Натюрморт с серебряной вазой - Наталья Солнцева

Лавров саркастически хмыкнул и сложил руки на груди.

– Щелк! – повторил он. – Оригинальный способ расследования.

– Я вообще женщина оригинальная.

– М-м… в этом тебе не откажешь, – вынужден был признать он. – Ладно, слушай, что мне удалось выяснить…

И он выложил все подробности разговора с дежурной на ресепшене и результаты осмотра злосчастного номера.

– Я заметил, что за время нашей беседы с Дмитревной никто из персонала отеля не показывался и ни один постоялец мимо не проходил. Будто вымерли все… тьфу-тьфу! – постучал он костяшками пальцев по деревянной столешнице. – Не дай боже накаркаю.

– Их можно понять…

– Ты веришь, что Ордынцев умер от укуса?

– Да, – кивнула Глория. – А ты?

– Я не верю в вампиров и прочую чертовщину!

Закипел чайник, и она принялась готовить чай. Пакетиков Глория терпеть не могла и заваривала только хороший крупнолистовой чай, который они привезли с собой из Москвы.

– Я ожидала чего-то подобного, – сказала она, накрыв заварник полотенцем.

– Обожаю эту твою манеру! – вспылил начальник охраны. – Ты провидица! Дельфийский оракул! Зачем я потратил столько времени на пустую беготню, если тебе все заранее известно?

– В том-то и беда, что не все.

– Ладно, ты знаешь, кто убил Ордынцева? Это ведь не вампир?

– Конечно нет.

– Слава богу! – Роман шутовски воздел руки к потолку. – Борьба с нечистой силой – не моя парафия.

– Придется осваивать, – невозмутимо обронила Глория. – Ты способный, Рома. Хватаешь все на лету.

Она налила чай в чашки и подала ему. Предупредила:

– Осторожнее, не обожгись.

– Я подожду, пока остынет. Ты мне объясни, какого лешего мы копаемся в чужом грязном белье? Какое нам дело, кто убил Ордынцева? Нас просили вмешиваться?

– Во-первых, мне самой интересно, а во-вторых, мы обещали Руслане помощь.

Она была неподражаема. Лавров сдержал негодование, попытался отхлебнуть чая, обжегся, выругался и в сердцах отодвинул чашку.

– Смолякова лжет. Они с Ордынцевым не ездили ни в какой ресторан. Его «Лексус» припаркован на площадке перед отелем. Готов поспорить, что он простоял там весь прошлый вечер и ночь. А по словам Русланы, Ордынцев оставил машину возле ресторана, которого просто не существует. У нее поехала крыша, – заключил Роман. – Иначе она придумала бы что-нибудь попроще. Странно все это!

Глория разделяла его точку зрения. Частично. Жизнь по сути своей – странная штука. За видимостью обычно скрывается нечто совершенно иное. Попробуй распознай, где ложь, а где правда.

– Что же убило Ордынцева? – вслух размышлял начальник охраны. – Жаль, у меня в этом захолустье нет знакомых в полиции. Предварительная причина смерти должна быть установлена… Может, и вскрытие уже провели. Чего тянуть? Не каждый день в Тамани совершают громкие убийства…

Глория молча слушала его рассуждения, попивая чаек.

– Теперь твоя очередь дежурить, – улыбнулась она.

Лавров споткнулся на полуслове.

– В смысле?

– Караулить Руслану, – пояснила Глория. – Не век же мне тут сидеть? Я тоже не прочь размяться.

– Выйди во двор, погуляй.

– Я хочу мальчика проведать, Гарика. Вдруг он заговорил?

Происшествие в отеле отвлекло Романа от недавней гибели «контрабандиста», и он с трудом переключился.

– Гарик – слепой, – напомнил он. – В любом случае он ничего не видел.

– Зато он мог кое-что слышать тем вечером.

– Думаешь, ему уже полегчало? – не стал возражать Лавров.

Пусть Глория сходит к соседям, развеется, поболтает с хозяйкой. А он пока побудет с Русланой.

Он на цыпочках сходил в спальню и убедился, что блондинка мирно почивает на кровати, укутавшись чуть ли не с головой махровым покрывалом.

Благодаря ливню дом остыл и в комнатах стояла прохлада. Море штормило. Волны с грохотом заливали узкую полоску пляжа, выбрасывая на берег темные клочки водорослей. Лавров обрадовался, что назавтра он будет избавлен от утреннего загара. Вода после шторма будет грязная, а водоросли неприятно пахнут. Глории это не понравится…