Блуд на крови - Валентин Лавров

Бывший взводный командир Красной гвардии пятидесятичетырехлетний Комаров проснулся со страшной головной болью. Эти боли последнее время жестоко преследовали его и отравляли жизнь. Нынче Комаров трудился извозчиком в солидной организации — Центральном управлении по эвакуации населения (Центроэвак). Это было одно из подразделений Наркомата внутренних дел, где наркомом был сам товарищ Дзержинский Ф.Э.

Соратник Железного Феликса по ломовой части глядел в грязный потолок и мучительно пытался вспомнить: где и как провел вчерашний вечер?

Постепенно в его памяти всплывали мутные, неясные картины, прошедшие события. Утром он спер у своего товарища по Центроэваку новую ременную сбрую. Пока тот не хватился пропажи, Комаров бросил на сани пять мешков торфа и отвез их по разнарядке в правление Автопромторга, что в доме номер 15 по Каретному ряду.

На возвратном пути, нещадно хлеща лошадь, за буханку ржаного подбросил попутную старуху к Брест-Литовскому вокзалу.

Затем вкатил в конный ряд Смоленского рынка.

Прибыл он вовремя. Какой-то невзрачный мужичок в залатанном зипуне купил у известного барышника-цыгана Гришки мерина. Мерин был древний, со съеденными зубами, с выбитым правым глазом. Цыган чем-то напоил мерина или еще чего сделал, но тот выглядел неестественно бодро, переступал копытами и разок даже вдруг весело взбрыкнул. Получив деньги, цыган тут же куда-то смылся.

Мужик, видать, был бестолковый, ибо такого дохлого коняку можно лишь на бойню тащить, а для работы он никак не годится. Но мужик погнался за дешевизной. Теперь он прилаживал к покупке старую веревочную упряжь.

Комаров весело подмигнул мужику и ощерился:

— Рваная сбруя все равно что мужик без… Возьми мою — смотри, прямо царская! Отдам задарма!

Тут же хлопнули по рукам. Комаров предложил:

— Чтоб твой вороной хорошо работал, обмыть покупку следует. Кабак как смерть — никак его не миновать!

Мужик кивнул. У него от покупок еще оставались хорошие деньги. Часть их он решил пропить. Пошли в кабак, крепко выпили. Потом вместе отправились в Центроэвак. Комаров сказался больным.

— Иди лечись, — сказала начальница Роза Радек, сестренка замечательного большевика Карла Радека. — Но в понедельник обязательно приходи — у нас закрытое партийное собрание. Твое участие, товарищ Комаров, обязательно. Учитывая героическое прошлое и нынешний передовой труд, будем выдвигать тебя, товарищ, в парткомитет.

Поставив лошадь в стойло, Комаров с новым знакомым отправился в табачный магазин. Здесь он поменял буханку хлеба на махорку и ловко спер у какого-то господина с портфелем новые кожаные перчатки.

Потом они пошли в пивную, где долго гуляли.