Тайны и маски - Кира Стрельникова

— Нет его у меня! — сквозь стиснутые зубы огрызнулся Рен, невольно сжав кулаки. — Послушайте, я на вашей стороне, предлагаю договориться…

Джованна выпрямилась и хлёстко ударила его по щеке так, что у пленника зазвенело в ушах и перед глазами замелькали серебристые точки, а во рту появился привкус крови. «Тяжёлая рука у дамочки, однако», — мысленно поморщился Лоренцо. Сплюнув, он повернул голову к Джованне, но сказать ничего не успел.

— Я не верю ищейке Кастелли, — сухо известила Джованна, скрестив руки на груди. — И советую вам хорошо подумать, сеньор Лоренцо, мои люди умеют развязывать языки самым несговорчивым.

Несмотря на то, что она пыталась сохранять видимость вежливости и обращалась к нему на «вы», Рен не собирался разводить реверансы, убедившись в том, что дама крайне упряма.

— Ещё раз повторю, архива у меня нет, а дальнейшие переговоры я буду вести только тогда, когда меня развяжут, — твёрдо заявил он, сплюнув на пол.

Джованна дёрнула плечом и смерила его пренебрежительным взглядом.

— Что ж, я даю вам последний шанс, сеньор, — бросила она и развернулась, направившись прямо к стене. — Дальше с вами будут говорить… Другие люди и совсем по-другому.

— Это я даю тебе последний шанс не совершить ещё больше ошибок, — негромко ответил ей Лоренцо, глядя на прямую спину.

Женщина оглянулась, насмешливо усмехнулась.

— Мой пленник угрожает мне? Занятно, — Джованна покачала головой. — До скорой встречи, сеньор Кастелли.

После чего она приложила ладонь к стене, та пошла рябью, и часть кирпичей растаяла, открыв деревянную дверь, обитую полосами железа. Похитительница достала из кармана ключ и вышла, оставив Лоренцо одного. А он, сразу выкинув из головы упрямую даму, сосредоточился на пирамиде у стены. Первым делом Рен попытался воспользоваться магией и избавиться от верёвок, и когда это не получилось, он понял: артефакт глушит силу. Кастелли прищурился, ничуть не обеспокоенный этим досадным открытием, сразу вспомнились слова того самого старого наставника, поделившегося с ним кое-какими интересными навыками. «Магию нельзя отобрать у тебя, мальчик мой, — говорил он, глядя на Рена выцветшими от старости глазами и тихо улыбаясь. — Твоя магия всегда с тобой, вот здесь, — и его морщинистая ладонь коснулась груди Лоренцо. — Можно только лишить силу видимого проявления, но отнять её у тебя — нет. Никакой артефакт не в силах этого сделать, помни, и твоя магия всегда будет с тобой».

Лоренцо тряхнул головой, слизнул выступившую на разбитой губе капельку крови и пристально уставился на пирамиду. Пусть это цельный кристалл, но… У любого кристалла есть слабая точка, и Рен намеревался её найти. Неверный свет факелов не мешал ему погрузиться взглядом в артефакт, максимально расслабившись, дыхание мужчины выровнялось, и через какое-то время стены камеры словно растворились, а тело перестало ощущаться. Да, этому тоже не учат в Академии… Время остановилось, замерло ртутными каплями, грани рывком приблизились к нему, поглотили, впустив внутрь себя. Теперь осталось только найти.

Однако Лоренцо не успел. Словно сквозь вату до него донёсся скрип открывшейся двери, смутные голоса, и его так же рывком выкинуло обратно в неприглядную реальность. А в ней Джованна привела ещё одного человека, по всей видимости, того самого специалиста по допросам, о котором говорила. Высокий, с мощными плечами, квадратной челюстью и пустым взглядом палача, он молча смотрел на Рена, а Джованна с предвкушением улыбалась.

— Ну что, сеньор Кастелли, — обманчиво ласковым голосом произнесла она. — Вы не изменили своего решения?

— Архива у меня нет, — Рен покачал головой.

Сказать сейчас, что он у другого человека, подставить Контессину, было бы с его стороны глупейшим поступком в жизни. Пока он тут на положении пленника, про то, у кого на самом деле сейчас пресловутые письма Лукреции, следовало молчать до последнего. Джованна вздохнула с притворным сожалением.

— Прискорбно, — обронила она и кивнула спутнику. — Приступайте.

Он шагнул вперёд и нехорошо улыбнулся. Рен стиснул зубы, приготовившись к боли: ничего, его учили терпеть, и так просто сломать допросом Лоренцо не выйдет.

Дама отчаянно жалела, что не умеет передвигаться сквозь пространство, и приходится тратить время на дорогу. Сначала — до своего дома, чтобы попросить Джулиано передать письма, потом — придётся ехать до дриад, потому что письма ей нужны уже сегодня к вечеру, а Дама не знала всех возможностей этих созданий. Дальше следовало отправиться к наёмникам, там у неё тоже имелись свои люди, и взять себе парочку в помощь. Остальное Дама планировала сделать магией, если понадобится. Её козырь в том, что Джованна не ожидает нападения, не знает об их с Реном связи и вряд ли будет готова, сейчас она, должно быть, пытается получить от Лоренцо ответ, где архив.

Передёрнув плечами и заставив себя не думать о том, какими методами противная девица это делает, Дама почти бегом поднялась по лестнице в свои покои, поставила на стол рамку и села на краешек кресла, с нетерпением дожидаясь, пока активируется артефакт. «Пожалуйста, только будь дома, Джун! Ты мне очень нужен сейчас…» Зеркало темнело мучительно медленно, и когда в нём всё же стала проступать картинка, Дама чуть не застонала от облегчения.

— Тесс? — брат сидел в гостиной, и на его лице отражалась тревога. — Что случилось, я несколько раз пытался связаться с тобой…

— Мне нужны письма из архива, — перебила она его. — Долго объяснять, но это для нашего же блага, — быстро добавила Дама. — Штук пять, не больше, столько хватит.

Джулиано нахмурился сильнее и выпрямился.

— Во что ты вляпалась, Тесси? — негромко спросил он.

Дама глубоко вздохнула, унимая глухое раздражение — каждая секунда на счету! — и кратко ответила:

— Лоренцо похитили люди кардинала Санти, им нужны письма, чтобы скинуть Родриго. Джун, передай с дриадами, скажи, что я должна получить их сегодня, как можно быстрее, — Дама посмотрела в глаза брату. — Они думают, что архив у Рена, — на её губах появилась кривая улыбка.

Герцог Тосканский замер, выслушав несколько сумбурное объяснение сестры, и медленно кивнул.

— Хорошо, я тебя понял. Но жду подробного рассказа, что у тебя там происходит, как можно быстрее! — строго добавил он и чуть мягче проворчал. — Вот вообще нельзя одну тебя оставить, обязательно в приключения ввяжешься.

Дама быстро улыбнулась и послала Джулиано воздушный поцелуй.

— Я тоже тебя люблю, братик. Жду писем, — и она отключила зеркало.

Теперь — дриады, и женщина готова была пообещать что угодно, лишь бы драгоценные бумаги попали к ней сегодня.

…От лесных дев Дама возвращалась уже ближе к вечеру, когда солнце бросало на воды Венецианского залива оранжевые блики. Несмотря на не проходившую тревогу, снедавшую изнутри, она улыбалась: дриады пообещали, что как только письма будут у них, ей сразу принесут. «Мы не владеем перемещением в пространстве, — вспомнила Дама разговор. — Мы лишь просим Природу показать кратчайший путь, и она помогает. Я попрошу, сестра. Отправляйся к себе и жди, до полуночи ты получишь послание». Теперь осталось только договориться с наёмниками и самой приготовиться к вылазке в палаццо Джованны. Дама поспешила в одну из таверн в глубине бесчисленных улочек Венеции, хозяин которой как-то, будучи проездом во Флоренции по своим делам, заглянул в Игорный Дом, и оставила у него заказ. Два наёмника к полуночи по указанному адресу. Тот молча выслушал и кивнул.