Командир разведотряда. Последний бой - Дмитрий Светлов

Олега впечатлило будничное повествование о мандраже перед боем, страхе первых минут атаки с последующим яростным желанием уничтожить врага. Вместе с тем он никогда не слышал о танке КВ-8, а слова: «мы выжигали всё вокруг так, что оставались одни обгорелые остовы» вызывали недоумение. Когда комбат закончил рассказ, Олег осторожно спросил:

– Какие танки в твоём батальоне?

– Огнемётные, ОТ-34 завода «Красное Сормово» и КВ-8 Челябинского Кировского завода.

– Вы пускаете огненные струи?

Комбат захохотал и со смехом пояснил:

– Не зря наши танки называют «Змей Горыныч», они плюются огнём на двести метров.

– Плюются? Это как? – удивился Олег.

– В автоматический танковый огнемет подаётся горючая смесь и холостой патрон сорокапятки. Скорострельность восемнадцать выстрелов в минуту.

– Стреляете бензином?

Комбат снова захохотал:

– При выстреле бензин превратится в пар, у нас во врага летит огненный шар сантиметров пятнадцать в диаметре.

– Ну да, – согласился Олег, – пороховые газы любую жидкость превратят в пар.

– Горючая смесь на основе мазута с порошковым загустителем и ксиленолом, который препятствует тушению.

– Но дальность «плевка» всего двести метров! Так близко подходить опасно!

– Зачем идти на танки? – удивился комбат. – Мы обходим стороной не ближе километра и поджигаем лесочек, в котором они затаились.

– Километр, говоришь, пушка «Тигра» с такого расстояния подобьёт любой наш танк! – воскликнул Олег.

– Эх ты, вояка! Сначала попади! С километра не каждый снайпер пулю точно положит, о пушке и говорить нечего!

Прагматика войны, если противник укрылся среди деревьев, то рукотворный пожар будет простейшим и надёжным решением. У врага останется единственный шанс спасения – поднять руки и побежать сдаваться. Температура пламени огнеметного выстрела в тысячу градусов изначально исключает мысль о героическом прорыве. Осталось уточнить последнюю деталь, и Олег спросил:

– Челябинский Кировский завод – это часть Ленинградского Кировского завода?

– Ты что! Они начали выпуск танков в тридцать восьмом, делали лицензионные танки «Форж и Шантье»^[62].

– У нас выпускали французские танки?

– Лицензию покупало республиканское правительство Испании, наши сделали сто штук, но к этому времени к власти пришли фашисты.

– Танки остались в Красной Армии?

– Разумеется, хотя они так себе. Зато завод получил опыт и создал свой танк разведки Т-40.

– Аналог французского?

– Вообще ничего общего, стосильный дизель С-2, мелкозвенчатая гусеничная цепь, обрезиненные катки. Двигался почти бесшумно!

– Огнемётными танками завод занялся уже во время войны?

– Нет, их придумали во время финской. КВ-6 создали в Ленинграде, здесь, под Москвой, в Егорьевске снаряжали ОТ-26.

Тема автоматического танкового огнемета была для Олега неожиданной. Голливуд показывал огнемётный танк в фильме про войну с Японией. Там была обычная прыскалка с поджигающим факелом, а здесь совершенно иной принцип. Выстрел пороховым зарядом сам по себе воспламенит смесь. Если вспомнить уроки средних классов, десятилитровый шар в диаметре не превысит пятнадцати сантиметров. Советские танки реально стреляют огненными шарами, причём очередями! Что важно, никто и нигде в мире не смог додуматься даже до паршивенького аналога.

За три недели они прекрасно отдохнули, подлечились и накупались в тёплой реке. Вот с загаром получился облом, дежурная по пляжу строго следила, чтобы отдыхающие и больные не выходили раздетыми на солнце. Загорать можно было только под навесом, и ни в коем случае не спать, запрещалось даже лежать с закрытыми глазами.

Утром последнего дня они прошли семейный медосмотр, Вале пожелали лёгких родов, а Олегу поставили штамп: «годен к продолжению службы». Мария Васильевна приехала с племянниками, которые с детским восторгом забрались в реку и вернулись в машину после угроз на неделю остаться без сладкого. Москва опустела, жара напомнила горожанам довоенные привычки, и народ разъехался по дачам. Сейчас это не домики в садовых кооперативах, а съёмные комнаты в пригородных посёлках.

Выехав из санатория, Мария Васильевна сразу повернула в Крылатское, и через полчаса Олег с Валей попали в объятия родственников. После перенесённого инфаркта тесть выглядел осунувшимся, дед как бы завис в неопределённом возрасте, а Светлана Филипповна оставалась ягодкой на сорок пять. Александр Сергеевич сослался на рекомендацию врачей и выставил на стол коньяк.

Олег «причастился» парой рюмок и расслабленно любовался дачным благолепием. Тёща увела Валю на веранду и вместе с домработницами затеяла воспитательный процесс, а может, наставление по тайным женским делам. Дед затеял с Александром Сергеевичем спор на тему марксизма-ленинизма. Один доказывал, что теория строительства коммунизма должна меняться вместе с обществом, другой настаивал на незыблемости фундамента и опасности диссидентства.

Олег заскучал и после небольшой прогулки по саду присел у кустиков крыжовника. Его увлекла забава сорвать янтарную ягодку и при этом не оцарапаться, чего греха таить, лакомство тоже привлекло. Крыжовник оказался сладким, с крохотными, почти неощутимыми косточками.

– Штамп «годен к службе» получил?

Знакомый голос над головой заставил вздрогнуть. Как здесь оказался Василий Васильевич? За символической оградой из провисшей проволоки находилась дача заведующего сельскохозяйственным отделом ЦК Андрея Андреева. Словно услышав вопрос, шеф пояснил:

– Моя дача в Черёмушках, пользуюсь наследием ненавистной буржуазии^[63], а здесь в гостях у сына, он женат на дочери Андрея Андреевича.

– Штампульку получил, когда прибыть в Управление? – спросил Олег.

– Задание простенькое, и время не поджимает. Ты так и не закончил с зачётами в нашем тренажёрном центре. Заниматься ежедневно с восьми утра. До свидания.

Неправда, он прошёл все тесты и зачётные проходы, осталось то, что невозможно сдать! Самым трудным было сближение с часовым, а затем с двумя часовыми на расстояние уверенного поражения. Для Олега определили дистанцию в двадцать метров, а подход оказался несложным. Достаточно находиться вне периферийного зрения человека и замирать, когда часовой начинает поворачивать голову. Единственным непреодолимым для него препятствием стал лабиринт с мишенями и теннисными пушками рядом.

Конфигурация лабиринта менялась за счёт перестановки ширм, мишени с метателями мячей тоже переставлялись. Это полбеды, беда находилась за ширмой, где сидели «стреляльщики». Солдаты хорошо слышали приближение и нажимали кнопочку в момент появления отражения стрелка в зеркале. Или… Ну да, зеркало! Один раз Олег в раздражении расстрелял зеркало, за что получил серьёзный нагоняй. Сейчас он воспользуется зеркальцем жены, с помощью которого определит направление пушки и после этого расстреляет мишень.