Барселона. Проклятая земля - Хуан Франсиско Феррандис

– Он получает припасы из селений и монастырей вокруг Берги, и у него есть наемники, вам это, безусловно, известно. Зачем вы приехали, Фродоин?

Они уже несколько раз встречались тайно, через посредство Годы, в монастыре Санта-Мариа-дел-Пи, что близ Барселоны. Наступил поворотный момент для всего графства и для всей Испанской марки, однако лесным рыцарям не хватало широты кругозора, которой епископ обладал благодаря письмам, приходившим от королевских приближенных и из других епархий. Вот уже три года Фродоин стоял во главе церковного управления и все больше убеждался, что дела на границе крайне запущены. Он научился лавировать между враждующими партиями франков и готов, но, несмотря на улучшения в жизни города, на рост стен нового собора вокруг старого и параллельный рост торгового потенциала, жителям по-прежнему угрожала опасность.

– Вы когда-нибудь задумывались, почему Дрого не раздавил вас за все эти годы?

– Каждый день, епископ, – ответил Гисанд.

Фродоин обернулся к рыцарю, за спиной которого стояли Инверия, Нило и молодой Изембард. Наследник дома Тенес, которому уже сравнялось двадцать два года, выглядел как настоящий воин. Рыцари обучили его на славу.

Рядом с монастырем встали лагерем пятьдесят вооруженных мужчин, из них тридцать конных. Все они когда-то были вассалами Рыцарей Марки, незнатными дворянами или землевладельцами, которые вооружились, почувствовав возможность скинуть ярмо Дрого де Борра.

Эти люди с помощью вылазок и стремительных набегов почти обезопасили крестьян от диких орд, но Фродоин видел дальше, перед ним была не только гора черепов. В 862 году, когда мятежный граф Гунфрид был низложен, король назначил ему преемника, Суньера Второго, но восстание, охватившее всю Готию, помешало ему принять бразды правления. Суньер так и не добрался до Барселоны, и графский трон оставался пустым. И тогда Дрого переменил тактику и предоставил дикие шайки собственной участи.

– Мятеж закончился. Гунфрид бежал в Италию после того, как на него накинулся демон в обличье белокурой девушки, если, конечно, верить его словам. – Епископ взглянул на побледневшего Изембарда. – В Тулузе думают, что это был бред, вызванный укусом змеи, которую нашли в его алькове. Но мы-то здесь знаем, что с графом приключилось кое-что другое.

– Вы правда считаете, что это была моя сестра Ротель? – неуверенно спросил Изембард.

– Ее видели вместе с черным бестиарием, который водит дружбу с Дрого.

– Бестиарием?

– И это не сказки. Сервусдеи утверждает, что эти темные убийцы описаны в старинных хрониках. Несколько франкских феодалов, которые могли соперничать с Дрого по эту сторону Пиренеев, погибли странным образом. Душа Ротель потеряна, и поверь, Изембард, мне очень жаль.

Юноша опустил голову, слова епископа его ранили. Через лазутчика, который был у них в замке Тенес, он уже узнал, что Дрого отдал девушку страшному африканцу. Изембард надеялся, что спасет сестру из гарема, но Ротель выбрала иной путь и не нуждалась в его помощи. Теперь Ротель служит Дрого, и брат с сестрой оказались во враждебных лагерях. Изембард боялся встретить ее и убедиться, что от их глубокой связи не осталось и следа.

– Почему Дрого де Борр решил избавиться от графа Гунфрида? – спросил Изембард, чтобы перевести разговор на безопасную тему. – Король ведь лишил его всех титулов.

– Он оставался в Готии в надежде заслужить прощение. В нашем королевстве это возможно. Дрого понял, что никогда не станет графом, убивая беззащитных крестьян и гоняясь за лесными бродягами, которые к тому же огрызаются и бегут прочь. Думаю, изгнание Гунфрида с помощью умелых мастеров – это часть его плана по завоеванию графской короны.

– Как вы полагаете, что он теперь сделает? – спросил упрямый Нило.

Противостояние с Дрого явно зашло в тупик, а Нило, как и все, ценил молодого епископа за хитрость.

– Он попытается захватить Барселону. Верные графу чиновники, которые там еще оставались, покинули город, как только узнали о бегстве Гунфрида в Италию, и о виконте Сунифреде ничего не известно. Никто из его людей не может объяснить, где он сейчас. Король официально назначит графа на весенней ассамблее – Суньера Второго он уже сместил за его неспособность справиться с мятежом. Сложившаяся ситуация безвластия – это шанс для Дрого. Немногочисленная городская стража подчиняется только моему капитану Ориолю и викарию. Если Дрого сам сумеет захватить власть в Барселоне до начала ассамблеи, король утвердит его в благодарность за поддержание порядка в течение этих месяцев. Так уже случалось в других частях королевства: сначала захватываешь трон, потом заручаешься королевским согласием.

– Мне кажется, вы собираетесь ему помешать, – закончил за Фродоина Гисанд. Старик встревожился не на шутку.

Дрого не забыл о нанесенных ему оскорблениях, и если он утвердится в Барселоне, то не упустит случая отомстить готской знати и самому Фродоину. Он не знал жалости к колонам, а теперь погрузит в хаос и столицу. Но епископ, определенно, приехал не делиться страхами, а просить помощи у лесных воинов.

– Барселона – это осиное гнездо, полное тайных наемников Дрого. Ориоль сумел бы организовать оборону, если он сможет рассчитывать на вашу поддержку и на ваши силы. Проблема состоит в том, как переправить вас в город без ведома его шпионов. При первом же сигнале Дрого начнет действовать на опережение.

– Мы должны попасть в город, иначе все, чего мы добивались, было напрасно, – высказался Изембард после долгого молчания. Конфликт на заселенных землях затрагивал уже и Барселону.

Рыцари переглянулись. Все верно. Несмотря на мятеж графа Гунфрида, город процветал, прирастая вновь освоенными землями. Вокруг озера Кагалель крестьяне заново насадили виноград, оливки и фруктовые деревья; впрочем, плодоносить они начнут только через несколько лет. Хрупкий мир привлекал в городской порт торговцев и мореходов. Епископ вновь запустил монетный станок, и в Барселоне чеканили денарии и оболы, когда из Нарбонны приходило серебро. Получая треть от всех монет и собирая налоги, епископ продолжал строительство собора, которому было предназначено стать гордостью Марки. Но все эти начинания очень скоро могли зашататься.

– В Барселоне есть человек, который сможет нам помочь, – произнес Фродоин. – Этот человек пришел вместе с колонами. Я имею в виду Элизию из Каркассона.

У Изембарда подскочило сердце. Юноша не забыл о ней за все эти годы, и хотя он не заходил в город, наводненный людьми Дрого, каждого отшельника, каждого крестьянина, который возвращался из-за стен, он расспрашивал о ней. Таверна Элизии процветала.

– Епископ, вы намерены подвергнуть ее опасности? – сурово вопросил Изембард.

– Элизия станет самой надежной нашей помощницей. Одна знатная сеньора, Года из Барселоны, сумеет ее убедить. Хозяйка каждый день выходит за стены, чтобы снабжать свою таверну продуктами. Стража у ворот ее знает и никогда не обыскивает ее поклажу.

Изембарду замысел не понравился. Он помнил, как продали Ротель, помнил и трагическую историю Жоана и Леды. Дворяне и церковные иерархи используют простолюдинов в своих интересах. Да он и сам отчасти чувствовал себя марионеткой Гисанда, исполнителем его давних мечтаний.