Убийство в горном отеле - Ольга Гаврилина

– А сколько лет было Валентине?

– Наверное, около сорока, точно не знаю, – задумчиво ответил Лучано.

Сорокалетняя женщина рожает ребёнка и уезжает на родину… А если это последний шанс и она родила «для себя», как говорят в народе, не думая выходить замуж и не желая ставить в известность биологического отца? Тогда им может быть любой, в том числе и Казини… Поговорить бы ещё с кем-нибудь, кто её знал, выяснить подробнее все обстоятельства… Что-то в рассказе Лучано цепляло и не давало смириться с предложенными обстоятельствами. «Так она же у Миндадори работала, когда тот ещё был женат! Значит, Миранда должна знать Валентину!» – осенило Лолу. Учитывая, что бывшая супруга мэра присутствовала на последней Лолиной передаче в качестве приглашённой гостьи, найти её будет нетрудно. Наверняка телефон есть у Даны.

– А вы полиции рассказывали о Валентине? – поинтересовалась Лола, прикидывая, насколько исключительна информация, которую она получила.

– А меня никто и не спрашивал пока, – с обидой произнёс Лучано. – Я с дочкой Казини не очень лажу, вот она и назвала мою фамилию последней среди друзей Антонио.

– Дойдёт и до вас очередь, – успокоила его Лола, а в уме уже прикидывала: «Так вот чем я обязана жизненному рассказу Лучано! Он ждал, когда его вызовут в участок, не дождался и решил выложить всё мне. Не сегодня завтра его опросит полиция, и, пока этого не произошло, я должна действовать! Надо срочно связаться с Даной и взять номер телефона жены мэра».

Она заёрзала на стуле, готовая к следующему действию.

– Спасибо вам большое! Жаль, конечно, что это не та женщина, но всё равно вы нам очень помогли в журналистском расследовании!

Лучано расплылся в довольной улыбке, глаза его вновь помолодели.

Сев в машину, Лола сразу же сбросила эсэмэс Дане, решив пока ничего не объяснять. Тут же пришло сообщение с номером. Быстро набрав нужные цифры на трубке, она услышала мелодичный голос:

– Да?

– Добрый день! Это Лола с Пятого канала, вы у меня на последней программе были, – затарахтела она, боясь, что женщина не захочет общаться. – Вследствие открывшихся новых обстоятельств мне бы очень хотелось с вами встретиться и поговорить.

– Я вас сразу узнала, – спокойно сказала Миранда. – Поговорить… даже не знаю. Я сейчас в Аквиле, на нашей старой квартире. Если вы сюда подъедете, у меня найдутся полчаса-час.

– Отлично! Я совсем рядом, через пятнадцать минут буду! – Она повернула ключ зажигания.

Неплохо зная Аквилу, Лола помнила, что мэр жил в сером доме на площади. Она удачно припарковала машину между стеной супермаркета и уцелевшим кирпичным забором и направилась к площади двух фонтанов. Тут же на её пути возникли полицейские, стоявшие в проходе между заграждением.

– Ваш пропуск, пожалуйста! – сказал один из них, приглядываясь к Лоле.

«Только этого не хватало! Миранда мне ничего про пропуск не сообщила».

– Добрый день! – Она одарила их обезоруживающей улыбкой, припасённой как раз для такого случая. – Я журналистка и ведущая программ «Их кто-нибудь видел?» и «Последняя кассация». Веду расследование по делу убийств мэра вашего города и служащего канатной дороги. Хотела бы пройти к дому Миндадори и переговорить с бывшей женой мэра, – выпалила она на одном дыхании.

– Понятно, – протянул тот, что постарше, – синьора Миранда нас не предупредила, что к ней должны прийти.

Но молодой полицейский вызвался проводить Лолу.

Они медленно продвигались к центру, обходя развалины и переступая через раскрытые трещины, напоминающие беззубые старческие рты.

Они вышли на площадь. Перед глазами встало то, что когда-то называлось церковью: высокий купол грудой камней лежал прямо на амвоне, сбоку торчал огромный зеленоватый от окисления крест; сохранившиеся куски стены неровно возвышались над мозаичным полом. Фонтаны остались не тронутыми землетрясением, и вода, тихо журча, переливалась из мелкой чаши в более крупную.

– Удивительно, что дом мэра так сохранился! – заговорил полицейский.

– Почему же только он? Вон и магазин книжный без единой трещины. За ним тоже целые дома виднеются, – возразила Лола.

Они приблизились к серому трёхэтажному зданию с красивой резной аркой и вошли в подъезд. Полицейский довёл её прямо до двери и нажал звонок. Никакого звука не последовало.

– Он не работает, наверное. – И громко постучал.

Миранда открыла так быстро, словно стояла за дверью.

– Здравствуйте! Скоро добрались. – Она посмотрела на полицейского, застывшего на пороге.

– Большое вам спасибо! – Лола улыбнулась ему на прощание.

– А я вам даже кофе не могу предложить. – Миранда провела Лолу в гостиную. – Ничего не работает – ни газ, ни электричество. Так о чём вы хотели поговорить? – Она закрыла чемодан, стоявший прямо на столе. Рядом лежали серебряные приборы, возвышалась стопка тонких тарелок, часть ящиков буфета была открыта.

«Вещи, наверное, разбирала после смерти бывшего мужа», – догадалась Лола.

– Да, вы правильно подумали. – Миранда проследила за её взглядом. – Собрала здесь кое-что ценное. Хоть полиция и пропускает только по разрешениям, были случаи воровства. Что же это за «открывшиеся новые обстоятельства», о которых вы мне сказали? – Она села на стул, указав Лоле на диван. – Я здесь щёткой прошлась, так что пыли нет, садитесь.

– Думаю, вы видели заявление начальника полиции Капелини о частичном соответствии ДНК, обнаруженной на пиджаке вашего мужа, с генетическим материалом Антонио Казини, проживавшего в Паганике?

– Конечно. Они считают, что сын этого человека, возможно, и есть убийца. Только у него нет никакого сына.

– Почему вы так уверены?

– Если честно, я, наоборот, ни в чём не уверена. Строить догадки уже сил нет. – Миранда задумчиво провела рукой по чемодану.

Лоле было жаль эту женщину, потерявшую близкого человека, но она ничего не могла поделать, её неудержимо несло вперёд.

– Буквально час тому назад я разговаривала с другом Казини Лучано. Он мне рассказал про Валентину, которая, как я поняла, в то время работала у вас и с которой, по его словам, встречался Антонио, став затем отцом её ребёнка.

– Да, я её прекрасно помню, милая такая женщина. Вы считаете, что это она… мать убийцы? – последние слова Миранда произнесла с трудом.

– Пока не знаю. Она у вас работала и жила?

– Да, совершенно верно.

– Были ли у неё другие мужчины, приходил ли кто-нибудь в гости?

– Нет, никогда. Ни мужчин, ни женщин я возле неё не видела. Впрочем, потом, в Риме, ей с работой помогла какая-то её приятельница, тоже русская, кажется…

– Вам известно что-то об отношениях Валентины и Казини? – Как ни старалась Лола превратить их разговор в добрую беседу, у неё не получалось. Она торопилась, вопросы звучали коротко и сухо, как на допросе.