Тайны и маски - Кира Стрельникова

— Так-так, кажется, моя маленькая сестричка попала под обаяние Кастелли? — с мягкой иронией произнёс он.

Сеньора де Россо тут же вскинулась, сдвинув брови.

— Он не такой, как этот противный Чезаре, и вообще, между прочим, он соблазнил жену Рена! — запальчиво отозвалась она.

Герцог Тосканский поднял ладони, негромко рассмеявшись.

— Милая, да не обвиняю я его ни в чём, что ты! Раз он тебе нравится, значит, достойный человек, — Джулиано внимательно глянул на неё, уже серьёзно.

— Ну… нравится, чуть-чуть, — буркнула Тесс, опустив взгляд. — Это ещё ничего…

Договорить она не успела. Всё существо вдруг пронзило такое острое ощущение опасности, что женщина застыла, оборвав себя на полуслове и уставившись в никуда пустым взглядом. Связь горела в сознании багровым, сыпала искрами, и это означало — Рен в беде.

— Тесс? Тесси, что случилось? — словно сквозь вату донёсся до неё встревоженный голос Джулиано.

Она тряхнула головой, сфокусировала на нём взгляд и моргнула.

— Джун, извини, я потом с тобой свяжусь, мне бежать надо, — быстро проговорила Контессина, пытаясь справиться с волнами паники, и прервала связь, вскочив со стула.

Связь тянула и дёргала, как больной зуб, и хотя очень хотелось тут же выскочить из комнаты и помчаться на помощь, Тесс заставила себя глубоко вздохнуть и разжать сведённые судорогой пальцы.

— Не истерить, — жёстко сказала она сама себе и направилась в спальню.

Стараясь не смотреть на разворошённую постель, в которой она совсем недавно нежилась с Лоренцо, Контессина подошла к туалетному столику и открыла один из ящичков, достав Маску. Провела по ней пальцами и решительно поднесла к лицу. Никто не должен знать, что сеньору де Россо и Лоренцо Кастелли что-то связывает, это может добавить ненужных проблем. А Даме проще вести расследование, если уж на то пошло. Достав из гардероба плащ с капюшоном, женщина накинула его и решительно вышла из покоев. Если это Чезаре решил всё-таки отыграться на кузене… Дама стиснула зубы, во взгляде мелькнул опасный огонёк. Она этого просто так не оставит. Ну а если до Лоренцо добрались агенты кардинала Санти, то стоит как можно быстрее разобраться с этим недоразумением, ведь всё равно архива у Рена нет.

Дама вышла из дома через чёрный вход, и надвинув пониже капюшон, прикрыла глаза, прислушавшись к связи: она уводила вглубь улочек Венеции, и женщина поспешила за ней. Дама не замечала прохожих, ловко обходя их, не отмечала, куда именно идёт, и когда спустя некоторое время упёрлась в глухую стену в одном из тихих переулков, сначала даже не поняла, куда пришла. Прищурившись, огляделась, потом пошла вдоль дома, вышла к каналу и зашла на мост… Связь с Реном, по-прежнему багровая, уводила к знакомому палаццо, вход в который имелся только с причала.

— Джованна, значит, — тихо пробормотала Дама, недобро улыбнувшись. — Ладно…

Разговаривать с похитителями стоило, только имея на руках письма из архива, значит, сначала следовало снова связаться с Джулиано и рассказать ему всё до конца. Радовало одно: Лоренцо нужен Джованне живым, значит, она его не убьёт точно. Дама надеялась, что серьёзного вреда ему не причинят, пока женщина готовится к освобождению Рена. Соваться в это осиное гнездо в одиночку и без веских аргументов в виде писем было бы чистым самоубийством. И Дама направилась домой, стараясь смирить эмоции, не желавшие внимать голосу разума.

Пробуждение было не слишком приятным: голова гудела, словно церковный колокол, тело странно затекло, а в горле пересохло. Лоренцо разлепил глаза и оценил обстановку, в которую попал. Камера без окон и дверей — если только последняя не располагалась за его спиной. На стене чадят два факела, наполняя пространство едким дымом, от которого слезились глаза и свербело в носу. Сам Лоренцо, абсолютно голый, если не считать небрежно кинутого на бёдра не слишком широкого куска ткани, сидел на стуле со связанными за спиной руками. К путам, по всей видимости, прибавили ещё магию, поскольку по телу расползалась противная слабость, и даже чтобы поднять голову, потребовалось серьёзное усилие.

Мебели в камере не имелось кроме стула, и ещё, у стены он заметил небольшую многогранную пирамиду высотой чуть больше ладони, чьи грани тускло мерцали в неверном свете факелов. «Артефакт», — тяжело упала в голове одинокая мысль, и Лоренцо решил обдумать её позже, когда хоть немного прояснится сознание. Забористой же дрянью его уложили, однако…

— С пробуждением, сеньор Кастелли, — раздался знакомый голос с нотками злорадства, и Рен сфокусировал взгляд на тёмной фигуре, стоявшей в глубине камеры и почти сливавшейся с тенями.

Джованна выглядела эдаким тёмным ангелом: белокурые волосы, собранные в причёску, растянутые в усмешке алые губы, и абсолютно холодные, как кусочки стекла, голубые глаза. Кукольное личико, которое, наверное, нравилось многим мужчинам, но строгое чёрное платье с воротником под горло и без всяких украшений многое говорило о характере этой дамы. «Приятно познакомиться, сеньора», — мысленно ухмыльнулся Лоренцо, не торопясь пока обнаруживать свою осведомлённость о личности похитительницы. Потихоньку его самочувствие улучшалось, если можно было так выразиться, по крайней мере, тяжесть в голове проходила, хотя со слабостью надо что-то делать. Позже.

— Вы прямо неуловимая личность, — продолжила Джованна, выступив на середину камеры и с каким-то болезненным любопытством разглядывая его. — Мои люди с ног сбились, гоняясь за вами.

— Если вам нужен архив, то у меня его нет, — хриплым голосом ответил Лоренцо. — Но если вы меня развяжете…

Договорить ему не дали: Джованна рассмеялась резким, неприятным смехом.

— За кого вы меня держите, сеньор? Развязать вас? — она фыркнула. — Вот уж такой глупости я точно не сделаю.

— Вы не дослушали, — Рен не обратил внимания на издёвку в её голосе. — Ведь это ваш родственник, кардинал Санти, хочет добраться до архива сеньоры Манццони, так? Чтобы с его помощью заставить Родриго покинуть пост Святого Князя? — он не сводил глаз с лица Джованны, подмечая малейшие оттенки эмоций на нём.

Рискованно было заявлять, что он знает о планах похитительницы, но Лоренцо надеялся всё же договориться и убедить, что он на стороне заговорщиков. Глаза Джованны сузились, в них мелькнул настороженный огонёк, а лицо застыло.

— А вы догадливы, сеньор Кастелли, — вкрадчиво ответила она, приблизившись вплотную к нему и ухватив за подбородок, подняла голову пленника. — Недаром вас считают лучшей ищейкой Святого Князя, — а в следующий момент Джованна жёстко ухватила его за волосы на затылке, дёрнув назад и наклонившись к его лицу. — Где архив?! — прошипела она, сузив полыхнувшие злостью глаза. — Не хотелось бы портить такой отличный образчик мужчины, — и второй рукой она с силой провела по его груди, оставляя красные полосы и заставив Лоренцо зашипеть от боли.

Но боль помогла сознанию окончательно очиститься, и мысли перестали быть похожими на медузы.