Королева в изгнании - Синда Уильямс Чайма

– Что это за древние строения? – спросила Раиса.

– На этом берегу находится Мистверк. – Амон указал на изящное каменное здание, растянувшееся на несколько гектаров. – Видишь? Это он и есть. Эта часть Академии – самая древняя. Согласно легенде, ее основал чародей, который построил хижину на берегу реки и начал в ней преподавать.

Для того чтобы разглядеть громадную колокольню Мистверка, Раисе пришлось запрокинуть голову. «Интересно, а Мика сейчас там? – подумала она. – Долго ли он прождал меня у Западных врат? Или, может, ждет до сих пор? Кто знает, вдруг ради моих поисков он отказался от учебы в Оденском броде?»

Кадеты проезжали мимо изысканных садов, усаженных знакомыми и незнакомыми принцессе цветами.

– Это сады целителей, – пояснил Амон, заметив интерес Раисы. – Люди съезжаются сюда отовсюду, чтобы учиться, а затем лечить больных в целительских домах.

Впереди над водой возвышался арочный мост, вдоль которого выстроились торговые лавки и навесы. Большинство из них закрывались на ночь. Таверны все еще были открыты, и ученики выходили из них толпами.

– Мост и примыкающая к нему улица с лавками – все равно что пограничье, где встречаются ученики с разных берегов, – продолжил рассказывать Амон, указывая на Раису облаченной в перчатку рукой. – Это означает, что тебе нужно держаться отсюда подальше!

Капрал завел свою команду на мост. Из раскрытой двери таверны на улицу вначале вылились громкие голоса, а затем вывалились двое сцепившихся учеников. На одном из них была серо-коричневая форма, а на втором красовалась красная чародейская мантия. Следом из закусочной вышли еще несколько учеников и расцветили драку новыми оттенками.

– Должно быть, какой-то философский диспут, – сказал Амон, осторожно обходя толпу.

– А как же мирный пакт? – удивилась Раиса.

Друг усмехнулся.

– Караульные сейчас разберутся.

Капрал указал на троих суровых мужчин в темных серых мундирах, которые уже шагали по направлению к дерущимся ученикам.

– Караульных здесь хватает. Особенно после сумерек. Пойманных отводят к ректору, – рассказывал Амон. – Серьезных нарушителей и тех, кто попадается часто, вышвыривают из Академии. Решение об отчислении обжалованию не подлежит.

Кадеты перешли на другой конец моста и ступили на берег Вьена. Здания здесь были новее, но все равно стояли не меньше сотни лет. Построены они были из такого же серого камня, который, должно быть, привозили из расположенной неподалеку каменоломни. Ученические дома были проще по конструкции и сдержаннее, но Раиса находила красоту и в строгой архитектуре.

За крепостной стеной воинской школы располагались парадные плацы, литейные мастерские для изготовления оружия, спальные бараки, классы и пастбища для выпаса скота.

– Все ученики Академии держат лошадей здесь, – сказал Амон. – Во Вьене они учатся или в другой школе – не важно.

Они проследовали вдоль длинных продолговатых зданий, которые, судя по запаху, являлись конюшнями. Остановившись у одной из построек, путники спешились. Раиса слезла с Искорки, сняла с нее поклажу и потрепала лошадь по холке. Солдат направил новоприбывших к свободным стойлам. Кадеты попросили отмыть, накормить и напоить скакунов, а затем повесили себе на плечи седельные сумки и направились к огромному каменному зданию. Над его входом было выгравировано: «Вьен».

В первом зале за столом сидел привратник. Перед ним лежал толстый учетный журнал.

– Прибыл Амон Бирн со своим взводом из Фелла, – отчеканил Амон. – Я уже говорил с магистром Аскеллом.

Привратник кивнул.

– С возвращением, командир. Магистр сказал, вы заселитесь в Гриндел. Вы все. – Служащий нагнулся к капралу и что-то зашептал.

«Командир?» Утомленный разум Раисы отказывался соображать. Она лениво разглядывала вырезанные по обе стороны от входа имена и фамилии: список командиров курсов, начиная со времен Раскола. Заметив знакомое имя, принцесса сосредоточилась и присмотрелась внимательнее. Фамилия «Бирн» повторялась с завидным постоянством. Последними Бирнами были Эдон – отец Амона – и сам Амон.

Раиса ощутила покалывание между лопаток – к ней подошел друг детства.

– В этом списке так много Бирнов! – указала она.

– Да, это что-то вроде традиции. – Амон снял с плеча девушки седельные сумки и протянул их Мику. – Идите и располагайтесь пока в Гринделе. Не забудьте захватить постельное белье для Морли и меня. Вещи Ребекки закиньте на третий этаж. Тэлбот и Эббот, вы располагайтесь там же. Как подготовите постели и разложитесь, отправляйтесь в обеденный зал. Нас не ждите.

Амон развернулся к Раисе.

– Идем со мной, Морли. Магистр Аскелл хотел нас видеть немедленно.

«Что, прямо сейчас?» Принцесса утомилась больше, чем проголодалась, и ей безумно хотелось просто упасть в постель, но вслух она произнесла:

– Я надеялась, что смогу принять ванну перед встречей. Можно я хотя бы умоюсь?

– Лучше не опаздывать, – ответил Амон. – Магистра будет волновать твой внешний вид только в том случае, если он тебя примет.

Остальные «волки» прихватили из небольшой кладовки одеяла с постельным бельем и вышли через боковую дверь. Раиса и Амон поднялись по длинной каменной лестнице на третий этаж, и юноша постучал в массивную деревянную дверь.

– Войдите! – произнес звучный голос.

Когда гости вошли, Таим Аскелл стоял перед своим письменным столом. Магистр был высоким, даже чуть выше Амона, но и раза в два превосходил юношу по весу. Громоздкая мускулистая фигура мужчины занимала внушительную часть кабинета, несмотря на то что он был довольно-таки просторным. Сморщенная кожа лица магистра являлась следствием многолетнего пребывания под палящим солнцем и на холодном ветру, а морщинки в уголках глаз говорили о том, что когда-то он много улыбался.

Однако сейчас на лице мужчины не было и тени веселья.

Преподавательская мантия висела прямо на спинке стула, а на столе виднелся ворох бумаг, однако все остальное было педантично разложено по местам.

У стен стояли книжные полки, заставленные томами в черных кожаных переплетах с позолоченным тиснением. Это были трактаты по истории военных походов. Напротив входа висела карта Семи Королевств, а над столом – помещенное в рамку изображение земель Картиса, нарисованное серо-коричневыми чернилами.

– Магистр Аскелл, – заговорил Амон на общем языке и в знак приветствия прижал к сердцу кулак. – Как и было велено, командир Бирн прибыл с Ребеккой Морли.

Раиса повторила за капралом приветственный жест, задаваясь вопросом, много ли было известно магистру.

– Вольно, командир. Вольно, кандидат Морли. – Мужчина говорил на арденском, но старался копировать произношение общего языка. – Присядьте.

Магистр Аскелл указал на два стула. Это было скорее приказом, нежели предложением.