Расстояние - Хелен Гилтроу

В кадре появляется четвертый мужчина. Подойдя к Йоханссону, он что-то вытаскивает из кармана его куртки, вертит в руках и убирает в свой карман, затем он приближается к нему почти вплотную и что-то говорит.

Это все? Вот так все закончится?

Мужчина разворачивается и уходит. Остальные следуют за ним. Вскоре появляются еще два человека. Один остается с Йоханссоном, второй нервно, почти в панике начинает носиться вдоль домов, заглядывать в ближайшие переулки.

На этом снятый материал заканчивается.

Когда я смотрела его в первый раз, от волнения так сильно сцепила руки, что ногти до боли впились в ладони.

Не глупи. Ты знала, на что он идет, и так все и вышло.

Прокручиваю запись на начало. Опять передо мной Йоханс сон, незнакомый мужчина, он наклоняется и говорит – что? Это не удар. Важное сообщение? Угроза? Или поцелуй?

Еще раз, надо вглядеться внимательнее. Когда лицо появляется на экране крупным планом, я нажимаю паузу и открываю список участников Программы.

Найти его данные несложно: это ангельское лицо ни с кем не перепутаешь. Его зовут Брайс, специализируется на пытках. На снимке он улыбается.

Йоханссон называл это имя во время встречи в пабе в Уондсуэрте. Именно Брайса он избил в Программе, а Брайс – доверенное лицо Кийана.

Конверт я нахожу в знакомой мастерской в Харингее. Он без адреса и имени, спрятан в покрышке. Я открываю его, сидя на втором этаже красного автобуса, остановившегося на светофоре на Чаринг-Кросс-Роуд. В нем лишь флешка, и больше ничего.

Вернувшись домой, первым делом запускаю программу проверки безопасности, затем открываю единственный файл под названием «Девлин».

Информация о Марке Девлине, чью визитку я нашла в квартире Кэтрин Галлахер.

Быстро пробегаю глазами биографию. Мне уже известно о его идеальном детстве в богатой семье (прогулки на яхте, верховая езда; семья владела домом в Уэльсе), школа в Вестминстере, недолгое увлечение медициной, его хватило на два курса обучения в Эдинбурге, затем занялся наймом сотрудников. Уже четыре года он с успехом работает в собственной компании. Несколько фотографий с премьер, вернисажей в модных галереях; трижды он появлялся в оперном театре. На каждом снимке его держат под руку разные привлекательные девушки; Кэтрин среди них нет.

Далее запись допроса.

Сначала звучит голос Эллиса. В нем слышно нетерпение.

– Уже поздно, поэтому постараюсь быть кратким. Где вы познакомились с Кэтрин Галлахер?

Если бы я могла видеть лицо Девлина. Хмурится ли он? Озадачен? Смущен или шокирован?

– Итак, сэр. – «Сэр» лишь формальное обращение, без должного уважения.

– На конференции. – Голос спокойный, чуть хриплый. – В Праге два года назад. – Ничего, что бы вызвало интерес Эллиса. – У меня компания по найму персонала для медицинских учреждений; она же врач. – Пауза. – Мы стали общаться.

Этого не было в других документах.

Эллис не упускает ни одной детали.

– И как долго продолжалось ваше общение?

– Мы иногда встречались, около месяца, наверное, раз пять или шесть.

– Вы не против того, чтобы рассказать, как все закончилось?

– Мы оба много работаем… Все само собой завершилось. Я не думал, что это кому-то известно. – Скрытый вопрос: «Как вы узнали?»

Эллис его игнорирует.

– Вы поссорились?

– Нет.

– Вы знали, что у нее депрессия?

– Нет.

– Она посещала психоаналитика.

Пауза.

– Я не знал. – Кажется, сказано искренне.

– Вы не думали обратиться в полицию, когда она пропала?

– Мы не виделись уже несколько месяцев.

– Вы уверены? Даже мельком? Например, на конференции?

– Совершенно уверен.

– Каким она была человеком?

– Образованным, умным, амбициозным, преданная делу.

– У вас были на нее профессиональные виды, мистер Девлин? Наряду с…

– Нет.

– Вы никогда не предлагали ей стать вашим клиентом?

– Нет.

– Вы обсуждали ее проблемы, события на работе, например?

– Нет. Во время последней нашей встречи у нее все было хорошо. Вы говорили, у нее была депрессия. Полагаете, она…

– У вас были опасения за ее жизнь?

Впервые Девлин, кажется, шокирован.

– Нет, разумеется, нет. С какой стати?

Я буквально вижу, как Эллис смотрит на него равнодушным взглядом и произносит будничным тоном:

– Это обычные вопросы в подобных случаях, сэр. Такова моя работа.

– Итак, Прага. Развлечение для врачей. Он рад прибрать к рукам таланты, она великолепна и честолюбива. У них роман. Они возвращаются в Лондон, где связь продолжается. – Эллис фыркает. – «Образованна, умна, амбициозна, предана делу». Бог мой. Похоже на цитаты из анкеты, верно? Может, они больше трахались, чем разговаривали. – Пауза, и Эллис продолжает: – Это не он. Да, да, я знаю правила, прежде всего проверяют друзей и близких. Нет, он к этому не причастен.

– Почему?

– Вы на что намекаете? Они трахаются, он ей надоедает, а через одиннадцать месяцев Девлин решает отомстить из ревности?

– Его слова помогают определить временные рамки, их отношения попадают под них.

– Послушайте, его девушка пропала без вести, но он не скрывает, что у них были отношения. Он знает, что тем самым включает себя в круг подозреваемых. Именно поэтому Девлин и молчал все это время, не хотел навредить себе. Кроме того, существуют три записи телефонных разговоров, я все проверил. Частые звонки двухгодичной давности с его мобильного на ее и наоборот. Начинаются сразу после Праги и прекращаются через месяц, потом ничего, никаких разговоров ни с мобильного, ни с рабочего или домашнего. Да, я понимаю, то, что он не признается, не означает, что не думает. И вот еще что: зачем она сказала, что заболела ее мать?

– Может, решила таким образом от него избавиться?

– Зачем? Он издевался над ней? Охотился, искал? Оставлял сообщения на автоответчике или забрасывал письмами? Вы думаете, нашли того, кого искали? Нет и нет. Все неверно. Только послушайте, как он о ней говорил. Такое впечатление, что Девлин отвечает на вопросы о почти незнакомом ему человеке.

Последняя фраза долго крутится в моей голове уже после того, как разговор с Эллисом закончен.