Командир разведотряда. Последний бой - Дмитрий Светлов

– Пилотирует лейтенант-полковник Студент.

– Принято, самолёты сопровождения в километре от вас.

Сели не очень аккуратно, но в рамках авиационных приличий и сразу попали в руки медиков. После проведённого на месте осмотра диверсантов перенесли в кареты «Скорой помощи» и снова осмотрели, на этот раз уже в госпитале. Затем к раненым допустили начальство, и заветный портфель перешёл в руки генерала.

Врачебный обход признал Олега и ещё троих парней транспортабельными и отправил в санитарный вагон. Достаточно комфортная поездка со спальными местами закончилась прибытием на вокзал Квин-стрит в Глазго. Здесь раненых разделили по разным госпиталям. Хирурга забрали коллеги из ВМФ, Олег попал в руки врачей Королевских ВВС, шотландца с товарищем увезли медики из Commando Royal Marines^[60].

Неделя интенсивной терапии с примочками из таинственных африканских и азиатских трав закончилась прощальной встречей с бригадиром:

– Командование высоко оценило доставленные вами документы. Мы получили планы противника на любой вариант высадки десанта.

– Это заслуга всего диверсионного отряда, – заметил Олег.

– Мы знаем судьбу подаренного вам серебристого «Астон Мартин Атома», поэтому полетите домой на личном «Савоя-Маркетти SM.79-С».

– Отличная шутка! Его не придётся дарить, сами заберут.

– Нам известно и то, что вас переводят на дипломатическую службу, – без улыбки сказал бригадир.

– Переводят, – согласился Олег, – но самолёт останется в СССР.

– Мы одолеем Рейх, но войну Империя уже проиграла, – неожиданно шепнул бригадир.

Очевидный результат, но в Великобритании об этом предпочитают не говорить, ограничиваясь упрёками в адрес Черчилля за неосмотрительное вступление в войну. Развязанная Германией война в очередной раз показала хрупкость так называемого «мирового господства». Обе «великие» державы, Британия и Франция, в одночасье потерпели военное поражение, за которым начался распад самих империй.

Тема, конечно же, интересная, но Олега волновала предстоящая встреча с пограничниками, и он позвонил в посольство. Там пообещали всё уладить и попросили не улетать без попутчиков. Первыми приехали два пилота, которые возвращались из США после тестовых полётов на «P-38 Lightning». Отличная поддержка, автопилот на «Савое» работает прекрасно, но лететь восемь часов без напарника всё же стрёмно.

Следом за лётчиками приехал инженер с женой и двумя детьми дошкольного возраста. Он с сорок второго помогал англичанам освоить советскую технологию магниевых сплавов. Ничего удивительного, в вопросах легирования металлов СССР занимает прочное лидерство, а самыми легкими конструкционными металлами считаются сплавы на основе магния с литием.

Затем на грузовике прикатил озабоченный сотрудник посольства и лично перенёс в самолёт более тонны всяческих посылок. Передав таблицу частот и позывных на весь маршрут, забрался в салон поближе к вещичкам.

– Вылетаем завтра утром, – предупредил Олег.

– Ничего страшного, мне здесь удобно, – ответил тот.

– Почему утром? – удивились пилоты. – Ночью лететь спокойнее.

– Здесь нет кислородного оборудования, а двигатели лучше всего тянут на высотах от двух до четырёх тысяч.

– Сумасшедший, собьют!

– Ночью точно собьют, а днём посмотрят на кресты и отвалят, – возразил Олег.

Вылетели на рассвете и через два часа полёта на минимальной высоте увидели белёсые дюны Дании.

– Хватит лихачить, набирай высоту! – почти хором потребовали пилоты.

– Не спешите, сначала повернём на север, наверх пойдём после аэродрома базирования торпедоносцев.

– Сам немцам в пасть лезешь?

– Прекратить разговорчики, товарищи боевые пилоты! Один наверх к пулемёту, и без приказа не стрелять! – прикрикнул Олег.

– Мы не военные, я работаю на иркутском заводе, а Саша в ЦАГИ, – возразил Алексей и полез наверх.

– Боевого крещения не будет, обещаю.

За десять километров до аэродрома Олег изобразил набор высоты взлетающего самолёта и повернул в сторону Швеции.

Дания промелькнула под крылом за каких-то пятнадцать минут, и самолёт полетел над проливом, пора докладывать на пост наблюдения Энгельхольм. Увы, нейтралы не озабочены бушующей в Европе войной, и никто не ответил, зато Алексей тревожно доложил:

– Сзади два «мессера»! Догоняют!

– Сиди смирно и помаши рукой, – ответил Олег.

Они уже в шведских территориальных водах, ещё минута, и самолёт пересечёт береговую линию. Ага, размечтался, пара «Фокке-Вульф FW-190» взяла «Савою» в клещи, а пилот ведущего самолёт показал на наушники. Хотят поговорить, почему нет, и Олег переключил радиостанцию на частоту Люфтваффе:

– Привет рыцарям неба! Будете сопровождать до Стокгольма?

– Хотелось бы, да начальство не разрешит. Кого везёшь?

– Одну мрачную личность и тонну всякой хрени в придачу.

– Давно был дома?

В первый момент Олег не понял вопроса, но подсказкой послужил явный тирольский акцент пилота «Фокке-Вульфа», и он ответил:

– С прошлого лета.

– Везунчик, мой последний отпуск был в сорок втором.

– Сплюнь и не говори о везении. Полгода в госпитале, неделя отпуска и сюда на трёхмоторную тарахтелку.

– Удачи! – «фоккеры» разошлись веером и повернули обратно.

– Ловко ты с ними поговорил! – воскликнул Саша. – Я уже начал высматривать место для вынужденной посадки.

– От пушек «фоккера» мы развалимся в небе, – засмеялся Олег и позвал Алексея: – Неси кофе с бутербродами, пора приступать ко второму завтраку.

Дремавшие пассажиры тоже присоединились, самолёт наполнился ароматом арабики и копчёной колбасы. В кабину робко заглянули детишки и попросили показать управление самолётом. Но безмятежный час быстро закончился, пора пересекать Балтийское море, и «Савоя» снова пошла на снижение.

– Алексей, возвращайся на место стрелка и внимательно смотри назад и вверх, – предупредил Олег.

– Немцы так далеко не залетают, – возразил тот.

– Наши торпедоносцы с одного захода собьют, у них скорость в два раза больше.

В центральной Балтике немцев нет, но южнее корабли и самолёты продолжают доставлять снабжение для Курляндской группировки Вермахта. Олег настроил радиостанцию на частоту ПВО и начал вызывать пост наблюдения. Тщетно, в эфире ничего, кроме помех, но через полчаса откликнулась войсковая станция наведения:

– Сто первый, я Луч-49, где вы находитесь?

– Пересекаем центральную Балтику, летим из Эдинбурга в Москву.