По закону плохих парней - Эйс Аткинс

Ему не хотелось бы вернуться к Говри. Но когда вы направляетесь к границе штата в машине, едущей на одних парах бензина, иногда не мешало бы помолиться.

Он нырнул в постель, еще раз на всякий случай пересчитав деньги. Затем повернулся к Лене и спящей малышке, подумав, что ее следует назвать Джой, поскольку это имя пришло ему в голову.

Поцеловал в лоб сначала девушку, потом малышку, от которой исходил такой сладкий запах, какого он еще не вдыхал. Интересно, не в этом ли заключается смысл его жизни, подумал он.

В четыре часа после полудня в офис шерифа Тиббехи прибыли полицейские из Джексона. У всех были новехонькие машины, а пистолеты и ружья блестели от свежей смазки. Казалось, они взяли их прямо из фабричных упаковок. Гости носили гражданскую одежду. Следователи – костюмы, специалисты по борьбе с наркотиками – джинсы. На всех были тяжелые охотничьи куртки, надетые на бронежилеты. Уэсли Рут провел гостей внутрь помещения, где они поговорили в комнате для допросов, в которой было выставлено кофе и открытые коробки с пончиками. Вдоль стен стояли старые шкафы с деловыми папками, стопка нераспроданных календарей. Их продавали в целях сбора средств на местную добровольную пожарную дружину.

– Сколько всего бандитов? – спросил седовласый полицейский.

– Не больше двадцати, – ответил Уэсли. – Скорее меньше.

– Все вооружены? – поинтересовался молодой полицейский из ведомства по борьбе с наркотиками, щеголявший усами и жевавший резинку.

– У них несколько обрезов и ружей, – пояснил Рут. – Кажется, есть пара автоматов. Имеется два подхода к месту, где они обитают. Это несколько трейлеров у Чертовой речки. Я покажу их на карте. Одни из нас пойдут по проселочной дороге ко входу, другие – по лесной просеке к выходу. Чтобы они не вырвались, мы должны зажать их с двух сторон.

Рут расстелил топографическую карту, и гости ознакомились с ней, прежде чем выработали план штурма. Потом все разошлись по своим машинам и направились на север округа, лавируя между молодыми соснами, растущими на территории, где поселился Говри. Некоторые полицейские из команды по борьбе с наркотиками ехали на квадроциклах.

Полицейские из бюро по борьбе с наркотиками следовали за четырьмя патрульными машинами округа Тиббеха, каждый в составе своего подразделения, куда были подключены также Лили, Леонард и Джордж. Они тряслись по извилистой проселочной дороге, поднимаясь на холмы и спускаясь по их крутым склонам, направляясь к месту, которое двадцать лет назад было охотничьим лагерем. Этот участок территории еще был отмечен знаками с именем его бывшего владельца Т. С. Маккейна.

Лили вела департаментский джип. Рядом с ней сидел Уэсли Рут, держа между ног помповое ружье «винчестер» и жуя резинку. Он не надел бронежилет, и Лили упрекнула его в том, что он ведет себя легкомысленно. Рут ответил, что эта штука мешает ему дышать.

«Конский хвост» выбивался из-под бейсболки Лили, ее бронежилет топорщился на груди. Она пожала плечами и сказала:

– Твое дело, босс.

– С каких это пор ты стала называть меня боссом?

– С тех пор, как ты стал исполнять его обязанности.

Холодный дождь барабанил по ветровому стеклу, когда они отъехали под уклон холма и остановились у трейлеров и большого выгоревшего сарая. Лили выехала на свободное место, отстоявшее на приличном расстоянии от первого трейлера, вылезла из машины и схватила винтовку 12-го калибра. Ее карманы раздулись, набитые патронами, в висящем на боку «глоке» было еще семнадцать патронов.

– Неудивительно, что ты отпугиваешь мужчин, – заметил, смеясь, Уэсли.

– Только робких, – усмехнулась она.

Обе группы встретились в овраге и рассредоточились. Дождь усилился, заливая холодную сухую землю. Полицейские почувствовали, что дождь переходит в мокрый снег. Тишина, казалось, была насыщена электричеством. Каждый следил за малейшим движением вылинявших занавесок в дверях и на окнах и за обуглившимся проемом того, что осталось от сарая.

Сначала полицейские услышали топот, затем заметили движение на вершине холма.

Они направили оружие на быстро движущееся бурое пятно, взвели курки и взяли его на мушки своих ружей. Лили глубоко задышала, когда зашевелился слой опавших листьев.

Два жилистых питбуля с лаем мчались на полицейских. Уэсли сильно пнул одного из них, отбросив его на несколько футов. Оба пса понеслись назад.

– Это сигнал к началу, – сказала Лили пожилому полицейскому, который неторопливо опускал ружье.

– Я бы пристрелил их.

Рут кивком послал Леонарда и Джорджа к первому трейлеру. Полицейские двинулись шеренгой, сначала стуча в двери, затем толкая их. Внутри они обнаруживали разный хлам, перевернутые кушетки, полиэтиленовые мешки для мусора, одежду и детские игрушки. У четвертого трейлера пожилой полицейский дал команду по радио. Один из квадроциклов с грохотом понесся к Чертовой речке, пересек песчаное мелководье и с натужным ревом стал взбираться вверх по холму.

Полицейские обнаружили на стоянке лишь две брошенные машины. Одну из них раздели полностью. В другой не было только двигателя. Обе машины имели на треснутых ветровых стеклах надписи: «Продается».

Лили натянула капюшон куртки на свою бейсболку, сунула руки в карманы. Уэсли в течение пятнадцати минут зачехлил свой револьвер 45-го калибра и собрал федералов вокруг себя. Он указал на вершину холма, где стояли другие трейлеры. Федералы пожали плечами и потащились наверх.

– Что ты им сказал, босс? – спросила Лили, подходя к Уэсли. За ней последовали Джордж и Леонард. – Ты хочешь, чтобы мы здесь торчали и ждали, что произойдет?

– Бандиты давно ушли, – ответил Уэсли, сплевывая на землю. – И не вернутся.

– Какой позор! – воскликнула Лили, ставя ружье на предохранитель.