Дорога без возврата - Анджей Сапковский

Любопытно, что большинство стряпающих жуткие саги авторов –писатели способные, умелые и интересные. Так почему же хорошие писатели тискаюттом за томом, растягивая циклы, словно жевательную резинку, вместо того чтобыиспользовать идеи для написания чего-то совершенно нового, вместо того чтобы работатьнад чем-то дотоле совершенно неизвестным, оригинальным, прекрасным, над чем-тотаким, что утерло бы носы критикам и врагам фэнтези, присяжным пересмешникам ихулителям этого жанра? Кажется, я знаю ответ. Авторы влюбляются в своих героеви трудно с ними расстаются. А поняв, что из протагонистов больше не выжмешь никапли, они начинают ляпать очередные тома об их детях (Желязны, Пирс Энтони, и,ох, чувствую, не выдержит и Эддингс).

Авторы влюбляются в свои «миры» и карты. Если на такой картеесть Серые Горы, а пяти томов протагонисту оказалось недостаточно, чтобыубедиться, что золота там нет, тогда пишется том шестой. А в следующем,седьмом, появится смежный лист карты и мы узнаем, что расположено к северу отСерых Гор – а это будет, несомненно, – pardon my french – ПлоскогорьеСерого Дерьма.

И наконец авторы – лентяи и им просто не хочется думать.Авторы – это ограниченные тупицы, и хоть ты тресни, им никаким кресалом невысечь из себя ничего оригинального, вот они и вынуждены трепать на ветрузатасканную схему. Прежде всего, авторы – это расчетливые бестии, и ихинтересуют только денежки, идущие за каждый том. Пирс Энтони клепает «Ксанф»,тягомотину, при чтении от которой от скуки сводит скулы, болит брюшина иразыгрывается геморрой, ибо в счет каждого нового «куска» он берет солидныеавансы. Авторы – это наглые бездельники, убежденные, что читатель купит все,что он снабдит более-менее удачным названием.

И все это – обратите внимание! – написал субъект,фабрикующий «Ведьмаков»!

Пока что субъект, фабрикующий «Ведьмаков», вроде бы признаетправоту противников фэнтези, которые настаивают – повторяю вслед за МарекомОрамусом – на убожестве жанра. Согласен: жанр этот в своей массе чудовищноистощал. Однако я не могу признать правоту тех, кто утверждает, будто убожествоэто есть следствие того, что действие помещают в надуманных мирах, а героеввооружают мечами. Я не могу утверждать ничего иного, кроме того, что hard SF,cyberpunk и political fiction не менее убоги – в своей массе. Никто меня неубедит, якобы мир, уничтоженный войной либо катаклизмом, где каждый борется скаждым, а все вместе – с мутантами, лучше Страны Никогда-Никогда,квазифеодального мира, где каждый борется с каждым и все вместе охотятся нагоблинов. Хоть ты тресни, я не вижу, чем полет звездолетом на Тау Кита лучше,выше, достойней экспедиции в Серые Горы, где золота, как известно, нет.Взбунтовавшийся бортовой компьютер фабулярно стоит для меня ничуть не больше,чем предатель-чародей, и никакой лазер-бластер автоматически не становится дляменя лучше, выше, достойней меча, алебарды или окованного цепа. А превосходствопилота Пиркса либо Эндера над Конаном, которое я охотно признаю, следует дляменя отнюдь не из того, что два первых носят скафандры, а третий набедреннуюповязку. Что прекрасно видно, если поставить рядом Геда Перепелятника либоТомаса Ковенанта, не носящих набедренных повязок героев фэнтези.