Дозоры. От Ночного до Шестого - Владимир Васильев

И ведь если разобраться – Прага должна была стать обителью Темных. Город, перенасыщенный готическими зданиями, город, полный моровых столбов – памятников средневековым чумным эпидемиям, город гетто Второй мировой, город противоборства сверхдержав в «холодной войне»… ну куда подевались все те эманации Тьмы, питательный субстрат Темных? Куда рассеялись, почему превратились в память – но не в злобу?

Загадка…

Антон не знал никого из пражского Ночного Дозора лично. Порой обменивались информацией с курьерами и по электронной почте, когда требовалось уточнить что-то в архивах. Под Рождество и Новый год традиционно посылали поздравления всем Ночным Дозорам… но никто не делал разницы между Ночным Дозором Праги (активный состав – сто тридцать Иных, оперативный резерв – семьдесят шесть) и Ночным Дозором какого-нибудь американского «города» (активный состав – один Иной, оперативный резерв отсутствует).

В Прагу Антон два раза ездил отдыхать. Просто и бездумно, бродя по городу от пивной к пивной, покупая сувенирчики на Карловом мосту, выбираясь в Карловы Вары, чтобы поплавать в бассейне с горячей минералкой и съесть горячие вафли в кафе.

А сейчас он летел в Прагу работать. Да еще как работать…

Вытянувшись в кресле, насколько позволял экономический класс Боинга-737, не слишком-то отличавшийся по комфорту от старой советской «тушки», Антон разглядывал затылки Братьев Регина. Затылки были напряженные, ауры Темных наполняли страх и нетерпение. Они знали о его присутствии и мечтали побыстрее оказаться подальше от Антона…

Если бы не та история в аэропорту, Антон мог бы даже пожалеть незадачливых магов. Но враг, с которым хоть раз вступал в схватку, – это враг навсегда.

Словно ощутив его мысль, хотя это было, конечно же, ему не под силу, один из Братьев Регина, высокий крепкий негр, обернулся. Опасливо глянул на Антона, торопливо отвел взгляд. Райво – вспомнил Антон его имя. По происхождению откуда-то из Сенегала… нет, из Буркина-Фасо, точно. Подобран какой-то из семей Братьев Регина, воспитан в верности великому Фафниру…

Нет, ну что за бред с этими Братьями Регина?

Случилась когда-то давным-давно обычная среди Иных история. Схватились насмерть Темный и Светлый маги. Светлого звали Сигурд… Ну, если произносить на немецкий манер – Зигфрид. Темный погиб… причем погиб в своем сумеречном облике дракона. Его звали Фафнир. Позже погиб и Сигурд… Интересно, знал ли его Гесер?

А вот дальше ситуация повернулась немножко необычно. Ученики Темного мага не разбежались, как обычно бывает, и не передрались – что случается еще чаще. Они решили воскресить своего повелителя. Объединились в секту под названием Братья Регина, почти полностью устранились из обычной борьбы Света и Тьмы… что Светлых, конечно же, устраивало. Бережно хранили Коготь, вырванный из сумеречного тела Темного мага. Потом Коготь Фафнира конфисковала Инквизиция – перед Второй мировой Светлым удалось провести протест по поводу слишком мощного артефакта, находящегося на хранении у Темных. Братья Регина вроде как и не спорили, отдали Коготь со словами «время Фафнира еще не пришло…». И вдруг – налет на Европейское бюро Инквизиции! Схватка, в которой полегли почти все маги маленькой секты и изрядное количество обленившихся охранников Инквизиции. Затем нелепый прилет остатков секты в Москву.

Идиоты, как известно, бывают не только среди людей…

Впрочем… действительно ли идиоты?

Антон помнил, какой мощный заряд Силы шел от этого самого Когтя. Частично это была Сила, аккумулированная в Когте за долгие столетия стараниями Братьев Регина. Частично – Сила Темного мага.

Иные не умирают так, как обычные люди. Они уходят в сумрак, теряя материальную оболочку и лишаясь возможности вернуться в мир людей. Но что-то остается – Антон видел смутные тени, дрожащее марево, что появляется порой в сумраке, отмечая путь мертвых Иных. А однажды ему даже выпало общаться с мертвым Иным… Не самое приятное воспоминание. Но – что-то остается и там…

Возможно ли оживить мертвого Иного?

Наверное, ответ где-то был. В дебрях архивов, за строжайшими грифами секретности, за печатями Ночного и Дневного Дозоров, за запретом Инквизиции. Не могли Высшие маги не задаваться этим вопросом – куда уходят Иные после смерти, куда им самим предстоит отправиться в конце концов…

Вот только Антону не положено знать ответ.

Он посмотрел в иллюминатор, на тянущиеся внизу облака, на слабые проблески слившихся воедино тысяч аур, отмечающие города. Самолет летел уже где-то над Польшей.

Допустим, что Фафнира можно оживить…

Ну и что? Пусть он был сильным магом, пусть даже Высшим, магом вне категорий… его воскрешение ничего не изменит в глобальном балансе сил. Тем более оторванный от человеческой жизни, не разбирающийся в реалиях… да если он сдуру пройдется по Европе в своем сумеречном обличье – его разнесут в прах ракетами, расстреляют лазерами со спутников, применят тактическое атомное оружие… под горестные вопли японцев об ожившем и умерщвленном Годзилле…

Чего хотели Темные? Беспорядков, паники, криков об Апокалипсисе?

Антон заерзал в кресле. Взял у улыбчивой стюардессы пластиковый стаканчик и маленькую двухсотграммовую бутылочку венгерского сухого вина. Хорошо Эдгару… Как всякий Темный, он летит в бизнес-классе, и бокал у него хрустальный, и вино получше…

Что-то было в последнем предположении. Фафнир… Апокалипсис… По крайней мере намек Гесера о массовой истерии в связи с двухтысячным годом получает какое-то подтверждение. Только зачем Темным устраивать конец света? И все остальное? Ведьма Алиса… Мел Судьбы…

Антон пожалел, что у него нет ноутбука. Хорошо было бы сейчас выстроить на экране схему, потасовать варианты, посмотреть, как и что сопрягается. Есть стандартная программа для обсчета интриг, «Мазарини», и кое-что она помогла бы понять.

Мел Судьбы…

Он глотнул вина – то оказалось на удивление приятным. И нахмурился. Гесер и Завулон. Вот на самом деле два основных фактора, от которых зависит вся история. Они куда загадочнее и сложнее древних артефактов вроде Мела Судьбы и Когтя Фафнира или Иных вроде Зеркала и Алисы. И они, пожалуй, понимают все происходящее… и пытаются переиграть друг друга. Как обычно.

Гесер.

Завулон.

Пожалуй, отсчет следует и впрямь вести от Мела Судьбы. Когда у Ночного Дозора Москвы появилась Светлана, новая Великая волшебница, Гесер попытался осуществить очередное глобальное воздействие на мир. Светлане доставили Мел Судьбы – древний и могучий артефакт, позволяющий переписывать Книгу Судьбы, менять человеческую жизнь. На первый взгляд казалось, что Светлана должна переписать судьбу мальчика Егора, Иного с неопределенной аурой, одинаково склонного и к Тьме, и к Свету, превратить его не то в будущего пророка, не то в правителя. Но Светлана – не без его, Антона, участия – не стала этого делать. Она всего лишь привела судьбу Егора в равновесие, устранила все влияние, оказанное Дозорами в борьбе друг с другом.