Дорога без возврата - Анджей Сапковский

Кошка зажмурилась в немой благодарности. Чарлз Лют-виджДоджсон, уже долгое время беспокойно следивший за нашими действиями, неожиданногромко кашлянул.

– Говори, – благосклонно разрешил я, подняв на негоглаза. – Только не заикайся, пожалуйста.

– Не знаю, что за ритуал здесь осуществляется, – началон тихо, – но есть вещи на земле и небе…

– Переходи к этим вещам.

– Алиса все еще без сознания.

Ха! Он был прав. Походило на то, что операция удалась. Нотолько лекарям. Medice, cura te ipsum*, подумал я. Я не торопился говорить,чувствуя на себе вопросительный взгляд кошки и неспокойный взгляд преподавателяматематики. Я просчитывал различные возможности. Одной из них была: пожатьплечами и удалиться. Но я уже слишком крепко ввязался в эту историю и теперьотступать не мог. Бутылка, на которую я поспорил с Зайцем, конечно, одно дело,но престиж…

Я усиленно размышлял. Мне помешали.

Чарлз Лютвидж вдруг подпрыгнул, а Венера Уайтблэкнапружинилась и резко подняла голову. На выкрутасах викторианских обоевзаплясала быстрая, юркая тень.

– Хааа-хааа! – запищала тень, кружась вокругжиран-доля. – А нет ли у котов аппетита на летучих мышей?

Венера прижала уши, зашипела, выгнула спину, яростнофыркнула. Радэцки предусмотрительно повис на абажуре.

– Честер! – закричал он с высоты, расправив однокрыло. – Арчи велел передать, чтобы ты поспешил! Дело скверно! Les Coeursзабрали девочку! Поспеши, Честер!

Я выругался очень грубо, но по-египетски, так что никто непонял. Кинул взгляд на Алису. Она дышала спокойно, на ее лице появилось что-товроде румянца. Но, черт побери, она так и не приходила в себя!

* Врач, исцелися сам (лат.).

– Она все еще видит сон, – открыл Америку Чарлз ЛютвиджДоджсон. – И боюсь, это не ее сон.

– Я тоже боюсь, – глянул я ему в глаза. – Носейчас не время теоретизировать. Необходимо вырвать ее из горячки прежде, чемдело примет необратимый характер. Радэцки! Где сейчас девочка?

– На лужайке Страны Чудес! – проскрипел Радэцки. –На крокетном поле. С Мэб и Les Coeurs!

– Летим!

– Летите! – Венера Уайтблэк выпустила когти. – А ябуду здесь ее сторожить.

– Минутку. – Чарлз Лютвидж потер лоб. – Я не всепонимаю… Не знаю, куда и зачем вы собираетесь лететь, но… Пожалуй, без меня выне обойдетесь… Именно я должен придумать окончание этой истории. А чтобы этосделать… By Jove!* Я должен пойти с вами.

– Да ты шутишь, – фыркнул я. – Сам не знаешь, чтоговоришь.

– Знаю! Это моя собственная фантазия.

– Уже нет.

На обратном пути horror vacui был еще паршивее. Потому что яспешил. Бывает, при таких перемещениях спешка оказывается губительной.Небольшая ошибка в расчетах – и ты попадешь во Флоренцию в 1348 году во времяэпидемии Чер ной Смерти. Или в Париж, в ночь с 23 на 24 августа 1572 года**.

Но мне повезло. Я попал туда, куда следовало.

Болванщик не ошибался и не преувеличивал, назвав всю этупаскудную червоную банду показушниками. Они все делали с эффектом и радиэффекта. Всегда. Так было и на сей раз.

* Клянусь Юпитером! (лат.) ** Варфоломеевская ночь.

Расположившийся между акациями газон неудачно прикидывалсякрокетным полем. Эффекта ради на нем установили полукруглые воротца, которые накрокетном жаргоне именовались arches. Les Coeurs в количестве около десятидержали в руках реквизит: молотки, или mallets, а на травке валялось что-то,долженствовавшее изображать шары, но выглядевшее прямо-таки свернувшимися вклубок ежами. Тон в шайке задавала, разумеется, огненноволосая Мэб, выряженнаяв карминовый атлас и крикливую бижутерию. Повышенным голосом и властнымижестами она указывала Les Coeurs места, которые те должны занять. При этом однуруку она держала на плече Алисы Лидделл. Девочка посматривала на королеву иподготовку к игре с живым интересом и пылающими щеками. Совершенно определенноона не понимала, что готовится не игра, а экзекуция. Причем не простая, апоказушно-эффектная.

Мое неожиданное появление вызвало – как обычно – легкоезамешательство и шумок среди Les Coeurs, которое, однако, Мэб быстро пресекла.

– Сожалею, Честер, – сказала она холодно, сминаяунизанными перстями пальцами оборки на плече Алисы. – Весьма сожалею, но унас уже полный комплект игроков. Между прочим, именно поэтому тебе и не выслалиприглашения.

– Не беда, – зевнул я, демонстрируя резцы, клыки,премоляры и моляры, в общей сложности всю кучу дентина и зубной эмали, –не беда, ваше величество, я в любом случае вынужден был бы отклонитьприглашение. Я не охотник до крокета, предпочитаю другие игры и забавы. Что жекасается комплекта игроков, то, думаю, есть у вас и запасные?

– А тебе какое дело до того, – прищурилась Мэб, –что у нас есть, а чего нету?

– Я, видите ли, вынужден забрать у вас мисс Лидделл.Надеюсь, тем самым не испорчу вам забавы?

– Ага. – Мэб, слабо имитируя улыбку, ответила мнедемонстрацией части набора зубов. – Ага. Понимаю. Но поясни ты мне, почемунаши извечные споры касательно гегемонии должны состоять во взаимном изъятииигрушек? Мы что, дети? Разве нельзя, предварительно условившись о времени иместе, решить то, что решить следует? Ты можешь мне это объяснить, Честер?

– Мэб, – ответил я. – Если у тебя возникло желаниедискутировать, то назови время и место. Заблаговременно, конечно. Сегодня я нев настроении учинять диспуты. К тому же игроки томятся. Поэтому я забираю миссЛидделл и исчезаю. Не буду навязываться.

– Какого хрена, – Мэб, когда нервничала, всегданачинала говорить на каком-то чудовищном арго, – и на кой фиг тебе этотребенок, чертов кот? Почему он тебе так сильно нужен ? А может, дело вовсе не вребенке? А? Ну-ка, ответь мне?

– Во-первых, я не терплю вопроса «почему». А во-вторых, уменя нет желания дискутировать. Это относится также к ответу на твой вопрос.Иди сюда, Алиса.

– И не думай пошевелиться, пигалица. – Мэб стиснулапальцами плечо Алисы, и лицо девочки сморщилось и побледнело от боли. Повыражению ее темных глаз я сделал вывод, что она, пожалуй, начала понимать, вкакие игры здесь играют.

– Ваше величество, – я осмотрелся и увидел, что LesCoeurs начинают понемногу окружать меня, – соблаговолите снять прелестнуюручку с плеча этого ребенка. Незамедлительно. Соизвольте, ваше величество,также проинструктировать своих холуев, чтобы они отошли на предусмотренноепротоколом расстояние.