Новая Зона. Хрустальная угроза - Светлана Кузнецова

Денис лежал на боку и смотрел перед собой: на закрытую дверь, из-под которой вырывалась полоска света, на синие обои с неопределенным рисунком, на тумбочку с часами, стрелки которых застыли на половине третьего, и на «радужку». Казалось, мячик слегка светился изнутри, и Денис с опозданием подумал, что подверг себя слишком рискованному эксперименту.

Собственно, эта мысль и заставила его подняться, натянуть одежду и выйти в коридор. Сейф располагался в кабинете Ворона, там же лежало несколько пустых контейнеров для хранения артефактов, туда он и направился. Желание избавиться от «радужки» стало практически невыносимым.

Не стоило оставлять артефакт в собственной комнате и засыпать. Алла ведь говорила об усилении психических способностей. Именно благодаря этому чертову усилению Денис пообщался на равных с эмиониками, а потом… Даже вспоминать не хотелось. Сердце до сих пор билось о ребра так, что становилось больно.

Голоса он услышал издали. Ворон, не скрываясь, говорил с кем-то по скайпу, и Денис счел уместным зайти. Напарник тайн не держал, а когда говорил о чем-то личном, всегда использовал гарнитуру.

– И ты решил не продвигаться дальше? – спросил знакомый голос.

– Пока нет, – ответил Ворон и усмехнулся. – Я увидел достаточно. Мне пока не стоит лезть напрямую.

– Правильное решение. Работа под прикрытием – моя стихия.

– Привет, Выдра! – поздоровался Денис, входя в кабинет.

Он узнал бывшего помощника лидера клана «Доверие» по голосу, но застыл, увидев на экране. Он никогда в жизни не признал бы его, встретив на улице, например. Было время, Денис терпеть не мог этого человека: излишняя манерность, любовь к дорогим аксессуарам и занудность Выдры отталкивали сильнее любых грубых слов. А еще – боялся. Потому что в плане знания законов и умения договариваться тот мог заткнуть за пояс любого. Фальшь и Выдра для Дениса практически всю юность означали одно и то же.

Выдра оказался доверенным лицом Ворона, а вовсе не правой рукой Стафа, и спас Денису жизнь, едва не погибнув в процессе. Тот факт, что друзьями они так и не стали, коробил до сих пор.

– Здравствуй, Дэн. – Выдра помахал ему рукой с огромного экрана плазмы, которую Ворон периодически использовал как дополнительный монитор. – Позволь поинтересоваться, ты меня как признал?

– По голосу, – честно ответил Денис.

Загорелый светловолосый улыбчивый мужчина с прежним помощником-очкариком не вязался никак. Один – прожигатель жизни, второй – серый кардинал.

– С голосом, увы, я ничего поделать не могу, – усмехнулся Выдра и продолжил уже серьезно: – В общем, Игорь, надеюсь, ты понял.

Ворон кивнул:

– Да, более чем.

– Пойду спать, – проинформировал Выдра и широко зевнул, не посчитав необходимым прикрыть рот рукой (раньше он никогда не позволил бы себе ничего подобного). – Через шесть часов у меня теннис с Дмитриевым, не хочу оказаться не в форме. Дэн, пока, рад был повидаться, – и, вновь помахав рукой, отключил скайп.

Некоторое время в кабинете стояла тишина. Затем Денис отмер, прошел к сейфу, запаковал артефакт в контейнер и запер.

– Ругаться будем? – поинтересовался Ворон, когда он уже был в дверях.

– А смысл? – вопросом на вопрос ответил Денис, но выходить не стал, и желание хлопнуть дверью его покинуло.

– Выпустить пар. У меня такое ощущение, будто ты сейчас сорвешься. Ты можешь высказаться по поводу недопустимости тайн между напарниками. А я замечу, что если бы происходящее действительно являлось тайной, то с Выдрой я беседовал бы не здесь и не сейчас. – Ворон вздохнул и потянулся к бокалу, до краев наполненному красной жидкостью. – «Массандра» семьдесят четвертого года. Соблазнишься?

Денису очень хотелось сказать о том, что сталкер прекрасно сам справляется с перебранкой, но плохой сон все еще сидел в сердце занозой, потому он кивнул и с ногами устроился в кресле возле двери:

– У тебя неплохо получается озвучивать мои мысли.

– Читаю по лицу. Со мной ты не скрываешься, и я ценю это.

– Доверяешь… – покивал Денис, скептически хмыкнув.

– Доверяю. Серьезно. Просто вначале мне самому хотелось разобраться во всем происходящем. – Ворон достал еще один бокал и наполнил вином, затем сам подошел к Денису.

– Разумеется, – протянул тот, но бокал взял. – Ведь в мозговых штурмах я бесполезен. Мне ведь можно только выдавать окончательный результат: кто прав, кто виноват, кто ни при чем, от кого стоит держаться подальше.

– Нет. – Ворон вернулся на свое место и устало потер переносицу. – Но для того, чтобы начать разговор, необходима информация.

– Поэтому мы ловили кокодрилло, а Выдра строит из себя мажора-переростка?

– Поэтому, – подтвердил Ворон и фыркнул. – Олег Дмитриев – фигура колоритная. Владелец заводов, газет, пароходов… Кому другому позволили бы организовать тварюшник, памятуя о том, как мы потеряли Москву? Кто спонсирует работу частных лабораторий, хотя правительство готовит документ, по которому любое исследование Зоны, ее аномальных явлений и артефактов передается Центру Аномальных Явлений и его подразделениям и более никому? А президент высказался еще более жестко, сказав, что, если Зону будут воспринимать местом наживы и бизнеса, мы скоро погрязнем в ней полностью. – Он поморщился. – Дэн, ты ведь меня тоже прекрасно читаешь, может, отложим до завтра?

– Не читаю, в том-то и дело, – раздраженно ответил Денис. – Я вообще подозреваю, что воздействовать на тебя ментально невозможно.

– Да? – Ворон приподнял бровь. – Что ж, значит, одной проблемой меньше. По крайней мере подпасть под эмо-удар не грозит. И хорошо, что тебя не волнует почему.

– Я приберегу этот вопрос, – пообещал Денис.

– Ну, попробуй. – Ворон улыбнулся и выпрямился в кресле, снова приняв вид сосредоточенный и при этом расслабленный, пригубил вина и подпер рукой голову. – Итак, Дмитриев. Я знаю его давно. Он меня, к счастью, не помнит… наверное. Еще в прошлом веке мы ходили с ним в один и тот же фехтовальный клуб. Просто ходили. Не дружили, не враждовали. Сказывалась разница в возрасте, да и в материальном достатке тоже. Мы находились словно в двух параллельных мирах. Однако это не значит, будто я не наблюдал за ним. У Дмитриева имелась одна отвратительная черта: он шел до конца, даже если понимал, что тактика и стратегия изначально неудачны. Не знаю, каким образом он не прогорел в бизнесе с подобным подходом к делу. Здесь, видимо, все дело в упорстве, которого ему не занимать. Я лично видел, как несколько раз его шатало после боя, но он при этом одерживал победы – вырывал благодаря настойчивости. Это о многом говорит, не так ли?