Убийство в горном отеле - Ольга Гаврилина

«Ну, это к церкви никакого отношения не имеет… Чего-то они там расставляют…»

Сидеть впотьмах было скучно и муторно. Парень поднялся на приступку стены, уцепился за кусок лепнины и, проскребя дырочку на обледенелом стекле, заглянул в продолговатое окно, увидев хозяина на дорожке, ведущей из отеля к старому фуникулёру. Его молодой помощник, скорее всего, кто-то из обслуживающего персонала, втыкал в сугробы бенгальские огни в виде факелов, стараясь установить их на равном друг от друга расстоянии. Другой мужчина с торчащей из-под шапки косичкой отбрасывал снег с тропинки.

«Интересно, что они на старой станции собираются делать? Неужели Новый год справлять? Ах да, Уго же мне говорил – именно здесь все поднимут бокалы в полночь. Вид на горы и Аквилу оттуда потрясающий!» Михаил отвлёкся от своих дум и с любопытством подростка наблюдал за происходящим.

Из гостиницы вышла черноволосая девушка в длинном платье и что-то сказала Сальваторе.

– Какая чувиха!.. – неожиданно произнёс вслух Миша и чуть не свалился с приступки.

Дорожку полностью расчистили и стали переносить сумки с фруктами и бутылками шампанского. Напоследок из отеля вывезли столик с упаковками пластиковых тарелок, какими-то пакетами и закрытыми поддонами со съестным.

Мише стало совсем грустно, голод раздирал желудок. «Ничего, ничего, – уговаривал он себя, – совсем чуть-чуть осталось продержаться. Хлебну воды, чтобы заполнить пустой живот». Он слез вниз и пошёл, чтобы наполнить бутылочку, в маленький туалет, которым пользовался падре. В этой комнате было ещё холоднее, струя из крана лилась ледяная. Михаил заглянул в располагавшийся рядом с раковиной шкафчик. Кроме порошков для чистки и мётел, на отдельном крючке обнаружились здоровенная лыжная куртка и снегоступы. Парень вытащил их и повертел в руках. «Нет, годятся только по снегу ходить, для катания бесполезны. А жаль, не надо было бы к Уго за лыжами обращаться». Натянув найденную куртку поверх своей, он сразу почувствовал тепло.

Время подходило к двенадцати. Быстрые шаги послышались на улице, и тут же раздался треск зажжённых бенгальских огней. Всполохами высветились пределы и алтарь, причудливыми бликами заиграли стены. «Здорово! Как на дискотеке, музыки только не хватает!» Михаил снова полез на приступку и прильнул к окну. Народ, переодетый в тёплое, смеясь и переговариваясь, двигался по тропинке.

А вот и Миндадори! В расстёгнутой куртке поверх пиджака уверенно идёт по снежной тропинке; яркий галстук издали бросается в глаза. Михаил вцепился в лепнину. «Моя походка, моя!» Мэр пригладил волосы и вошёл внутрь. «Я так же волосы приглаживаю. Недаром считается, что даже жесты передаются по наследству. Что же ответит он мне завтра? В чём причина того, что он столько лет не желал со мной увидеться?» Злость и обида снова подступили к горлу, Михаил натужно глотнул, загоняя их внутрь. Стрелка остановилась на двенадцати. Парень открыл вторую пачку печенья, поднял бутылку с водой и сказал, ни к кому не обращаясь:

– С Новым годом!

Со стороны старого здания послышались выстрелы петард и шипучий треск рассыпающихся огней. «Хорошо гуляют!» Пачки печенья уже как не бывало. Михаил высыпал крошки в рот и сделал последний глоток. «Надо бы спать укладываться. Завтра непростой день…» Он лёг на скамейку, но заснуть не мог. Поворочавшись, снова сел, откинувшись на спинку. Голод гнал сон, молодой организм требовал еды.

На дорожке послышались шаги и голоса. «В отель возвращаются чечевицу есть…» От одной мысли о горячем и остром кушанье у Михаила свело желудок.

– А если ещё и с сальсиччами… – сказал он вслух и вдруг понял, что не выдержит. Поднявшись к окну, разглядел, что последние гости заходят в холл.

«А что, если в здание фуникулёра прошмыгнуть? Может, осталось что-нибудь из еды? – подумал он, вспомнив большие поддоны, стоящие на трясущемся столике, и сумки с фруктами. – Пройду по подземному коридору, а потом останется совсем немного по улице пробежать – метров пятьдесят. Вся обслуга наверняка на кухне гуляет, убирать будут завтра утром, как в прошлом году. Не думаю, что у них что-то в распорядке изменилось. Как бы только убедиться, что там никого нет?»

Загоревшись этой идеей, он простоял минут десять у окна, наблюдая за выходом. Из старого строения больше никто не появлялся. Возможность перекусить не давала покоя. «Да нет там больше никого!» Он спрыгнул на пол, тихонько открыл задвижку и, прислушиваясь, вышел в коридор. Дойдя до лестницы, ведущей в отель, остановился. Сверху доносился гул голосов, кто-то музицировал на рояле. «Все здесь. Зачем кому-то в холодном помещении сидеть?» – подбодрил он себя.

Выйдя на улицу, он оглянулся: вдали тепло светились окна гостиницы. Мороз спадал, и на чёрном звёздном небе появились светлые патлатые облака. «Как бы погода не поменялась! Если вьюга начнётся, все лыжные катания отменятся…» Подбежав ко входу, парень вдруг подумал, что его могли запереть. Дёрнув со всей силы, он чуть не упал. Дверь проскрипела по снегу, но легко открылась.

Здоровенное деревянное колесо с металлическими деталями нависало над всем залом. Догоревшие свечи превратились в причудливые холмики, некоторые ещё теплились, потрескивая и оплывая последним воском. Рядом виднелся стол с остатками фруктов и лёгких закусок… С другой стороны колеса во весь рост стоял человек. Миша сделал шаг назад и застыл на месте. Ноги мгновенно задеревенели от страха.