Придон - Юрий Никитин

– Сейчас мы должны решить, как возьмем этот ЧерныйУтес. В нем ключ к окончанию войны.

Аснерд невольно взглянул на Вяземайта. Тот опустил взгляд.Придон забыл, что это он уже говорил при разгроме войск куявов, при взятииКуябы, при уничтожении башен магов… Но война все еще длится.

Придон бросил на них взгляд исподлобья, что-то учуял, кривоусмехнулся половинкой рта. Оруженосец подбежал, принял повод. Придон спрыгнул,на лице играла жестокость, затем как дуновением ветра ее смахнуло, он взглянулсмущенно, а голос прозвучал примирительно:

– Там не только Итания, что так важно для меня, но исам Тулей. Это важно для окончания… всей этой резни. Сказать по правде, красотупохода здорово подпортила эта взбунтовавшаяся сволочь, а потом еще и союзники…без них бы обошлись!

Вяземайт и Аснерд спешились, и втроем, как встарь, стоялиплечом к плечу, помолчали. В пронзительно ярком небе застыли громады облаков,почему-то ярко освещенные сверху, хотя солнце уже опустилось к самому краюземли. Чудилось, что по небу проплывает целый горный хребет.

– Хуже того, – проговорил Вяземайтнегромко, – наши воины, глядя на них, тоже начали… уж чересчур. Мы должныбыть суровыми и жестокими, но – не зверьем. А если даже и зверьем, то нескотами. Словом, захватываем побыстрее этот Утес, а затем по всей Куявиинаводим порядок, даем справедливые законы. Кто нарушит – голову долой!Неважно, куяв или артанин.

– Золотые слова, – сказал Аснерд соблегчением. – Теперь давай о крепости. Как я понимаю, туда стянулсямогучий гарнизон. Тулей успел разослать во все стороны гонцов, обещал горызолота, чуть ли не каждого третьего в песиглавцы, каждого десятого – вберичи, а каждого сотого – в беры… Словом, гуда стянулось много храбрых исильных искателей приключений, кто восхотел много и сразу. А я по дорогеперехватил сообщение, что сюда идет могучее войско с гор и предгорий…

Вяземайт удивился:

– С гор? Где же они там народу набрали?

– Я же сказал «и предгорий». Там полоса хорошей земли,ее защищают башни колдунов, там всегда народу как муравьев. Говорят, еще наняливантийцев. Ну, не совсем вантийцев, а тех наемников, что у вантийцев…перекупили… теперь спешно двигаются к Черному Утесу. Боюсь, не успеем захватитьдо их прихода.

Придон слушал их, все больше мрачнея, в глазах сверкалиискры гнева. Сдавленным голосом поинтересовался:

– И когда подойдет та армия?

– Через три-четыре дня.

Придон задержал дыхание, лицо напряглось, как будто получилсильнейший удар в живот.

– Ты бы, – процедил он зло, – еще сказал бы,что завтра. Что ж, начнем готовиться к большой крови! Если думают, что вот так,собирая одно войско за другим, заставят нас дрогнуть, ошибаются! На сменукаждому павшему артанину из наших земель прибывают трое молодых удальцов.

Вечером в шатре Меклен начертил карту крепости,окрестностей, умело обозначил реку, обрывистые берега, ров.

– Аснерд, – повторил Придон раздраженно, – тычаще сталкивался с предательской тактикой куявов. И с их трусливым отсиживаниемза крепкими стенами. Что нам нужно, чтобы взять эту чертову крепость?

Аснерд внимательно осматривал карту. Провел пальцем поизгибу реки.

– Черный Утес вообще отделен от нас рекой. Ладно, рекуможно пересечь выше по течению. Или ниже, там должен быть брод. Но что это намдаст? Крепость, как видите, стоит в излучине. Река защищает ее с трех сторон.Куявы вообще по своей трусости стараются селиться в излучинах. Чтоб, значит,сама река защищала со спины и с боков. А с этой единственной стороны, откудаможно подступиться, прокопан широкий ров, заполненный водой…

Придон кивнул, глаза сузились.

– Ты в самом деле не видел раньше этот Утес?

– Куявы всегда так защищают крепости, – объяснилАснерд. – Широкий и глубокий ров, вода, а на дне обязательно острые колья,обломки кос, пик, железные штыри… Дальше – вал, где тоже острое железо. Апотом еще и высокие стены, с которых будут лить кипящую смолу, бросать камни ицелые бревна… Это хорошая защита, Придон!

Придон сказал с раздражением:

– Ах, для меня это новость!.. Ты скажи, как ее взять.Это вызов всей нашей мощи!

Меклен сказал осторожно:

– Мои передние отряды с ходу попытались… Но первыйприступ был отбит с легкостью.

Аснерд поморщился. Меклен сказал поспешно:

– Ну, не совсем приступ. Мы, раз уж наткнулись первыми,сразу же разведку боем! Мост там длинный и очень узкий. Пока его одолеешь, состен перебьют стрелами. Там у куявов либо лучники богатыри, либо особые луки… Уменя убили Зорника, пробили стрелой насквозь, а он был в настоящих железныхдоспехах, что снял с какого-то очень знатного куява. По реке тоже невозможно,река чересчур быстрая. Хоть и равнинная, но разгон набрала высоко в горах. Налодках к стенам, что торчат прямо из воды, не пристать…

– Там возможен брод, – заметил Вяземайт. –Река слишком широка! Такие не бывают глубокими.

Аснерд покачал головой:

– А как бы ты поступил на месте куява?

Меклен сказал с полным презрения видом, опережая волхва:

– Представить себя куявом – это им стать.

– Дурак, – сказал Аснерд беззлобно. –Действия врага надо предвидеть. Я бы на месте куява тот возможный брод переднашим нашествием… словом, там не брод, а, напротив, глубокий ров. Голову кладуна заклад, что и берега там обрывистые. Не так ли?

– Вода подрыла, – буркнул Придон. Было видно, чтоон раздражен словами воеводы. – По-твоему, куявы вовсе не делают ошибок?

– Мало доблести, – ответил Аснердуклончиво, – победить врага, который поскользнулся. Надо искать пути,чтобы победить и вот таких… сильных, умелых, защищенных. Да не скажут о нас,что побеждаем только по случаю да благодаря промахам врага.

* * *

За окном слышался привычный городской гул, скрипели колесателег, мычали волы, снова звонкий цокот подкованных коней, она его сталазамечать после сухого стука копыт артанских коней – привычный шумбольшого, как считали жители Черного Утеса, города.

Итания вслушалась в крики за окном, кровь отлила от щек.Почудилось, что прозвучало имя Придон, теперь она везде его слышит в мыслях инаяву, все думают о нем и говорят о нем, но сейчас, к счастью, просто под ееокнами идет разносчик ключевой воды, голос звонкий, совсем не тревожный.

Ей, как знатной гостье, отвели покои в доме самогонаместника, Мирошника. Отец и Рипей оставили ее на попечение Мирошника, а самиспешно выехали навстречу собирающемуся войску. Его призывы наконец-топодействовали, дальние беры дали денег, сами собрали и наняли целые отряды ужес их командирами, надо было встретить и собрать в единое могучее войско.