Придон - Юрий Никитин

Аснерд сказал мечтательно:

– Двобой… это хорошо.

– Да, – сказал Меклен торопливо, – стать нагерць – это по-артански! Я надеюсь, выставите меня? Я лучший в схватке надлинных мечах, один из лучших в кулачном бою…

На него даже не посмотрели, Меклен покрылся пятнами отзлости. Военачальники осторожно поглядывали друг на друга, Аснерд хитроулыбался. Он хорошо знал, кто во всем войске сильнейший.

* * *

….Всадник остановился перед воткнутым в землю копьем скрасной тряпицей, он чувствовал на себе сотни, если не тысячи, пар глаз,устремленных как из воинского стана, так и со стен Куябы, неспешно поднес кгубам боевой рог, Придон невольно подумал, что Аснерд прав: артанам только дайпокрасоваться с оружием на лихих конях.

Чистый пронзительный звук прорезал воздух, на мигостановились облака, перестала колыхаться трава под стенами города, застылиптицы в небе.

– Артане принимают вызов! – прокричал Меклен, этоон отобрал рог у глашатая и красиво гарцевал на краю смерти, бесстрашно заезжаяза опасную черту. – Но бой будет по артанским правилам!.. Без пощады,насмерть и… один на один! Если у вас отыщутся герои, пусть выходят.

Он еще раз протрубил, перебросил рог за спину, конь красивоподнялся на дыбы, огромный и прекрасный зверь, помолотил копытами воздух, назадних ногах попятился, развернулся и, опустившись на все четыре, красивопонесся к артанскому стану

Ворота распахнулись, под звуки труб и грохот бубнов вышелвоин огромного роста, похожий на литую статую из железа. Придону почудилось,что земля вздрагивает под его тяжелой поступью. По спине пробежал холодокстраха, мышцы дрогнули, каким-то образом ощутив, что противник сильнее,крупнее.

Воин остановился, широкая ладонь слегка ударила по бедру,где висел куявский меч, послышался звон железа. Сам воин выпрямился, надменныйи гордый, голос прогремел, как раскаты близкого грома:

– Я, Дунай, сын Султана Каменный Кулак, воин из родаФаона, прибыл, чтобы защитить честь города. Я вручаю себя не в руки боговКуявии, а в руки всевидящего Рода, общего бога всех богов, людей и тварей, дабыон отдал победу тому, кто прав!.. А правда сейчас на стороне Куявии. Так кто жеосмелится выступить против воли самого Рода?

Военачальники помалкивали, ибо те убийства и разорение, чтоони принесли в Куявию, могут рассердить Рода, если уже не рассердили. Родпородил мир, дабы тот цвел, а они прошлись по нему с огнем и мечом, оставляя засобой пепелища…

Придон стиснул зубы, череп сверлила мысль, что куявывсе-таки провели, добились своего, именно этого и добивались. Один на один,слишком быстро вышел этот Дунай, уже стоял, облаченный в доспехи, готовый ксмертельному бою. Именно на условиях, которые предложили артане, полагая, чтопредложили их именно они.

Военачальники расступились, Придон пустил коня вперед,остановился за несколько шагов. Дунай, даже пеший, почти вровень с ним, конным.

– Дунай, – сказал Придон негромко, но так, чтобыДунай услышал. – Дунай… ты будешь драться?

Из-под шлема голос прозвучал глухо, сдавленно, но звучали внем спокойствие и сила:

– А что тебя удивляет?

– Мы слышали, как с тобой поступил Тулей. Это… простоподло! Ты даже не можешь назвать себя бером, у тебя отняли все: земли,богатства, людей, честь, имя… И после всего этого ты будешь драться?

Глаза в прорези блеснули багровыми огоньками. Голос из-поджелеза прогудел густой, суровый, словно Дунай всю жизнь служил на кордоне, а непротирал задницу при дворце:

– Не понимаешь, артанин… Я буду драться не за Тулея.Даже не за Куявию… она свое слово еще скажет. Я буду драться потому…

Он запнулся. Придон медленно наклонил голову.

– Я понимаю тебя, Дунай. Можешь не искать слова, я понимаю.Объяснить не могу, но понимаю. Мы приняли вызов. Сейчас наши назовут бойца, чтобудет сражаться с тобой за город Куябу.

Сзади послышался конский топот, с Придоном поравнялся, резкоосадив коня, рослый воин. Он заговорил хриплым от бешенства голосом:

– Род на стороне артан, и я докажу это своим топором!..Принимаю вызов, готов драться пешим или конным, со щитом или без, с оружием илиголыми руками!

Быстро подъехали Аснерд и Вяземайт, один ухватил железнойдланью повод его коня, другой самого Меклена за плечо, тот скривился от боли,и, как щепочку, с легкостью доставили обратно к группе военачальников.

Дунай покачал головой:

– Это правильно. Мне он на один зуб.

– Ты получишь настоящего противника, – пообещалПридон. – Того самого, что уже сразил тебя и связал руки. Дунай, это твойпоследний бой.

Дунай похлопал себя по ножнам, откуда торчала рукоятьисполинского меча.

– Наши маги говорят, ты пришел за гибелью. Они яснопрочли по звездам, Придон!

– Все умрем, – ответил Придон коротко. – Ноты – сегодня.

Лицо Дуная оставалось под железной маской, только в глазахблеснула непонятная радость, однако он заговорил осторожным, словно быизвиняющимся и не своим голосом:

– Куявы не звери, они не дерутся голыми руками. Правда,выбор оружия за тобой…

Придон сделал отметающий жест.

– Выбирай любое. Я выйду со своим топором.

Дунай смерил его с головы до ног оценивающим взглядом.Придон силен, нет спора, но в артанском войске наверняка есть и другиебогатыри, посильнее. Повезло, что военачальник артан настолько горяч и… глуп. Инастолько предсказуем, что Барвник и Щажард без труда придумали, что говорить икак держаться, чтобы вынудить принять бой именно Придона.

– Прекрасно, – сказал он торопливо, пока никто неуспел вмешаться. – Мой меч при мне. Я… готов.

Придон начал было слезать с коня, раз уж куяв вышел пешим,но подъехал Вяземайт, ухватил за плечо, остановил, сказал, глядя прямо в глазаДуная:

– Не сейчас! Сперва надо поговорить с богами, получитьих прощение. Да будут дела того, кто уйдет на небеса, здесь закончены к томудню.

Дунай насторожился.

– Это долго?

Вяземайт указал на кровавый закат.

– Солнце уже садится, какой бой при звездах? А раноутром и проведем бой.

– Место?

Придон перебил уже раскрывшего рот верховного волхва:

– Прямо перед городскими воротами Куябы. Если ктозахочет посмотреть ближе, пусть выйдет – артане не тронут. А ктотрусливее, могут смотреть со стен.

Дунай вздохнул с облегчением. Он посмотрел на Придона почтис благодарностью.