Дипломаты, шпионы и другие уважаемые люди - Олег Агранянц

— Опять диалект, — грустно улыбнулся Григорий.

215. О непрестижной профессии дипломат

Жена у третьего секретаря Первого европейского отдела А. Рылова преподавала музыку. Она окончила Высшее музыкальное училище, то же, что и А. Пугачева, а посему и она, и ее муж люто ненавидели известную певицу.

— А ведь она, должно быть, завидует твоей жене, — как-то сказал я ему.

— Почему? — удивился он.

— А как же! Кто она такая? Певица и ничего больше. А твоя жена? Замужем за дипломатом.

В разговор вмешался Володя Гневашев:

— У тебя устаревшие представления о престижности профессий. Я вчера познакомился с заправщицей. Молодая красивая девушка. Кровь с молоком. Пригласил пообедать. Она меня спросила, кто я. Дипломат, говорю, уезжаю в Голландию. Буду встречаться с самой королевой. А она: «Я вас приняла за директора магазина. Вы такой представительный».

— И пообедали?

— Куда там! Кто я такой? Нищий дипломатишко. А она заправщица на заправке в центре города! Она в день зарабатывает больше, чем я за месяц.

216. Ненавистник Высоцкого

Кроме Пугачевой, Рылов почему-то так же люто ненавидел Высоцкого.

Когда тот умер, Рылов возмущался, почему столько шума вокруг его похорон.

— Высоцкого решили в Москве не хоронить, — сообщил я ему.

— Правильно, — обрадовался он.

— Увезут в какую-то деревню и там втихаря похоронят.

— Очень хорошо, — радости Рылова не было предела.

Володя Гневашев сразу понял, в чем дело, и спросил:

— А название этой деревни ты, случаем, не знаешь?

— А как же! — отвечал я. — Знаю. Михайловское…

217. Финские бананы

После Олимпиады в мидовский буфет завезли продукты из Финляндии: сыр, колбасу, конфеты.

Все настолько привыкли к тому, что продукты в буфете финские, что однажды я принес в общую комнату бананы и заявил:

— Финские.

И никто не среагировал. Только минут через десять дотошный Витя Кулешов сказал:

— Я не знал, что в Финляндии есть оранжереи.

218. Куринные тушки не для застенчивых

Как-то в буфете я показал моему приятелю Саше Ровнову на лежащие на витрине куриные тушки:

— Какая поза тебе нравится?

Действительно, ноги у кур были подняты и развернуты по-разному, и намек был настолько очевидным, что следившая за нашим разговором и искоса поглядывавшая на кур буфетчица Лида густо покраснела.

Саша потом часто вспоминал эту историю:

— Надо же, Лидку в краску вогнал.

Однажды я не заметил Лиду, несущую поднос для какого-то начальства, и первым прошел в лифт.

Идущий сзади субъект вежливо уступил ей дорогу, а когда лифт поехал, начал распространяться:

— Я вам приношу извинение за дипломатов, которые не уступают дорогу даме. Есть еще такие у нас.

Естественно, всё в мой адрес. Я не выдержал и спросил Лиду:

— Куриных тушек у тебя сегодня не будет?

К удивлению вежливого субъекта, Лида толкнула меня в бок и захихикала.

219. Как важно быть вежливым

Через пару дней я узнал, что субъект, который отчитал меня в лифте за невежливое отношение к даме, недавно приехал из Португалии и обретается в нашем отделе в португальском секторе.

— Ваш новый сотрудник утонченно вежлив, — доложил я ребятам из сектора, а они дружно засмеялись:

— Подожди, мы тебе покажем.

И точно, через два дня прибегает кто-то из их сектора и зовет: «Иди к нам».

Я пошел и увидел этого вежливого субъекта, разговаривающего по телефону. Речь привести не могу, потому как не решаюсь употребить нецензурные слова. Чаще всего он использовал слово на «п». Главными героинями его разговора были «молодая п.» и «старая п.» Он говорил сначала с «молодой п.». Потом с «п. старой».

Удивлению моему не было границ, когда ребята мне объяснили, что разговаривает он со своей супругой и дочерью и что так он их обычно называет.

Этот тип прославился через полгода тем, что потерял ноту с агреманом на посла Португалии. Португальцы нервничали, они не могли понять, почему советский МИД в течение трех месяцев не дает согласие на прием их посла. Ввиду необычности инцидента его скрыли от Громыко. А главный фигурант отправился посланником в Анголу. Через полгода его оттуда выгнали.

220. Голландское направление

МИД — это большая деревня. Анекдот или шутка распространяется по всем зданиям молниеносно.

Однажды меня назначили временно курировать Голландию.

— Я ничего не знаю про Голландию, — отбивался я. — Знаю только, что голландскими бывают: сыр, х… и высоты.

Через час мне позвонил Леня Теплинский из управления на Гоголевском бульваре.

— А про высоты ты по делу.

Позже один из моих коллег рассказывал:

— Когда я был в Израиле, мне предложили посетить Голанские высоты. Я отказался и сказал, что если речь идет о чем-то голландском, то я предпочту сыр. Меня не поняли.

221. Недостаток бдительных

Около входа в метро «Смоленская радиальная» висела доска «Не проходите мимо». Там помещали фотографии пьяниц, дебоширов и прочих хулиганов.

Мы, великовозрастные шутники из Первого европейского отдела, прилепили туда фотографию нашего товарища Юру Гаганова, добродушного веселого парня, и написали: «Злостный алиментщик. Если его встретите, сообщите по телефону…». И дали телефон одного нашего парня.

Гаганов, ничего не подозревая, в течение двух месяцев пять раз в неделю ходил мимо этой доски. Однако бдительных людей не оказалось. Никто не звонил, и мы фотографию сняли.

222. МИД и его поэты. Поэт первый — заместитель министра

В конце года каждое посольство представляет в Центральный аппарат политический отчет. После знакомства с ним работники Центрального аппарата должны направлять в посольство «заключение на отчет». Быстрота направления этого заключения контролируется Генеральным секретариатом, поэтому мы писали его заблаговременно, зачастую до получения отчета, ибо всё, что будет сказано в отчете, легко прогнозировалось; да и выводы наши мало кого интересовали, мы не читали отчет, и наше заключение в посольстве не читали.

Заключение должен был подписывать заместитель министра. На мою беду заместителем министра, курирующим наш отдел, был А. Ковалев, человек капризный и неумный. Подписать у него бумагу было крайне трудно. Придирался по пустякам. Однажды он вернул мне справку безо всяких объяснений, только на одной странице на полях было написано «ха-ха».