Ангелы и Демоны - Дэн Браун

Лэнгдон задумался. «Хранилище костей» было дешевым идовольно прагматичным способом решения непростой и деликатной задачи. Когдацерковь хоронила своих наиболее выдающихся прихожан в красивых гробницах внутрихрамов, не столь известные члены семей усопших желали быть похороненными рядомсо своими знаменитыми родственниками. Это означало, что им следовалопредоставить место под церковными сводами. Однако в церкви не было места длявсего многочисленного семейства, и, чтобы выйти из положения, в земле рядом сгробницей достойных рыли глубокую яму, куда и сваливали останки родичей.Отверстие в земле, именовавшееся «дьявольской дырою», прикрывали крышкой,похожей на ту, которой в наше время закрывают канализационные или телефонныелюки. Несмотря на все их удобство, «хранилища костей» очень скоро вышли измоды, поскольку вонь от разлагающихся тел частенько проникала в помещениесобора. Дьявольская дыра, подумал Лэнгдон. В подобной связи ученый этоготермина никогда не слышал, но он тем не менее показался ему весьма удачным.

«Найди гробницу Санти с дьявольской дырою», — снова иснова повторял он про себя. Вслух же осталось задать всего один вопрос.

— Проектировал ли Рафаэль гробницы или часовни сOssuary annex? — спросил он.

Чичероне поскреб в затылке и после недолгого раздумьяпроизнес:

— Вообще-то… вообще-то мне на память приходит толькоодна.

Только одна, подумал Лэнгдон. О лучшем ответе он не смел имечтать.

— Где?! — чуть ли не выкрикнула Виттория.

Гид окинул их каким-то странным взглядом и произнес:

— Называется она капелла Киджи. Это гробницы АгостиноКиджи[75] и его брата — богатых покровителей искусства и науки.

— Науки? — переспросил Лэнгдон, многозначительновзглянув на Витторию.

— Где? — снова спросила Виттория.

Чичероне проигнорировал вопрос и, вновь воспылавэнтузиазмом, пустился в пространные объяснения.

— Надо сказать, что эта гробница весьма страннымобразом отличается от всех других, — сказал он. — Гробница эта…совсем… можно сказать, differente.

— Иная? — переспросил Лэнгдон. — Какприкажете это понимать?

— Будучи не в ладах со скульптурой, Рафаэльпроектировал лишь внешний вид. Интерьером занимался другой художник. Имени егоя не помню.

Лэнгдон превратился в слух, поскольку речь зашла обанонимном скульпторе иллюминатов.

— У того, кто работал над интерьером, былотвратительный вкус, — продолжал гид. — Dia mio! Atrocita! Комухочется быть похороненным под пирамидами?

— Пирамидами? — Лэнгдон не мог поверить своимушам. — Неужели в часовне находятся пирамиды?

— Ужасно, — сказал чичероне, — вижу, что вамэто не нравится.

— Синьор, где расположена эта самая капеллаКиджи? — дернула экскурсовода за рукав Виттория.

— Примерно в миле отсюда. В церкви Санта-Мария дельПополо.

— Благодарю вас! — выдохнула Виттория. — Атеперь…

— Постойте, — сказал итальянец. — Я кое-чтозабыл сказать. Ну и глупец же я!

— Только не говорите, что вы ошиблись! —взмолилась Виттория.

— Нет, я не ошибся. Просто забыл сказать — сразу невспомнил, что капеллу Киджи раньше так не называли. Фамилия Киджи в названиипоявилась позже. Первоначально она именовалась капелла делла Терра.

— Часовня земли, — машинально перевела Виттория,направляясь к выходу.

Первый элемент и первая стихия природы, подумал Лэнгдон идвинулся вслед за девушкой.