Мертвая жена и другие неприятности - Екатерина Островская

– А ты, Витек, кого везешь?

– Да приятеля своего. Работаем вместе. Сегодня мы свободны, отдохнуть вот решили. Когда еще выберемся?

– Ну, счастливо вам, – пожелал инспектор и отошел.

– Одноклассник мой, – объяснил Виктор, трогая «Москвич» с места, – рядом жили и в хоккей вместе играли.

– Повезло мне, – вздохнул Ладейников.

А Виктор обернулся и посмотрел назад.

– Когда стояли, рядом была серая «Мазда». Из нее двое так уставились на тебя – просто глазами ели. Может, опознали?

Валерий Борисович пожал плечами, а потом вдруг вспомнил:

– Меня вчера обстреляли как раз из серой «Мазды».

Виктор еще раз обернулся.

– Уже не видно той машины. Отстали. А может, это другая тачка. Ну, все равно, заскочим сначала ко мне, потом уже к Евгении Ивановне.

Они въехали в городок и понеслись мимо блочных многоэтажек. Добрались до противоположной окраины, и за окном замелькали небольшие частные домики.

– Уже почти прибыли, – произнес Виктор. – Вот, кстати, дом Евгении Ивановны, а мой на соседней улице.

– Останови, – попросил Валерий Борисович. – Я выйду и тебя здесь дождусь, а пока соображу, о чем с ней говорить.

– Хорошо, – согласился Виктор. Я возьму дома одну вещь и сразу вернусь.

Виктор укатил, а Валерий Борисович остался стоять возле высокого забора, сколоченного из осиновых досок. Щелей в заборе не было, поэтому что находилось за ним, разглядеть было невозможно. Ладейников подошел к решетчатой калитке. Сквозь нее просматривались крыльцо и часть двора с высокими яблонями. На верхушках некоторых, несмотря на начало ноября, еще оставались плоды. Красные яблоки походили на стайку снегирей, вспорхнувших на ветки в ожидании, когда уйдет посторонний. Валерий Борисович рассматривал дом, пытался разглядеть что-либо за окнами, но в них отражалось небо, и только.

Дверь вдруг резко распахнулась, на крыльцо выбежала девочка в накинутой на плечи коротенькой беленькой шубке. Покрутила головой и позвала:

– Мася, Мася! Кис-кис-кис…

Потом к ней вышла пожилая женщина. Она что-то сказала девочке, и та с явной неохотой вернулась в дом. Женщина осталась на крыльце и почти сразу посмотрела на калитку, за которой стоял Ладейников. Таиться теперь не имело смысла. Валерий Борисович вошел во двор, направился к дому. Хозяйка продолжала смотреть на него очень внимательно.

Ладейников подошел к крыльцу и поздоровался. Но в ответ не удостоился даже кивка.

А когда он попытался подняться по ступеням, женщина встала на его пути и спросила:

– Что вам нужно?

– Моя фамилия Ладейников. Так получилось, что я муж Варвары Николаевны.

– Не знаю такую, – ответила Евгения Ивановна.

– Дело в том…

– Я к твоим делам никакого отношения не имею: тебя второй день по ящику показывают. Ты мне уже надоел больше, чем передача «Аншлаг».

Хозяйка повернулась и, не прощаясь, вошла в дом. Ладейников нахально двинулся следом.

– К нам кто-то приехал? – услышал он детский голос, как только переступил порог.

– Что вскочила? – ответил девочке голос Евгении Ивановны. – Если заболела и в школу не пошла, лежи и поправляйся. Но я тебя за день на ноги поставлю.

– А я и так стою.

Хозяйка разговаривала с девочкой в доме, а Валерий Борисович находился в прихожей, не решаясь проследовать дальше. Вообще-то хозяйка наверняка слышала, что он вошел за ней, однако старательно делала вид, будто не догадывается об этом.

– Кто приезжал? – снова спросила девочка.

– Никто, – ответила Евгения Ивановна. – Домом ошиблись. А ты разве кого-то ждешь?

– Тетю Варю. Ее давно не было.

– Тебе же сказали, что тетя Варя надолго в командировку уехала.

Ладейников понял, что он попал именно туда, где и должен был появиться, чтобы узнать обо всем, во что он оказался втянутым. Доцент вытер ноги о домотканый половик, на котором стоял, и вошел в коридор дома. Вероятно, услышав его шаги, навстречу из комнаты вышла хозяйка и посмотрела на него с явным неудовольствием.

– Тебе же сказали, чтобы уходил отсюда поскорее! – произнесла она негромко, но настойчиво.

– Куда мне идти? – так же шепотом спросил Валерий Борисович.

– Не знаю. Но здесь тебе находиться нельзя.

– Уделите мне пять минут, – попросил он.

Однако хозяйка разговаривать с ним явно не желала.

– Обещаю, что через пять минут я уйду.

– Тогда стой здесь, а потом уходи, – ответила Евгения Ивановна и прошла на кухню, откуда доносились запахи приготовляемого обеда.

Ладейников продолжал стоять, надеясь, что женщина передумает и ответит на его вопросы. Потом подошел к двери кухни и стал наблюдать, как хозяйка режет лук, как рукавом смахивает слезы с глаз, по-прежнему, не обращая на него никакого внимания. Хотел снова заговорить, но Евгения Ивановна, словно почувствовав это, сказала, не повернув головы:

– Пять минут прошли. Тебе пора.

Он понял, что упрашивать ее бесполезно, и решил дождаться Виктора возле калитки. Шагнул к выходу и услышал, как тихо открылась дверь. Кто-то вошел и остался стоять в дверях, не проходя дальше. Ладейников сделал еще шаг к прихожей, и тут же навстречу ему из дверного проема вышел мужчина в черной, лыжной шапочке. Вошедший остановился: судя по всему, он не рассчитывал увидеть здесь никого, кроме хозяев. Но, посмотрев внимательно в лицо Валерия Борисовича, остался спокоен.

– И ты здесь, – произнес незнакомец с некоторым удовлетворением.

Потом показал головой на пространство за спиной Ладейникова:

– А где хозяйка?

Валерий Борисович хотел ответить и пропустить незнакомца в дом, но только сейчас увидел в его руке пистолет. Увидел и понял, что шансов на спасение нет – убийца находился всего в четырех или пяти шагах от него. Даже если он и бросится на киллера, тот успеет выстрелить раньше, чем Ладейников сделает эти четыре шага.

– Евгения Ивановна, бегите отсюда! – произнес Валерий Борисович.

Произнес спокойно, а надо было крикнуть. Но кричать он не хотел, чтобы киллер не начал стрелять сразу. Тот все понял и, покосившись на дверь кухни, поднял руку с пистолетом. Холод коснулся лица Ладейникова. Было ли это дыхание смерти или кто-то еще вошел в дом, впустив внутрь сквозняк? В последнюю секунду жизни Валерий Борисович не увидел, почувствовал, что Евгения Ивановна вышла из кухни, и постарался прикрыть ее спиной.

– Ничего личного, – обронил наемный убийца, – работа у меня такая.

И тут же оглушительно грохнул выстрел. Киллер дернулся, выронил пистолет и упал лицом вниз.