Королевство пепла. Союзники и противники. Боги и Врата  - Сара Маас

В его ушах еще звучал грохот сражения. Сбившееся дыхание постепенно успокаивалось. Аэлина глотала воздух ртом. Мелкие раны на теле Рована начали затягиваться, вызывая знакомое покалывание. Доспехи и одежда были густо покрыты вражеской кровью. Рован прихрамывал. Рана в ноге тоже затянется, но не сразу.

Армия хагана заняла всю равнину, растянувшись до самого горизонта. Остатки моратских сил продолжали сопротивляться, но это уже ничего не решало. Дарганские мечи вспыхивали на неярком зимнем солнце, отсекая головы врагов. Рован всегда помнил хаос и суматоху самой битвы. Последующие минуты, когда наваливается усталость и пространство перед глазами подергивается дымкой, почему-то забывались.

Целительницы спешили на поле недавнего сражения. Их белые ленты развевались среди золотистых и черных островов. Тех, кто нуждался в более основательной помощи, рукки на особых носилках перевозили в крепостной лазарет. Если на равнине хаос утихал, в лазарете он лишь набирал силу.

Парапеты и пандусы были скользкими от крови. Вокруг Рована стояли его соратники и союзники. Он молча протянул Аэлине кожаную флягу. Она жадно припала к горлышку, затем передала флягу Фенрису.

Освобождение. Выплеск накопившейся ярости – вот чем стало это сражение для Аэлины.

– Наши потери совсем невелики, – сообщила принцесса Хасара. Она ухитрилась найти уголок парапета, где на камень не попало ни капли красной и черной крови. – В основном среди пехотинцев. Им пришлось тяжелее всех. Дарганской коннице повезло больше.

Рован кивал. Продвижение армии хагана было более чем впечатляющим. Рован не помнил, видел ли еще где-нибудь такую слаженность действий. Солдаты двигались словно крестьяне, жнущие пшеничные колосья. Если бы не лихорадочная оборона крепости, он бы непременно полюбовался на этот удивительный танец войны.

Шаол сидел в кресле на колесах. Лицо его было сумрачным.

– А на вашей стороне? – спросила его Хасара.

Шаол оглянулся на отца. Эстфол-старший стоял, скрестив руки на груди, и обозревал поле битвы.

– Много, – ответил он, ни на кого не глядя. – Обойдемся без подробностей.

В глазах этого черствого, жестокого человека промелькнуло что-то похожее на боль, но он ничего не добавил.

Шаол хмуро кивнул Хасаре, будто извиняясь за отца. Его руки до белизны костяшек вцепились в подлокотники кресла. Аньельские солдаты сражались храбро, однако у них не было надлежащей выучки. Еще раньше Рован узнал от Шаола, что уцелели в основном опытные воины, не раз сражавшиеся с дикарями в Белоклычьих горах. Для большинства погибших эта битва была первой и последней.

Внимание Хасары наконец переместилось к Аэлине.

– Слышала, ты сегодня устроила знатный спектакль.

Рован напрягся.

Аэлина насмешливо поклонилась:

– Судя по твоему виду, ты от меня не отставала.

Узорчатые доспехи Хасары почернели от валгской крови. Все время сражения она провела в седле. Ее муникийская лошадь врывалась в самую гущу, топча валгов, которым хозяйка рубила головы. С боем Хасара доехала до ворот крепости. Но на слова Аэлины она ничего не ответила.

Аэлина умело прятала раздражение, владевшее ею. Один Рован уловил это по ее глазам. Она тоже промолчала, не став расспрашивать принцессу об их дальнейших шагах. Закусив губу, Аэлина вновь повернулась к равнине.

Все время, пока длилась оборона крепости, она сражалась без передышки и опустила меч, лишь когда вокруг не осталось валгов. Потом затихла и замкнулась. Казалось, она все еще выбиралась из того спокойного, подчиненного разуму и расчету места, куда спустилась в первые минуты сражения. Аэлина так и не сняла доспехов. Ее боевая бронзовая корона покрылась коркой запекшейся крови. Такая же корка лежала и на ее волосах.

Едва взглянув на доспехи Аэлины и Рована, отец Шаола побелел от гнева. Шаол лишь подкатил кресло поближе к отцу и что-то прошептал на ухо. Что именно – не слышал даже Рован, но Эстфол-старший остыл.

Битва за Аньель окончилась. Впереди их ждали куда более тяжелые сражения. Неудивительно, что Аэлина кусала губу. Когда принц Кашан приведет вторую часть армии хаганата, пойдут ли они на Террасен? Сумела ли она сегодня склонить детей хагана на свою сторону?

К крепости на немыслимой скорости летели Кадара и Сальхи. Солдаты торопились освободить место для посадки птиц. Сартак с Несариной опустились прямо на парапет и сразу же выпрыгнули из седел.

– Близится беда, – выдохнула мертвенно-бледная Несарина.

Такими же бледными были губы Сартака. От обоих пронзительно пахло страхом.

Шаол подъехал к ним; колеса кресла скользили по лужам крови.

– Какая беда?

Аэлина выпрямилась. Гарель и Фенрис замерли.

Несарина махнула в сторону гор:

– Под конец сражения мы перехватили отряд моратских солдат. Они пытались разрушить дамбу.

Рован выругался, а вслед за ним и Шаол.

– А вы, как я понимаю, разрушили их замыслы, – сказала Аэлина.

От крепости до дамбы было совсем близко. Взглянув туда, Аэлина не заметила ничего пугающего. Дамба по-прежнему сдерживала напор верхнего озера и реки. Тогда о какой беде речь?

– Разрушили, но лишь отчасти, – пояснил Сартак; на его виске дергалась жилка. – Моратские солдаты успели несколько раз ударить тараном по стене дамбы.

– Насколько все серьезно? Говори, не тяни! – потребовала Хасара.

Глаза Сартака вспыхнули.

– Нужно уводить нашу армию с равнины. И как можно быстрее.

– Значит, дамба рухнет? – спросил Эстфол-старший.

– Еще полчаса. В лучшем случае час, и вода хлынет вниз, – ответила Несарина, морщась от своих слов.

– Какие полчаса? Она может прорваться в любой момент! – почти выкрикнул Сартак. – Нужно спешно отводить нашу армию.

– Ее некуда отводить, – возразил отец Шаола. – Вода разольется на лиги вокруг. В крепости не хватит места, чтобы принять всю вашу армию. Тем более что нижние этажи будут затоплены.

Эстфол-старший был прав. Рован прикинул размеры крепости и понял: здесь не поместится даже половина армии. Даже треть. И насчет затопления правитель Аньеля тоже был прав. Рован не знал, сколько этажей уйдет под воду. Он лишь представил, как громада ледяной воды обрушится с гор на опустевший Аньель и помчится по равнине, уничтожая все на своем пути.

– Куда нам направлять наших солдат? – спросила Хасара, буравя Шаола горящими глазами.

– Соберите руккинов. Пусть каждая птица возьмет в когти столько, сколько сможет унести. Самое удобное место – гора позади нас.

Он указал на сравнительно небольшую гору, на склоне которой и стояла Эстфольская крепость.

– Вершина там плоская. Сгодятся и соседние.