Чистодел - Александр Шувалов

— Неплохо смотришься, — одобрительно заметил Михалыч.

Это точно, очень даже неплохо. Банкет по случаю полной победы прошел чинно, я бы даже сказал, вяло. Выпивали мы как-то без энтузиазма, а потому не ужрались, как следовало бы, просто сделались чуть пьяными.

На следующий день Погромщик умчался сдаваться в семью, а Влад умотал на юга. Дела у него там появились.

— Какие планы? — осведомился старик.

— Прикуплю паспорт и умотаю. — Я осторожно отпил горячего кофе и довольно крякнул.

Если накануне выпивать в меру, то вместо пива на следующее утро можно освежаться кофе, понемножку и вдумчиво. С удовольствием.

— Куда?

— Еще не решил. — Я закурил и опять возрадовался.

Первая утренняя сигарета пошла просто на ура.

— А если вообще никуда не уезжать? — Михалыч принял из моих рук чашку и положил в нее сахарку.

— Это как?

— Очень просто. — Он отхлебнул и кивнул в знак одобрения. — Объявиться здесь под видом моего сына. Будет хоть кому на похоронах слезу пустить. Справишься?

— Ты еще меня переживешь.

— Это вряд ли.

— Выглядишь в последнее время неплохо, — возразил я. — Похорошел, взбодрился, даже румянец появился.

— Профессор в красивых очках назвал это ложной ремиссией. — Михалыч прикурил от моей зажигалки. — Я думаю, что боженька напоследок показывает мне, как хороша жизнь. Перед отбытием в теплые края.

— Это куда?

— В ад, Мелкий. Грехов на мне слишком много. Ты и представить не можешь, сколько и каких.

— Все мы, если разобраться…

— Вот и давай разбираться. — Михалыч пристукнул высохшей ладошкой по столу. — Ты надумал раздобыть левый паспорт и где-нибудь затаиться, верно?

— Ну да. — Я пожал плечами. — Еще мордочку подкорректировать на всякий случай.

— А я предлагаю настоящие документы плюс законную регистрацию везде, где можно и нельзя. Только вот мордочку действительно поправить придется.

— Человек может вдруг взять и помереть, исчезнуть с концами, — сказал я, и старый мокрушник хмыкнул. — Но как, черт подери, кто-то может вдруг на четвертом десятке лет самым законным образом появиться на белый свет? Магия какая-то.

— Все просто. — Старик ткнул пальцем в кофейник.

Я все правильно понял, вскочил и изобразил официанта.

— Помнишь, я денег просил?

Да, было такое при дележе честно заработанного на нас и того самого Николая как бы Павловича. Черт с ним, не жалко.

Старик тогда распорядился сбросить немалую сумму на счет в Германии. Зачем и для чего, не счел нужным объяснить, а я и не спрашивал.

— Ну.

— Я как-то упоминал о знакомом чине из киевской ментовки, не забыл?

— Да, кажется, какой-то полковник.

— На самом деле генерал-майор и не какой-то там. — Старый лис усмехнулся. — Мой товарищ по несчастью.

— В смысле?..

— Тоже загибается от того же самого. Жить ему отмерено меньше полугода. В лучшем случае.

— Что с того?

— Да то, что на Украине несколько лет назад пытались запустить программу защиты свидетелей. По штатовскому образцу. А он ее курировал.

— И как?

— Как всегда, то есть никак.

Если честно, я этому нисколько не удивился.

— На выходе получились привычный славянский бардак и сплошная неразбериха. Вот он и попользовался. Когда программу стали сворачивать, кое-что отложил про запас.

— Вроде пенсии на старость?

— Точно. Новая жизнь — товар недешевый. Только не дожить ему до пенсии.

— Кажется, начинаю понимать.

— Все просто. — Михалыч опять закурил. — Познакомились мы с ним в онкологии, обнюхались, разговорились о жизни.

— И он тебе так прямо все и рассказал?

— Ага. — Михалыч грустно улыбнулся. — У последнего порога, Мелкий, люди не шибко шифруются. Выкладывают все, что на душе. А у него проблем море.

— Каких?

— Молодая жена и две дочери-погодки, четырех и пяти лет. Он, конечно, хапал, но скромно, на жизнь им уж точно не хватит. Вот я ему и предложил. Пусть генерал сначала легализует меня, потом сыночка, тебя то есть.

— Дорого вышло?

— Не дороже денег.

— Ты ему веришь?

— Нет, конечно. Да и не надо. Пусть он нам теперь верит. Я выплатил меньше половины, остальные деньги уже ты будешь ежегодно перечислять вдове. После того как мы с его превосходительством переедем под травку.

— Умно!

В смысле, настолько глупо, что может и пройти. Любой человек, имеющий хотя бы пару извилин, на моем месте непременно взял бы низкий старт и рванул куда подальше, джунгли, тайгу или тот же Шанхай с населением как в паре европейских стран. Пусть там и ищут, если захотят.

— Рад, что оценил. — Михалыч достал из кармана паспорт и положил его на стол передо мной. — Зацени.