Хроники Империи Ужаса. Нашествие Тьмы - Глен Кук

– Господи, ну и крепость! – пробормотал Требилькок.

На Арала та произвела еще большее впечатление.

– Я считал, это все папашины выдумки. Эти стены футов сто в высоту. – Он показал на северный конец острова, где они были выше всего. – Как Ильказару удалось его завоевать?

– С помощью магии, – коротко ответил Майкл. – И в то время тут не было никаких стен. Они думали, что их достаточно защитит река.

Арал огляделся:

– Тут повсюду рисовые поля.

– В основном они экспортируют рис в Матаянгу. Мы проходили это на занятиях по экономике. У них целый флот, который возит товары на побережье.

– Лучше не спускать глаз с наших подопечных. А то потеряем их в толпе.

Понтонный мост был забит людьми. Никого знавшего их язык найти не удалось, так что причина столпотворения осталась неизвестной.

След привел их к большой крепости на острове.

– Фадем, – сообразил Арал.

Фадем, сердце Аргонской империи, являлся резиденцией безымянной королевы, которую обычно называли Фадемой или Матриархом. В течение четырех поколений Аргоном правили женщины, с тех пор как Фадема Тенайя убила чародея-тирана Арона Локвурма и воцарилась на его троне.

Мужчин, сопровождавших Непанту, там уже ждали.

– Вряд ли мы разумно поступили, идя за ними, – заметил Майкл.

Пока что, однако, никто им не препятствовал. На улицах полно было людей, но никто не собирался заходить в крепость. Требилькок обошел Фадем вокруг, но смог рассмотреть только три стены – четвертая была частью стены, окружавшей остров, и уходила в воду.

– Нужно проникнуть внутрь, – наконец заявил он.

– С ума сошел?

– Ты каждый раз это твердишь, но все равно таскаешься за мной.

– Значит, и я сошел с ума. Как ты собираешься это сделать?

– Уже темнеет. Зайдем с южной стороны, где стена ниже, и взберемся по ней.

– Теперь я уже точно не сомневаюсь, что ты свихнулся.

– Вряд ли они этого ожидают. Могу поспорить, никто до сих пор такого не делал.

Он был прав – аргонцы слишком боялись обитателей Фадема и наверняка сочли бы, что их план вполне хорош для быстрого прощания с жизнью. Самоубийцы обычно прыгали с самой высокой точки треугольной внешней стены, где стоял памятник в честь победы над Локвурмом. Требилькок и Дантис все же решили воплотить опасный план в жизнь – около полуночи, без огней, во время проливного дождя.

– Никакой стражи, – во всяком случае, я никого не вижу, – пробормотал Майкл, помогая Аралу вскарабкаться на зубцы стены.

– Наверняка из-за погоды.

Дождь шел с тех пор, как зашло солнце. Им еще предстояло узнать, что в Аргоне летом дождь идет каждую ночь, а днем стоит удушливая влажность.

Им потребовалось два часа, чтобы, проскальзывая от одного поблескивающего светом окна к другому, отыскать нужное помещение.

– Это она, – прошептал Арал Майклу, которому пришлось остановиться позади него на узком карнизе. До этого они вскарабкались на восемьдесят футов по внешней стене башни, чтобы добраться до окна. – Я войду внутрь и…

– Нет! Она нас выдаст. Не забывай, она оказалась здесь, потому что сама этого хотела. Лучше выясним что и как.

Довольно долго ничего не происходило. Слегка отдохнув, Майкл спустился на несколько футов и прошел под окном, так что теперь мог дотянуться до подоконника с дальней его стороны. Скрежещущие жернова времени перемололи еще три часа. Вряд ли кто-то сейчас выглядел более жалко, чем Майкл и Арал, – их поливал дождь, твердый камень под ногами искушал присесть и вздремнуть. Негде было пошевелиться, хотя бы вытянуть ноги…

В комнату кто-то вошел. Требилькок услышал женский голос, говоривший по-вессонски с сильным акцентом:

– Добрый вечер, госпожа. Мне очень жаль, что тебе так долго пришлось ждать.

Требилькок и Дантис вглядывались сквозь щели в ставнях. «Почему, дьявол их побери, они не застеклили окна?» – подумал Майкл. Но в замке Криф тоже не было стекол, хотя погода в Кавелине куда хуже. Стекло было роскошью, которую зачастую не позволяли себе даже короли.

Непанта поднялась с кровати. Этриан спал на кушетке.

– Где он? Когда я смогу его увидеть?

– Кто?

– Мой муж.

– Не понимаю.

– Те люди, что привезли меня в Троес… сказали, что доставят меня к мужу. Он послал за мной. У них было письмо.

– Они солгали. – Женщина издевательски усмехнулась. – Позволь представиться – я Фадема, королева Аргона.

Никакого «очень приятно» со стороны Непанты не последовало – она сразу же перешла к делу:

– Почему я здесь?

– Нам пришлось убрать тебя из Воргреберга. Там ты могла доставить нам немало хлопот.

– Кому «нам»?

– Госпожа. – Вошел очередной посетитель.

– Ох!

Требилькок тоже судорожно вздохнул. Он никогда прежде не видел тервола, но узнал одежду и маску. Сердце Майкла отчаянно забилось в груди – с помощью чар тот мог их обнаружить…

– Шинсан! – прошептала Непанта. – Опять…

Тервола слегка поклонился:

– Мы снова пришли, госпожа.

– Где мой муж?

– С ним все хорошо.

– Лучше отправьте меня домой! – взорвалась Непанта. – Вы меня обманули… Я под защитой Вартлоккура, и вам об этом хорошо известно.

– Конечно известно. Мне точно известно, что ты для него значишь. Именно это главная причина, по которой ты оказалась здесь.

Непанта ругалась, кричала, грозила, но тервола на обращал на ее слова ни малейшего внимания.

– Госпожа, – заявил тервола, – советую тебе успокоиться. Не создавай лишних сложностей.

– Что с моим мужем? Мне сказали, что отвезут меня к нему.

– Понятия не имею, – ответила Фадема.

Непанта выхватила кинжал и набросилась на тервола, но тот без труда ее разоружил.

– Фадема, унеси мальчишку. Чтобы вела себя как положено. Поговорим позже, госпожа.

Непанта вопила, брыкалась, кусалась, грозила и умоляла. Тервола держал ее, пока Фадема не выволокла Этриана за дверь. Майкл Требилькок не раз уже вынужден был подавить рыцарские порывы – тервола он не боялся, но и здравомыслия хватало. Именно оно спасло ему жизнь.

– Твоя честь и твой сын – наши заложники, – сказал тервола, когда Фадема скрылась за дверью. – Поняла?

– Поняла. Вартлоккур и мой муж…

– Ничего они не сделают. Собственно, именно поэтому ты – моя пленница.

Он ошибался – Вартлоккур не поддался на шантаж, а Насмешник лишь доставил больше беспокойства. Это было у них в крови.