Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы - Глен Кук

– О чем ты болтаешь?

– Пусть Рольф тебе объяснит.

– Он не может. Возможно, он уже никогда ничего не объяснит. Насмешник, ты взял с собой Непанту? Нам нужна врачебная помощь.

Прежде чем толстяк успел ответить, вмешался Черный Клык:

– Она не приехала. Я одолжу своего лекаря.

Рагнарсон нахмурился.

– Он вполне хорош. Молодой парень с жаждой путешествий. Ладно, где нам разбить лагерь? Похоже, твоим пшеничным полям и без того досталось.

– Гм… на восточном пастбище, возле мельницы. Мне хотелось бы, чтобы моя скотина оставалась рядом с домом, пока все не закончится. – Однако он не был уверен, хватит ли всем места. Обоз Черного Клыка все еще выходил из леса, повозка за повозкой. Все это напоминало великое переселение народов. – Хаакен, ты что, сюда привел целую армию?

– Четыре сотни конных и столько же пеших.

– Но женщины и дети…

– Похоже, до тебя не дошло. У нас в Тролледингии проблемы. Похоже на гражданскую войну. Власть претендента слабеет, фальшивые союзники его покидают. Ночные нападения на внутренних границах. Многие, подобно этим людям, кого бы они ни поддерживали – его или старую династию, не хотят иметь с этим ничего общего.

По той же причине, когда их семья погибла во время гражданской войны, принесшей претенденту трон Тролледингии, Рагнарсон и Черный Клык много лет назад перебрались через Крачнодьянские горы.

– Не так давно я получил письмо от военного министра, – сказал Рагнарсон. – Он хотел знать, почему этой весной не было нападений, и подозревал, что, возможно, намечается нечто вроде Рингерика. Теперь понимаю – все остались по домам, чтобы не спускать глаз с соседей.

– Примерно так. Некоторые решили попытать счастья с нами.

– Что с Гильдией? Вряд ли им понравится, что вы путешествуете под ее знаменами. А Итаския не захочет, чтобы тролледингцы бродили по ее территории.

– Я обо всем позаботился, за все заплатил. Каждый мужчина – член Гильдии, по крайней мере почетный. Все идет по правилам. Мы не можем оставить позади врагов.

– Может, объяснишь?

– Позже, если Рольф этого не сделает. Не послать ли нам к нему доктора?

– Верно. Насмешник! Забери его в дом. А я помогу Хаакену разместить всю эту толпу. Вы ехали всю ночь?

– Мы должны были успеть вовремя. Я думал послать конницу вперед, но они все равно не поспели бы до темноты, впрочем я сомневался, что до утра что-то произойдет.

– Истинная правда. И мы вам рады.

III. Послание от друга

Рольф ненадолго пришел в себя, когда врач, впрочем сомневавшийся, что осталась хоть какая-то надежда, вытащил стрелу. Поездка была слишком долгой и утомительной, и вонзившееся древко цеплялось за деревья. Прешка увидел обеспокоенные лица, и губы его изогнулись в слабой улыбке.

– Мне не следовало… ехать… – прошептал он. – Глупец… Не мог удержаться… чтобы еще раз не попробовать…

– Тихо! – встревоженно приказала Элана, поправляя подушки.

– Браги… Во вьюках… письмо… Гаруна… – Он снова лишился чувств.

– Начинаю понимать, – проворчал Рагнарсон. – Если столько всего происходит, ни о ком другом не может быть и речи. Хаакен, может, все-таки объяснишь наконец?

– Сперва прочитай письмо.

– Ладно. Проклятье! – Ему не нравилось, что тайн становится все больше, но никто не желает ничего объяснять. – Поищу письмо. Подождите меня в кабинете.

«Кавелин, – начиналось письмо Гаруна, – расположен у восточной границы Малых королевств, у подножия гор Капенрунг, там, где их гряда уходит на юго-запад от гор М’Ханд и где он граничит с Хаммад-аль-Накиром. На юго-западе Кавелин соседствует с Тамерицией, на западе – с Алтеей, на северо-западе же и севере – с Анстокином и Волстокином. (Я сейчас собираю комплект военных карт, который вышлю тебе при первой возможности.) Эль-Мюрид, естественно, его враг, хотя со времен войн, в которых Кавелин почти не пострадал, он не предпринимал никаких серьезных действий. Алтея – традиционный союзник, Анстокин в основном сохраняет нейтралитет. С Тамерицией и Волстокином случаются стычки. Последняя война была именно с Волстокином.

С точки зрения государственного устройства это парламентарный феодализм, а власть поделена между королем и баронами, которые силой войск превосходят корону, но внутренние интриги сводят их преимущество на нет. При власти нынешнего, весьма посредственного короля корона является не более чем арбитром в спорах баронов. Хотя, в отличие от Итаскии, у Кавелина нет богатых традиций королевских интриг, можно наблюдать, как здесь постепенно начинается война за трон, поскольку официально признанный наследный принц – не сын короля. Приложив ухо к соответствующим дверям, можно узнать, что настоящего принца похитили в день появления на свет и заменили подкидышем.

Исторически и этнически в Кавелине царит еще большая неразбериха, чем среди других народов Малых королевств. Его изначальные обитатели, марена-димура, состоят в родстве с жителями южных прибрежных королевств – Либианнина, Кардина, Хеллин-Даймиеля и Дунно-Скуттари. Они принадлежит к низшему классу, париям. Лишь тем, кому больше всего повезло (относительно), удается стать слугами, рабами или крепостными крестьянами. Большинство живет дикарями в лесах, в нищете и грязи, каких постыдилась бы свинья.

Между 510 и 520 годом по летоисчислению империи войска Ильказара оккупировали эту территорию, а вместе с ними пришли имперские колонисты. Их потомки, силуро, сегодня образуют общественный класс, занимающийся управлением и бизнесом. Они образованны и полны самомнения, к тому же выдающиеся интриганы, и через их руки проходит большая часть богатств королевства, немалая доля которой оседает в карманах в виде взяток. В последнее десятилетие эры империи, около 608 года, когда территория Ильказара простиралась за Серебряной Лентой на севере и Роэ на востоке, все поселения итаскийцев перенесли в Кавелин в процессе так называемого Переселения. Эти люди, вессонцы (большинство родом из Западной общины), до сих пор говорят на понятном итаскийском языке и образуют основу местного населения, включая крестьян, ремесленников, торговцев и военных. Подобно итаскийцам, они флегматичны, лишены воображения, их тяжело разозлить, но зла они не прощают. Их предводители до сих пор недовольны Переселением и Завоеванием и строят интриги, пытаясь вернуть прежние порядки.

Последнюю группу составляют нордмены, правящий класс, обладающий всеми привилегиями. Их предками были древние тролледингцы, которые в свое время прибыли на юг с Яном Железная Рука для последней атаки на Ильказар. В конце концов они пришли к выводу, что жизнь в роли знати в южном климате подходит им куда больше, чем возвращение домой, где они снова стали бы простолюдинами в ледяной Северной пустыне. Можно ли их за это винить?

Но все винят. Прошли века со времен Завоевания, но все три низших сословия до сих пор строят козни против нордменов. Добавь к этому нескончаемые ссоры между баронами и проблему престолонаследия (за трон уже соперничают несколько претендентов) – и сам поймешь, что мы имеем дело с крайне интересной политической ситуацией.