Ангелы и Демоны - Дэн Браун

— Когда Бог на вашей стороне, никакого рисканет, — ответил Карло Вентреска. — А это было Божье дело.

— Вы — сумасшедший! — воскликнула девушка.

— Миллионы получили спасение.

— Погибли люди!

— Но были спасены души!

— Скажите это моему отцу и Максу Колеру!

— Люди должны были увидеть высокомерное бездушие ЦЕРНа.Разве не вы создали каплю, способную превратить в пар несколько городскихкварталов? И вы еще осмеливаетесь называть меня сумасшедшим! — Камерарийпочувствовал, как в нем нарастает гнев. — Те, кто верит, проходят радиСоздателя через великие испытания! Бог потребовал от Авраама принести в жертвусвое дитя! Бог повелел Иисусу пройти через распятие! И теперь, когда мы смотримна изображение распятого Христа — окровавленного и страдающего, — мывспоминаем о могуществе сил зла. Это заставляет наши сердца быть бдительными!Раны на теле Христовом являются напоминанием о силах тьмы! Раны на моем телевопиют о том, что зло живо. Но одновременно они возвещают и о том, что дело Божиевосторжествует!

Его крик замер, эхом отразившись от дальней стеныСикстинской капеллы, после чего под ее сводами воцарилась мертвая тишина.Казалось, что остановилось само время. За спиной камерария видна была картинаСтрашного суда, какой ее представлял себе Микеланджело… Иисус сбрасывалгрешников в ад. На глаза Мортати навернулись слезы.

— Что же ты натворил, Карло? — шепотом спросил он,закрыв глаза. По щекам старика катились слезы. — Неужели и егосвятейшество…

Под сводами капеллы раздался вздох многих людей, и во вздохеэтом слышалась невыразимая боль. Все находящиеся в Сикстинской капелле до этогомомента старались не думать о смерти понтифика.

Да, папа скончался от яда.

— Гнусный лжец! — бросил камерарий.

— О чем ты? — спросил потрясенный Мортати. —Он был человеком кристальной честности! И он… так тебя любил.

— А я его! О, как я его любил! Но он предал мою любовь!Он нарушил обет, данный Богу!

Камерарий знал, что сейчас они его не понимают, но, когда оним все расскажет, весь ужас содеянного покойным понтификом дойдет до ихсознания. Они увидят, что его святейшество был одним из самых мерзких лжецов завсю историю церкви. Камерарий помнил все подробности той ужасной ночи. Онтолько что привез из ЦЕРНа новость об акте Творения, совершенном Леонардо Ветра,и об ужасающей мощи антивещества. Камерарий не сомневался, что понтифик увидитвсю опасность, которую несет с собой это открытие, но святой отец не узрел вэтом научном прорыве ничего, кроме надежды. Он даже сказал, что Ватикан мог быфинансировать работу Ветра. По мнению понтифика, это было бы жестом доброй волипо отношению к научным исследованиям, обещающим благие духовные последствия.

Безумие! Неужели Ватикан будет оплачивать работу, котораяпревратит церковь в ненужный пережиток? Работу, которая приведет краспространению оружия массового уничтожения? Оружия, которое убило маму…

— Нет… вы не смеете этого допустить! — выкрикнулкамерарий.

— Я в неоплатном долгу перед наукой, — ответилпапа. — Есть нечто такое, что я скрывал всю свою жизнь. Когда я был молодым,наука преподнесла мне замечательный подарок. И об этом даре я никогда незабывал.

— Не понимаю. Чем наука могла одарить человека,посвятившего свою жизнь Богу?

— Все очень сложно, — ответил папа, — и длятого, чтобы ты меня понял, потребуется время. Но есть один простой факт,который тебе следует знать. Я скрывал его все эти годы. Думаю, настало времяподелиться с тобой моей тайной.

После этого понтифик сообщил ему ужасную правду.