. Границы с Ливией и Суданом практически прозрачны. Соответственно, приток оружия и террористов с западного и южного направления в Египет обеспечен. Тем более что поддержку египетским исламистам, без всякого сомнения, окажут Турция и Катар.

Правда, во всём этом для военного командования в Каире есть и две хорошие новости. Во-первых, им при негласной поддержке Израиля удалось прочно закупорить сектор Газа. Что ослабило поддержку террористических группировок на Синае. Во-вторых, их поддерживают все монархии Персидского залива, кроме Катара. В первую очередь Саудовская Аравия.

Последняя делает это не из большой любви к АРЕ. А в ожидании, когда военные не справятся с надвигающимися на страну экономическим и водным кризисами. После чего в Египте наступит очередной передел власти, в рамках которого Эр-Рияд и постарается продвинуть в первые ряды салафитов, демонстративный нейтралитет которых позволил им остаться вне конфликта армии с «Братьями» и Мурси.

Ну, тут всё как есть. Политика не благотворительность и не строится на основании норм высокой морали. Хотелось бы, конечно, но при нашей жизни этого не произойдёт. Тут единственное, что можно сделать, — понять, как всё оно на самом деле происходит. И действовать, исходя из концепции «меньшего зла».

Соответственно, в египетском варианте вялотекущая длительная террористическая война в виде городской герильи, попыток блокировать Суэцкий канал и партизанской деятельности на Синае предпочтительнее катастрофического лобового столкновения всех со всеми. Которое означает не миллионы беженцев и сотни тысяч погибших, как это ещё может быть. А десятки миллионов беженцев и миллионы погибших. Как только что могло быть.

В принципе «Братья-мусульмане» могли бы всего этого избежать. И в этом случае их представитель продолжал бы управлять страной. Но для этого нужно было быть гибкими. Демонстрировать широту души в отношении свергнутого Мубарака. Не так торопиться с дележом добычи. И по крайней мере не делить её так демонстративно.

Что говорит как минимум об одном: египетские революционеры-исламисты работ Сталина о коллективизации не читали. Или читали невнимательно. Поскольку про головокружение от успехов у него всё, что им было нужно знать, написано. Без малого сто лет прошло, а в революционной практике ни-че-го не изменилось. И ведь, что характерно, никого оно и ничему не научило — и, похоже, не научит!

Хотя тунисский и египетский сценарии для «Братьев-мусульман» — не самые худшие из имеющихся вариантов. О йеменском и ливийском развитии событий умолчим. Всё партийно-политическое там настолько уступает племенному фактору, что говорить об этих странах с точки зрения будущего политического ислама несерьёзно. Но есть ещё и вариант сирийский — куда более жёсткий. И по своим последствиям для имиджа «Братьев» куда более негативный.

Поскольку Сирия, при всём нежелании западного мира, Турции и монархий Залива, чьи интересы в свержении режима Асада совпадают, признать действительность такой, как она есть, поставила вопрос о сущности «Братьев-мусульман». Как организации, чьи цели, задачи и методы деятельности граничат с уголовщиной и геноцидом. А иногда полностью превращаются в уголовщину и геноцид. О возможности чего в 20-е годы ХХ-го века создатель этого движения явно не подозревал.