Королевство пепла. Союзники и противники. Боги и Врата  - Сара Маас

«Она думала, что я смогу?» – уточнила она про себя.

Глаза Гленнис потеплели. В них мелькнула печаль.

– Твоя сводная сестра во многом была твоей противоположностью, – сказала старуха, подбросив полено во внешний круг огня. – Таким же, кстати, был и твой отец. Рианнона – она… открытая была. Честная. Говорила, что думала, не опасаясь последствий. Иные называли ее дерзкой. Сейчас наши изменились, – усмехнулась Гленнис, – а прежде хватало тех, кто недолюбливал Рианнону. Не хотели слушать ее рассуждений о том, почему нас постигла такая участь и как изменить наше положение к лучшему. Рианнона много говорила о мире. Каждый день. Вслух. Всем, кто находился рядом, она говорила о возможности создания общего Ведьминого королевства. Рианнона рассказывала о будущем, где нам уже не понадобится прятаться и рассредоточиваться. Многие называли ее дурой. Ей смеялись в лицо, когда она отправилась тебя искать. Хотела узнать, согласишься ли ты с ее воззрениями. Не думай, она хорошо знала твою историю и особенности твоего воспитания.

Рианнона не просто жила мечтой о лучшем будущем. Она умерла ради этой мечты. Манона сама ее и убила.

– Ты меня спросила, думала ли Рианнона, что Железнозубые способны измениться. Наверное, она была единственной крошанкой, кто так считал. Но Рианнона верила в это всем своим существом. – У старухи дрогнуло горло. – Рианнона верила, что в Ведьмином королевстве вы могли бы править вдвоем. Две королевы. Ты возглавляла бы Железнозубых, она – крошанок. И вы вместе бы создавали королевство из развалин прошлого.

– А теперь осталась я одна, – вздохнула Манона, мысленно добавив: «И могу восстановить против себя тех и других».

– Да, теперь осталась только ты. – Взгляд Гленнис посуровел. – Мост между нами.

Астерина протянула Маноне миску с едой и села рядом.

– Железнозубые изменятся, – сказала она. – Вот увидишь.

Соррель, сидевшая неподалеку, недоверчиво хмыкнула. Такое же недоверие было написано и на лице второй заместительницы. Астерина показала ей неприличный жест.

– Клянусь тебе, они изменятся.

Гленнис осторожно улыбнулась. Манона молча принялась за еду.

Когда-то она говорила Элиде о надежде. Вот только останется ли у них эта надежда?

Дорин задержался возле драконов, отвечая на вопросы крошанок, которые не хотели или не решались расспрашивать отряд Тринадцати о событиях в Ферианской впадине.

Нет, они не привели за собой легион Железнозубых, готовых сражаться против Мората. И никто не увязался за ними, чтобы выследить, куда они полетят. Да, Манона говорила со всеми Железнозубыми, кто в тот момент находился в толще горы, и просила их присоединиться к отряду Тринадцати. Да, их свободно впустили и так же свободно выпустили. Да, она говорила от имени Железнозубых и крошанок.

Все это Дорин узнал от Астерины, пока летели сюда. Говорить с Маноной и обсуждать последующие действия он пока не решался. Еще не время.

А когда Астерина умолкла, Дорин погрузился в раздумья. Он размышлял обо всем, что увидел в Ферианской впадине, во всех этих залах, коридорах и ямах, густо провонявших болью и страхом.

Он думал о чудовищном мире, построенном его отцом и Эраваном. О королевстве, которое унаследовал.

Ключи Вэрда ворочались у него в кармане и что-то шептали. Дорин не слушал их, сжимая эфес Дамариса. Невзирая на лютый холод, золото эфеса оставалось теплым.

Дамарис. Меч правды, но еще и напоминание о том, каким был Адарлан и каким, возможно, станет снова. Если Дорин не оступится, не усомнится в себе. Если не потратит зря ни минуты оставшегося у него времени.

Он постарается все исправить. Все без исключения. У него получится.

Эфес нагрелся сильнее, служа молчаливым утешением и подтверждением.

Оставив крошанок обсуждать услышанное, Дорин отошел к краю обрыва. Далеко внизу лежала заснеженная пропасть. Куда ни глянь – повсюду суровый камень гор. Но взгляд Дорина был обращен на юго-восток. К Морату, лежащему далеко отсюда, за гранью видимого.

Тогда, в эйлуэйском лесу, он сумел обернуться вороном. Осталось лишь научиться летать.

Дорин заглянул внутрь себя, достиг источника первозданной магической силы. По всему телу разлилось тепло. Кости заскрипели. Окружающий мир стал увеличиваться в размерах.

Дорин щелкнул клювом и хрипло каркнул. Потом расправил черные как сажа крылья и начал упражняться.