Командир разведотряда. Последний бой - Дмитрий Светлов

Вот оно что! Флот на приколе, экипажи переведены в морскую пехоту, а матросы перед фронтом развлекаются драками! Олег громко закричал:

– Спасайте, братцы! Прут вдесятером на одного! Рыжего насмерть забили и бросили в подсобку!

– Погнали!!! – дружно заорали моряки и чёрной лавиной ринулись штурмовать вокзал.

Офицеры без должного рвения покричали вслед и собрались у штабного вагона. Их можно понять, впереди бесперспективный бой с предсказуемым итогом. Времена, когда Красная Армия шла в атаку с винтовками наперевес, давно канули в Лету. Сейчас вперёд идут танки, тысячи танков с десантом на броне, а шанс выстрелить из фаустпатрона близок к нулю. Во-первых, последние модели этих самых фаустпатронов проявили склонность к самоподрыву. Во-вторых, у русского автоматчика больше шансов опередить и короткой очередью срезать гранатомётчика.

Олег воспользовался суматохой и снова шмыгнул под вагоны. От погони он оторвался, а что дальше? До заветных развалин более сотни километров, а поездка на поезде отпадает по причине предстоящей тотальной облавы. Инцидент на вокзале начальство замнёт, но местные разборки с поисками зачинщиков ещё долго будут продолжаться. Для начала следует убраться подальше, и лучшим укрытием станут морские казармы на том берегу реки.

От вокзала через железнодорожный мост идти минут пятнадцать, и Олег поспешил. Увы, заречный район лежал в руинах, что конкретно бомбили союзники, понять невозможно. Бомбы сровняли с землёй всё, начиная от причалов и заканчивая дачным посёлком у загородного леса. Аэродром тоже пострадал, ангары и казармы угадывались по остаткам стен.

Самолётов нет, зато у руин стояла легковушка, и Олег решил испытать удачу. Полуразрушенное строение оказалось бывшим складом, а техник-обер-лейтенант ковырялся в поисках полезных железяк. Трофейный «Форд-7W» с нормальным рулём позволит в пару часов доехать до места, и Олег перед выстрелом осмотрелся.

– Могу подвезти, если тебе в Кольберг, – неожиданно предложил офицер.

– Мне в штаб группы войск Западная Пруссия, только не подъезжайте близко, надо привести себя в порядок, – с запозданием ответил Олег.

– Садись, здесь ни хрена не осталось.

Всю дорогу техник-обер-лейтенант чихвостил службу снабжения и бестолковых пилотов, умудряющихся угробить двигатель за один вылет. Олег поддакивал и радовался нежданной удаче, он сумел уйти, не оставив погоне ни единого шанса. Наговорившись о служебных проблемах, офицер принялся нахваливать свой «Форд-7W», полученный в награду после взятия Роттердама.

В полукилометре от штаба они почти дружески распрощались, и Олег направился к древним развалинам. Неизвестно откуда под ноги бросилась Альма, что интересно, она не тявкнула, не взвизгнула, хотя всем своим видом показывала радость. Честно говоря, радость встречи была обоюдной, и Олег угостил собаку сухим рационом. Барбоска в мгновение заглотила еду, и ему пришлось досыта накормить оголодавшую собаку.

Странно, очень странно, по всем признакам проводник любил Альму и оставить её без еды никак не мог. Разгадка оказалась у развалин, где вместо лаза зияла широкая воронка без малейшего намёка на подземный ход. Не спеша с выводами, Олег осмотрел руины замка и нашёл множество свидетельств короткого боя. Судя по гильзам, немцев было много, а одинокий защитник использовал единственный шанс сохранить тайну подземелья и подорвал вход.

Олег не озадачивался проблемой появления здесь врагов, с этим разберутся специалисты. Сейчас надо войти в туннель со стороны моря, и он отправился на поиски спуска к воде. Относительно пригодное место нашлось совсем не близко, а путь под нависшим берегом походил на испытание выносливости. Здесь настолько глубоко, что порой приходилось плыть, при этом поддерживая Альму и держа над головой портфель.

Добравшись до зала с камином, засветил керосиновую лампу и увидел на столе лаконичную записку: «Не жди». Внутренняя готовность к подобному повороту встретилась со смертью тайной надежды и лишила последних сил. Небрежно разбросав вещи, он завалился на нары и нырнул в спасительный сон. Следующий день ушёл на чистку одежды, после чего вымылся с хозяйственным мылом в море и тщательно выбрился.

Второй день принёс спокойствие и не дал ни единой толковой мысли о реальной возможности вернуться к своим. Отсюда вывод: надо не гадать на кофейной гуще, а активно искать эту самую возможность. Первым делом Олег зашёл в посёлок у вокзала, где быстро нашёл нужный адрес и купил бутыль самогона. Затем отправился к казармам отряда полевой жандармерии, немецким вариантам погранзаставы, и нашёл псарню.

Альму солдаты знали и были рады познакомиться с хозяином собаки. После первой бутыли сходили за добавкой, и Олег заночевал у гостеприимных хозяев. Итак, побережье давно не патрулируют за отсутствием достаточного количества людей. Солдаты лишь дежурят на стационарных наблюдательных вышках и обходят с собаками прибрежные посёлки. Что важно, о бое на развалинах у обрыва никто ничего не слышал.

В тылу строевых солдат нет, здесь служат после ранения ограниченно годные «деды» и новобранцы. Ветераны передают молоди свой опыт и готовят их к боевым подвигам. Западная Пруссия до предела заполнена тыловыми частями, посему матрос с железным крестом, собакой и портфелем не мог привлечь внимания. Как подобает старослужащему, Олег шёл по улицам Кольберга уверенной походкой и высматривал шанс вернуться обратно.

Идея угнать самолёт сдохла после взгляда на аэродром. На стоянке звено «Дорнье-Do217», ещё пара у ремонтного ангара со снятыми моторами. Нет, даже подари судьба самолёт разогретыми двигателями, Олег не сможет взлететь на незнакомом и тяжёлом в пилотировании торпедоносце. Ждать здесь нечего, авиация Третьего рейха сосредоточена на фронте, где Красная армия рвётся к Берлину. Очисткой побережья Балтийского моря займутся дивизии Первой польской армии.

В качестве альтернативы Олег решил присмотреться к катерам и внимательно присматривался к причалам. Тральщиков, торпедных и противолодочных катеров много, на самом деле это маленькие корабли, которым нужен экипаж. Он обошёл всю западную часть города, затем перешёл на другой берег реки и продолжил обследование каждого закоулка.

Увлёкшись разглядыванием стоящей за забором лёгкой бронетехники, Олег не сразу обратил внимание, что Альма жмётся к ногам. Он чуть было не пнул собаку, а когда спохватился, было поздно, перед ним КПП с досужим офицером у ворот. Сохраняя внешнее спокойствие, отдал честь, зашёл на проходную. Салажонок услужливо выдернул стопорящий штырь, и Олег оказался на территории крепости. В голове ни одной мысли, на языке только матерные слова.

Люди добрые, подскажите, как крепостные стены и пушки помогут прорваться через фронт, до которого как минимум три сотни километров? Аккуратная брусчатка на проезжей части, ровненькая плитка на спрятавшемся в тени лип тротуаре. Рядовой состав обязан ходить по дороге, таково непреложное правило, но он старослужащий с железным крестом и чихать хотел на выверты кайзеровских времён.

Сохраняя деловую походку и поглаживая взволнованную Альму, Олег шёл вперёд, проще говоря, не зная куда. За общим поворотом дороги, тротуара и крепостной стены открылся вид на море, реку и тарахтящий у причала катер. Угнать? Перестрелять экипаж и рвануть в море? Со штурвалом он разберётся, а что там вместо педали газа и как переключать скорость? Ещё не приняв решения, он подошёл к матросу: