Королевство пепла. Союзники и противники. Боги и Врата  - Сара Маас

Рован не ломал голову над выбором наряда. Зеленый камзол, расшитый серебром, великолепно подходил и для коронации его истинной пары. Сбоку, как всегда, висели ножны с мечом. К другому боку был привешен Златинец.

Лоркан хоть и выглядел принцем в своем черном одеянии, чувствовал себя довольно неуютно. Все его возражения Аэлина пресекла двумя фразами: «Если ты наденешь что-то другое, мир встанет на голову. А потому будешь целиком в черном».

Лоркан молча вытаращил глаза. Но Рован перехватил взгляд Элиды, когда шел сюда. Они болтали с Лисандрой. Когда же Элида увидела Лоркана в новом одеянии… В ее взгляде было столько любви и желания, что у Рована не осталось сомнений: очень скоро тронный зал придется снова украшать для свадебной церемонии.

Стоило Ровану взглянуть на Эдиона, одетого в зеленое – цвет Террасена, – и он улыбнулся. Похоже, еще до лета их ждет не одна, а две свадьбы. Правда, ни Лисандра, ни Эдион пока не объявили о своей.

Последние из приглашенных входили и рассаживались. Передние ряды занимали друзья и союзники Аэлины, среди которых были и правители государств. Ансель из Верескового Утеса ерзала на месте, так и не привыкнув к новому камзолу и штанам. Сидевший рядом Рульф посмеивался. Его рука лежала на спинке скамейки и почти касалась спины Ансели. С другой стороны в неизменных белых одеждах сидел Илиас. Его лицо было воплощением спокойствия и невозмутимости. А вот Галан, сидевший впереди, чувствовал себя вполне уверенно в костюме наследного принца. Голову он держал высоко поднятой. Поймав взгляд Рована, Галан подмигнул ему.

Рован ответил легким кивком. Затем кивнул своим двоюродным брату и сестре. Энда и Селиана сидели возле прохода. Когда Рован сообщил Селиане, что теперь она королева Доранеллы и фэйская королева Востока, ей понадобилось несколько часов на переваривание известия. Все это время она просидела одна.

Селиана успела лишь красиво уложить свои серебристые волосы. Нарядов, соответствующих ее новому положению, у нее не нашлось. Как и Энда, она оделась в то, что выглядело менее поношенным.

Доранеллу ожидали перемены. Какие – Рован даже не брался гадать. Клан Боярышников становился правящим. Потомки Моры наконец-то возвращались на престол. Но каким станет новое правление – решать жителям Доранеллы и Селиане. Многим будет трудно представить жизнь без давления Маэвы. Власть темной королевы казалась вечной.

Неизвестно, сколько фэйцев из Доранеллы захотят остаться в Террасене теперь, когда путь на родину, казавшуюся навсегда потерянной, открыт. Многих ли привлечет жизнь в растерзанном войной королевстве и тяжелый, упорный труд, когда можно вернуться к легкой и богатой жизни? Доранелльские фэйцы, с которыми Ровану довелось встретиться за эти две недели, ничего не говорили о своих намерениях. Но он видел, с каким блеском в глазах некоторые смотрели на Оленьи горы и Задубелый лес. Казалось, и они слышали неистовый призыв ветра.

Но были и другие фэйцы, жившие здесь до адарланского вторжения и падения Террасена. Это они ответили на отчаянный призыв о помощи, посланный Аэлиной. После войны они вернулись в труднодоступные долины, где жили вместе с людьми из Волчьего племени. Вернулись, чтобы подготовиться к… долгожданному возвращению в Террасен. Наверное, кто-то приведет и своих громадных волков.

Рован пообещал себе, что сделает террасенское королевство достойным их возвращения. Достойным для жизни всех, кто населяет эти земли: людей, фэйцев и даже ведьм, если таковые захотят здесь остаться. Новый Террасен превзойдет прежний величием. И пример такого государства находился за Узким морем, на Южном континенте. Хаганат был зримым подтверждением того, что государство мира и изобилия существует не только в сказках и легендах.

Дети хагана многое рассказали Ровану об устройстве их государства. О народах, входящих в состав хаганата, и политике, проводимой их отцом. Сейчас они сидели в другой стороне тронного зала. Там же сидели Шаол и Дорин. Ириана и Несарина нарядились в элегантные платья, вероятно взятые взаймы. В нынешнем Оринфе пока не торговали одеждой. Это чудо, что приглашенным вообще удалось раздобыть чистые платья и камзолы.

Манона отказалась от нарядов. На коронацию она пришла в своих обычных кожаных доспехах, но с короной на голове. Звезды короны отбрасывали лучики на лица Петары Синекровной и Бронвены Крошанской, сидевших по обе стороны от нее.

Эдион шумно сглатывал. Рован посмотрел на открытые двери, затем на сановника Дарро, стоявшего возле пустого трона.

Не такого, какой подобает королеве. Это было просто кресло, выглядевшее поприличнее других. В замке, пережившем адарланское владычество и недавнюю осаду, с мебелью было очень туго.

Дарро тоже смотрел на открытые двери. Лицо старика оставалось бесстрастным, однако глаза сияли.

Трубы подали сигнал – мелодию из четырех нот, повторенную трижды.

Скамейки заскрипели. Головы приглашенных повернулись к дверям.

За возвышением расположились музыканты, скрытые деревянной расписной ширмой. Сразу после сигнала труб они заиграли торжественный марш. Их было всего несколько человек. События такой величины и важности обычно сопровождались сводным оркестром, но уж лучше такая музыка, чем никакой.

Для Рована это не имело никакого значения.

Первой в дверях появилась Элида в сиреневом платье. В ее черные волосы была вплетена гирлянда разноцветных лент. Она заметно хромала. Рован знал: Элида попросила Лоркана не убирать магией ее хромоту. Она хотела пройти весь путь до трона на своих настоящих ногах.

Однако хромота не лишала Элиду изящества движений. Правительница Перранта шла, расправив плечи и прижимая к груди букет остролиста. На время коронации она превратилась в одну из служанок Аэлины.

Элида была где-то на середине прохода, когда в зал вошла Лисандра в платье из зеленого бархата. В зале зашептались, пораженные не только впечатляющей красотой Лисандры. Все знали о женщине-оборотне, которая храбро защищала их королевство и помогла уничтожить Эравана.

Лисандра шла с высоко поднятой головой. Эдион смотрел на нее, не в силах отвести глаз. На свою Лисандру… герцогиню Караверрскую.

Третьей появилась улыбающаяся Венга. Даже шрамы на лице не портили ее улыбки. В золотисто-рыжие волосы Венги были вплетены зеленые ленты. Юная герцогиня Арранская. Подопечная не только Лисандры, но и Дарро. Этой девчонке непостижимым образом удалось растопить сердце старого сановника, и он убедил остальных признать за Аэлиной право на террасенский трон.

Два дня назад ей вручили королевские грамоты, подписанные всеми, кто до этого правил Террасеном.

Элида встала справа от трона. Туда же поместились Лисандра и Венга.

Сердце Рована забилось. Собравшиеся смотрели на опустевший проход. Музыка звучала все громче. Марш сменила «Песнь Террасена». Когда и она достигла высшей точки и казалось, зал вот-вот взорвется от звуков, в дверях появилась Аэлина.

Рован ощутил слабость в ногах. Приглашенные встали.