Терракотовые сестры - Людмила Коротич

Все побережье словно кружево. Прозрачная сине-зеленая вода, белая соль. Соль – как лед… И солнце в глаза!

Наверное, все это прекрасно смотрелось бы с высоты птичьего полета… или вон с той оранжевой в утреннем свете горы. Хотя какая это гора? Маша хмыкнула: «Видали мы горы и повыше!»

Облизнула губы. Соль. Снова.

Остро захотелось пить. И еще – побыстрей выбраться отсюда. Куда-нибудь.

Одежда была мокрой, тяжелой и тоже соленой. Она с ужасом представила, во что ее многострадальные тряпочки превратятся, когда высохнут. Сохранится для предъявления в редакцию от истории с давснами разве что просоленый кусок вышивки с подола. Поблекший, грязный, хрупкий, рассыпающийся в руках, жесткий. Вообще непохожий на ткань. Трогать будет неприятно. А одежда на теле встанет колом и будет царапать, как наждак. Это непременно скоро случится – солнце уже взобралось довольно высоко по небосклону.

Казакова, не настроенная романтически, ругнулась про себя и медленно побрела туда, где соляное кружево заканчивалось, встречаясь с рыжим берегом. Она и рада была бы поторопиться, но красивые соленые корочки, тяжелая вода и белые от соли булыганы не давали шанса увеличить скорость.

«Интересно, где-нибудь в мире осталось место, в котором не было бы соли?» – Подумала, что просолилась за эти двое суток так, что супы можно теперь всю жизнь недосаливать. И, похоже, легкие она тоже на сто лет вперед укрепила солеными купаниями. На моря можно больше не ездить. А вот выспаться бы! И чтобы соль не снилась…

Маша уже добралась до пологого склона первого из группы холмов, и даже присмотрела себе для отдыха плоский и удобный камень, как вдруг услышала приглушенные расстоянием выстрелы. Один, затем второй, затем еще.

На всякий случай присела за камнем, но опасные звуки не повторились. Выглянула. Никого не видно. Пустое побережье немного успокоило.

Нехитрая житейская мудрость гласит: если где-то рядом стреляют, то скорее всего это чревато неприятностями, а от неприятностей нужно держаться подальше. Маша и рада бы была убраться с открытого места, да вот беда, не смогла разобраться с лету, откуда же ветер принес звуки стрельбы.

Подождав еще немножко, она выбралась из-за камня. И тут же увидела: по самой кромке воды, по твердому соляному насту катит нечто похожее на автомобиль из фильмов о безумном Максе. Двигалось оно на шести широких колесах, было приземистым, открытым и словно собранным из десятка иных транспортных средств. Вместо дверок – листы бурого железа, лобовое стекло разбито, спереди и сзади наружу выведены какие-то непонятные агрегаты…

Но катит шустро. И удивительно тихо для такой архаики.

Маша поняла, что расчет Мэй оказался не совсем верным: вернуться в ту же точку не удалось. Но и на Альтерру не похоже. Другая стилистика: не старая сказка, а техногенные кошмары. Куда попала – непонятно. Из позитива только две вещи: морской воздух и приключения уже не в темноте. Только вдоволь налюбовавшись чудным транспортным средством, перевела взгляд на тех, кто им управлял. Нахмурилась – трое. Один на переднем сиденье – водитель, и двое в маленьком кузове с высокими бортами. У одного из них в руках что-то большое и огнестрельное, и он целится в кого-то сзади…

Ну, точно. Идти навстречу, просить вывезти и вообще, у Маши желания уже не было. Да и опыт с давснами пошел впрок. Пересидеть и не высовываться, пока заваруха не закончится – вот правильное решение. А там уже и разберемся.

Из-за скалы, из-за поворота, появляется еще один продукт безумного автодизайна, поменьше размерами, посолидней на вид: и крыша у него в наличии, и вместо лобового стекла – очень узкая темная щель.

Первая машина встала, налетев передней частью на неудачно подвернувшийся соляной булыган чуть ли не прямо под теми камнями, за которыми спряталась Казакова. Водитель второй сбавил ход. Из кузова, из-под щита надежной крыши начали выскакивать люди. Два, четыре… восемь!