Спецназ боярина Коловрата - Илья Куликов

Великий князь Игорь Ингварьевич, мальчишка одиннадцати лет, смотрел на тело своего бывшего наставника, которое привез Филька Веселый.

Великий князь решил строить Рязань не на старом месте, а чуть поодаль, так как старое место было мертвым. Люди не могли без слез стоять там. Была и еще одна причина. Здесь стоял крупный поселок, который монголы волею случая не предали огню, и теперь именно тут смогли расположиться немногие выжившие. Зимой нельзя было строить, но уже сейчас день и ночь свозили бревна, чтобы весной приступить к строительству.

– Евпатий Львович, – со слезами проговорил Игорь Ингварьевич, – помнишь, я тебе говорил, что мне дядя удела не даст? Господь меня великим князем сделал, и чего я могу? Ты умер, умерли все мои родичи! Слышал я, что и Роман, брат мой, пал! Верил я, что ты вернешься, но и ты уснул вечным сном. Но я решил, я тебя не забуду. Не забуду я и родичей твоих и моих. Ты мне и дядя, и отец названый, и друг любезный! Я восстановлю церковь Николы, чтобы там вечно молились о княжне Евпраксинье, княжиче Иване и княжиче Федоре, моем двоюродном брате! Ты будешь похоронен с честью, которую заслужил.

Великий князь Игорь Ингварьевич подошел и поцеловал Евпатия.

Люди, которые собрались вокруг тела могучего витязя, снимали шапки, крестились и кланялись, а после тоже стали подходить и целовать его. Священник произносил молитвы, провожая православную душу на суд Господень. Теперь это стало частым занятием. Вся земля рязанская была покрыта телами. Живых было меньше, чем мертвых.

– Великий князь, мне с тобой поговорить об одном деле надо, – обратился к Игорю Филька Веселый, – с глазу на глаз!

Великий князь Игорь Ингварьевич и Филипп отошли от тела и вошли в избу. Люди, видя великого князя, вставали и кланялись ему.

– Не получится нам наедине поговорить, витязь, говори шепотом.

– Послушай меня, великий князь, послушай и запомни – виной смерти боярина Евпатия был Демидка-предатель! Он в ближниках у дяди твоего ходил, а теперь у великого царя и хана ближник. Времена меняются, княже, так что присмотрись к тем, кто рядом с тобой: как бы они не были иудами! Один иуда нанесет больше вреда, чем тысяча всадников.

– Послушай, витязь, имени твоего не знаю, – ответил великий князь Игорь Ингварьевич, – я просил бы тебя остаться со мной и служить мне. Мне нужен ближник, такой, каким был Евпатий!

– Не могу, великий князь, к тебе на службу пойти сейчас, мне долги отдать надобно. Один Демидке, а другой Господу. Лихую я жизнь вел, княже! Не взыщи. Мне не боярином надо жизнь кончить, а чернецом.

– Скажи мне, как тебя зовут?

– Филька Веселый я, душегуб и конокрад. Но прошу тебя, великий князь, дай мне возможность заплатить свой долг. Знаю, что злодейства мои прошлые достойны наказания.

– Филипп, а по батюшке тебя как?

– Не ведаю я, великий князь, как моего батюшку звали.

– Филипп, я, как великий князь, прощаю тебе все твои преступления! Ты отныне простой человек, ни в чем передо мной и народом не виновный! Спасибо, что принес тело моего воспитателя. Я не могу одарить тебя за это, так как сам сейчас нищий, но ты всегда сможешь прийти и сесть за стол рядом со мной.

– Благодарю тебя, княже, – поклонившись, произнес Филька Веселый, – а мне пора идти, а не то змеюка может ускользнуть! Демидка может где схорониться, потом и не найдешь!