Ключ к волшебной горе - Антон Леонтьев

В конце 1932 года Славко объявил:

– Мы переезжаем в Москву!

– Но почему? – Весть о предстоящем переезде испугала Полину. До нее доходили слухи, что в Москве начинают набирать обороты так называемые чистки, неугодных и подозрительных среди партийных кадров лишали должностей и постов, арестовывали и даже расстреливали.

– Я получил перевод в наркомат иностранных дел, – заключил Славко. – Мне поручили заниматься вопросами сотрудничества с Юго-Восточной Европой, в частности, с моей бывшей страной. Представляешь, какие лица будут у королевских сатрапов, когда они узнают, что им придется вести дело со мной – тем самым человеком, который застрелил короля Павла!

Полина понимала, что ее возражения ни на что не повлияют. Новый, 1933 год они отпраздновали в московской квартире. Ничего не изменилось – привилегии сохранились, только вместо Зои Лаврентьевны у Трбоевичей появилась новая экономка, Ангелина Михайловна. Несмотря на то, что она была слаще сахара, женщина не понравилась Полине. Она попросила Славко сменить экономку.

– Что за ерунда! – отмахнулся он. – Ангелина Михайловна – великолепный человек! Ей можно доверять! Она – сотрудник ГПУ!

Полина не доверяла Ангелине, но не спешила убеждать мужа в своем мнении. И вообще, в последние годы Славко переменился. Стал более резким, нетерпимым, уверился в своей значимости и правоте. Полина слышала его выступления на конференциях и съездах – Славко призывал нещадно бороться с врагами Советской власти, указывал на то, что среди граждан страны есть и такие, которые саботируют мудрые решения партии и товарища Сталина, аплодировал громче всех, когда узнавал об очередном аресте своего друга или сослуживца.

– Но как Степан может быть врагом народа! – горячилась Полина по поводу ареста заместителя Славко, честного и преданного сотрудника. – Ты же знаешь его столько лет, он предан делу революции, как и ты. Славко, ты не находишь, что борьба за чистоту рядов смахивает на происки святой инквизиции или... Или паранойю? Нельзя видеть врага в каждом, а именно это и проповедуют с высоких трибун, и ты в том числе!

Славко ударил Полину – в первый раз за их совместную жизнь. Его тяжелая ладонь рассекла ей губу, Полина вскрикнула. Алая кровь закапала на белую блузку.

– Учти, Полина, больше я не потерплю подобных разговоров в своем доме! – сказал Славко совершенно спокойно. – Ты – моя жена, но это не значит, что у тебя есть право вести контрреволюционную агитацию. Я знаю, что партия под руководством Иосифа Виссарионовича делает все, чтобы коммунизм восторжествовал не только в Союзе, но и во всем мире!

В тот раз Полине показалось, что экономка Ангелина Михайловна подслушивала их ссору под дверью. Она наткнулась на хитро улыбающуюся женщину, когда выходила из кабинета Славко.

– Ах, Полина Львовна, вам помочь? – бросилась она к Полине, увидев ее окровавленную губу. Полина вежливо поблагодарила Ангелину и заперлась в своей комнате. Что же происходит? Славко готов променять жену на революционные идеалы?

Она горько заплакала, а потом не разговаривала с мужем две недели. Полина знала, что пути назад нет – подрастал Володя, они жили в Москве. Чего она хочет? Возможно, немного любви и того звенящего легкого чувства свободы, которое она испытывала когда-то давным-давно, только познакомившись со Славко.