Жестокая Земля. Соло-Рекс - Антон Грановский

Капитан Клов вытряхнул из пачки еще одну сигарету (на зависть уставившимся на пачку помощникам-экспертам) и вставил ее в губы. При сложившемся раскладе жалеть сигареты не было смысла.

— И как я навредил конкретно тебе? — поинтересовался Клов, доставая из кармана плазменную зажигалку.

— А я не о себе пекусь, — отозвался агент. — Этим я тоже отличаюсь от вашего брата, военного. Вы, военные, даром едите свой хлеб. Вы пустоделы. Паразиты.

Помощники старшего агента прервали работу и удивленно смотрели на своего шефа. Капитан Клов, конечно, провинился, но разговаривать так с военными, тем паче — космодесантниками, в Большом Граде было не принято. Военные проходили по особому ведомству и не подчинялись напрямую Министерству правопорядка. Кроме того, большинство членов Верховного Совета благоволили военным и время от времени даровали им всё новые привилегии, на тот случай, если когда-нибудь придется заручиться их поддержкой.

Клов пожал плечами и небрежно произнес:

— Вы нарочно меня подставили.

— Это не помешает мне отправить вас под трибунал.

— И кто меня туда отведет? — уточнил Клов, холодно глядя агенту Осиме в глаза. — Ваши ручные зверьки?

Старший агент обернулся и взглянул на своих помощников. Они снова прервали работу, но на этот раз оба глядели на окурок, тлеющий на полу.

— Олег! Дзиро! — резко окликнул Осима своих помощников.

Помощники вздрогнули и с усилием отвели взгляды от окурка.

Старший агент снова перевел взгляд на капитана и сказал:

— Соблаговолите пройти с нами, капитан Клов.

— А если не соблаговолю?

— Тогда мы доставим вас в Следственный Изолятор силой.

Капитан усмехнулся.

— Что ж, попробуйте, — спокойно предложил он.

Он по-прежнему был голый, и агенты оценивающе посмотрели на его мускулистое, поджарое тело и на его крепкие кулаки. Они прекрасно помнили, что этот военный сумел противостоять трем вооруженным хентай-девицам. Агенты знали, что сами они не смогли бы противостоять даже одной хентай-девице, прошедшей подготовку в «Лагере призраков».

— Шеф, применять оружие против космодесантников запрещено, — неуверенно проговорил один из помощников. — А врукопашную мы его не одолеем.

— Этот человек не космодесантник, — холодно произнес агент. — Этот человек преступник.

Клов насмешливо дернул плечом и потянулся за пачкой сигарет. Когда он снова взглянул на Осиму, тот держал в правой руке табельный пистолет. Рука его была опущена на колено и как бы расслаблена, но дуло пистолета смотрело капитану в грудь.

Клов нахмурился. Недаром этот Осима показался ему тертым калачом. Этот колебаться не станет.

Межведомственный Договор позволял капитану оказывать сопротивление любому, кто посягает на его жизнь без предъявления ордера на арест. Старший агент Осима, безусловно, знал это. Знал он также и то, что пистолет Клова лежит на столике, и не собирался предоставлять капитану ни малейшего шанса овладеть им.

Клов понимал, что в случае необходимости агент Осима без рассуждений выстрелит ему в голову, не боясь последующих репрессий. Межведомственный Договор был составлен для победителей, а не для побежденных.

— За что они хотели вас убить? — спросил Осима.

Клов пожал плечами:

— Спятившие девки, что с них взять?

— Эти «девки» — профессиональные убийцы. Вас им заказали, это очевидно.

— Так спросите у тех, кто заказал.

— Мне кажется, вы выбрали не самый правильный тон, капитан Клов. Вы у меня на крючке. И я намерен выяснить всю подноготную этого странного дела.

— Хотите сделать на мне карьеру? — небрежно осведомился Клов.

— Почему бы и нет. В нашем городе убийцы не каждый день нападают на военного. — Осима усмехнулся тонкими, темными губами. — Признайте, капитан, сейчас вы в полной моей власти.

— С этим не поспоришь, — согласился Клов. — Так что вы намерены делать, агент Осима?

— Я намерен добиться от вас признания. Любыми средствами и способа…

В кармане у агента Осимы зазвонил телефон. Агент досадливо дернул щекой и приказал одному из своих помощников:

— Возьми трубку.

Тот подошел к начальнику, вынул у него из кармана плаща телефон и поднес его к уху.

— Агент Катаев слушает. — Несколько секунд агент молчал, затем протянул трубку Осиме. — Шеф, это вас.

— Я не могу сейчас говорить.

— Понимаю. Но это начальник отдела.

На лице Осимы появилось выражение крайнего недовольства, однако манкировать разговором с начальником он не мог.

— Держите его на прицеле. — Агент дождался, пока помощники достанут свои пистолеты, затем взял телефонную трубку.

— Агент Осима у телефона. — Глаза Осимы слегка расширились. — Да. Он здесь. — Он посмотрел на Клова и проговорил в трубку: — Слушаюсь, Кабаяма-сан.

Агент Осима отнял трубку от уха и с хмурым видом протянул ее Клову:

— Это вас.

Капитан молча взял телефон.

— Капитан Клов? — донесся из трубки голос полковника Рохлина.

— Да, это я.

— Сколько помощников у агента Осимы? Один?

— Больше.

— Двое?

— Да.

— В комнате есть еще кто-нибудь, кроме вас и этих агентов?

— Нет.

— Пистолет у вас под рукой?

— Почти.

— Слушайте меня внимательно, агент Клов. Вы должны ликвидировать агента Осиму и его помощников. Сделайте это как можно быстрее, а затем уходите. Я выслал наших людей, они подчистят за вами.

— Слушаюсь.

Клов отключил связь и протянул трубку агенту Осиме. Тот по-прежнему держал пистолет в руке. Пистолет самого Клова лежал на чайном столике у него за спиной.

— Что вам сказали? — поинтересовался агент, глядя на Клова пристальным взглядом.

Капитан помолчал, затем сказал:

— Агент Осима, вы доверяете своему начальству?

На лице агента отобразилось легкое замешательство, но его пистолет все еще смотрел Клову в грудь, а палец все еще лежал на спусковом крючке.

— Почему вы спрашиваете? — подозрительно прищурившись, уточнил Осима.

— У меня такое ощущение, что враждуем только мы с вами, простые военнослужащие и агенты Министерства правопорядка. А там, наверху, никаких разногласий нет. И при необходимости ваши начальники сольют вас с потрохами и даже не поморщатся.

— Что вы хотите этим сказать?

— Иногда руководство избавляется от агента лишь потому, что тот слишком много знает. Это, конечно, не касается вас, но… — Клов небрежно пожал плечами. — Мало ли, что я мог вам разболтать.