Королева в изгнании - Синда Уильямс Чайма

Лиам сказал принцессе, что ему нужна богатая невеста, но, пробыв какое-то время в Тамроне, Раиса поняла, что наследный принц этого королевства и сам был не беден. «Интересно, каково было бы отстаивать интересы Фелла и Тамрона одновременно? – размышляла принцесса. – В принципе, до Раскола эти два государства были объединены и управлялись династией Серых Волков».

Раиса была полна решимости взять под контроль свою судьбу и заключить самый выгодный брак для Фелла самой, а не стать инструментом достижения чьих-то целей.

Кадеты приближались к Оденскому броду, и дорога становилась все многолюднее. Телеги везли товары, зерно и даже свиней с курами. Помимо торговцев, на тракте было полно учеников, чья разница в достатке бросалась в глаза: кто-то ехал в больших каретах в сопровождении стражи, прислуги и телег с пожитками, пока часть брела пешком.

– Первокурсники, – ухмыльнулся Амон. – Новобранцев ожидает сюрприз. Не просто так говорят, что Оденский брод «стирает границы». В школах у всех одинаковые условия: маленькие комнатушки с кроватями и парой ящиков. Юнцам придется переправлять все это добро обратно домой или хранить где-то за пределами Академии.

В основном ученики ехали верхом – кто-то в одиночестве, а кто-то в группах. Лошади были такими же разными, как их хозяева, – от породистых статных скакунов до фермерских кобыл, здоровые и страдающие от костного шпата. Были и те, кто шел пешком в истертых ботинках, с дорожными узелками за спинами. Повозки проносились, поднимая столбы пыли, а путникам приходилось отворачиваться и прикрывать глаза.

На располагавшихся вдоль дороги постоялых дворах не было свободных комнат. Пустой столик удавалось отыскать с трудом. Таверны были переполнены учениками, съехавшимися со всех уголков Семи Королевств, включая Брюнсваллоу, Ви’инхевен и острова. Вслушиваясь в гул голосов, Раиса пыталась проверить свои знания иностранных языков, однако в жизни люди говорили куда быстрее наставников.

По пути «волки» то и дело встречали друзей, таких же следовавших во Вьен кадетов. Как новенькой принцессе все казалось безумно интересным. С ней, представленной как Ребекка Морли, пробовали познакомиться несколько юношей. Один тамронский кадет был особенно настойчив. Он угощал Раису элем и осыпал комплиментами, но испепеляющий взгляд Амона прогнал его прочь.

– Он показался мне милым, – сказала девушка, глядя вслед торопливо удаляющемуся поклоннику.

– Я его знаю, – прямо ответил Амон. – И, поверь, он нисколько не милый.

Лавки и придорожные торговцы предлагали ученикам товары, которые могли им понадобиться: бумагу различных цветов, перья, песочницы для промакивания чернил и даже ученую книгу в кожаном переплете, которая, по словам продавца, содержала в себе все необходимые знания.

Один лавочник торговал очками для чтения, которые снимали с глаз усталость. Другой разложил баночки с красками, бумажные свертки и пергаменты, кисти всех размеров, деревянные бруски и маленькие острые ножички для резьбы по ним.

Когда путники достигли вершины невысокого холма, уже практически стемнело. Впереди показались очертания Академии. Издалека она выглядела как крепость, поделенная надвое рекой Тамрон. Из-за каменной стены выглядывали шпили, позолоченные купола и черепичные крыши, которые поблескивали в лучах заходящего солнца и напоминали сладкую глазурь на каменном пироге.

Движение на дороге поутихло. Смекалистые ученики предпочитали приезжать в академию до ужина и, вероятно, уже сидели за столами. Тем временем живот Раисы уже вовсю урчал.

Амон с трудом сдерживал своего коня Бродягу, который изо всех сил рвался вперед – к еде и уютной конюшне.

В отличие от скакуна Раиса не знала, чего ожидать, но надеялась на горячую ванну. Запах принцессы уже мало отличался от сомнительных ароматов Искорки. В первую после разлуки встречу Раисе удалось поразить Амона расцветшей красотой и очарованием, но теперь это не имело никакого значения, потому как сейчас юноше приходилось любоваться принцессой в самом жалком виде.

Капрал же казался хорошо подготовленным к жизни в дороге. Грубая щетина, отросшая в суровых условиях, сделала его еще привлекательнее.

– Уже поздно, – сказала Раиса, направив Искорку ближе к Бродяге. – Может, лучше остановиться на ночлег и продолжить путь утром?

– Сегодня мы сумеем заночевать только в спальнях Оденского брода, – ответил Амон. – Учеба начинается уже через пару дней, так что постоялые дворы переполнены. Мы намеренно едем так поздно. Так меньше шансов повстречаться с кем-то у ворот и на берегу Мистверка.

– Так меня все равно рано или поздно кто-то узнает, – заговорила Раиса тише, чтобы никто не мог подслушать. – Нам так или иначе придется с этим столкнуться.

– Чем позже – тем лучше, – пробормотал Амон.

Капрал устремил взгляд на учебный городок и погладил коня по шее.

– Пока никто не в курсе, что ты здесь, все будет хорошо. Когда тайна раскроется, мне будет трудно защитить тебя.

– Большинство моих подданных ни разу не видели меня вблизи, – печально улыбнулась Раиса. – Без диадемы они меня и не узнают.

Амон так и не улыбнулся принцессе в ответ.

Развернувшись к кадетам, капрал скомандовал:

– Ждите здесь. Дайте лошадям отдохнуть. Я поеду вперед и разведаю обстановку.

Не дожидаясь ответа, он пришпорил Бродягу, и конь бросился вперед, громко стуча копытами.

Юноша отсутствовал два часа и вернулся с довольно мрачным, но смиренным выражением на лице.

– Все в порядке, – бросил Амон, хотя его вид противоречил словам. – Я переговорил с магистром Аскеллом, он выделит для нас ученический дом. В путь!

Кадеты начали спускаться по склону холма к реке. Раиса склонилась к другу и спросила:

– Что случилось? Что тебе сказал магистр Аскелл?

– Он хочет с тобой встретиться, – почесал в затылке капрал.

– Так это же хорошо, разве нет?

– Не знаю.

«Волки» и Раиса не стали заезжать в Академию через главные ворота, а обогнули стену и воспользовались боковым въездом с южной стороны. Двери отворили двое кадетов, а затем заперли их.

Искорка и без подсказок хозяйки спокойно следовала за Бродягой, позволяя ей не торопясь рассмотреть территорию Академии.

Академия смахивала на небольшой городок, только ни в одном городе Раиса еще не видела столько зелени. Посреди полян располагались древние каменные здания, которые соединялись друг с другом крытыми кирпичными переходами, увитыми распускающимися в ночи бутонами. Теплый и влажный ночной ветерок разносил по округе опьяняющий цветочный аромат.

Из окон кухонь и обеденных залов лился наружу теплый свет ламп. Почти все ученики сейчас ужинали, а некоторые уже разбредались по ученическим домам, переговариваясь на всех языках Семи Королевств. Кто-то прогуливался вдоль главной дороги по направлению к реке. Занятия еще не начались, и ученики казались веселыми и воодушевленными.