Последняя охота - Жан-Кристоф Гранже

Ей сказали: «В конце коридора поверните налево». Лейтенант покинула тесный и темный одноместный номер в прозрачной шапочке, с полотенцем на плече и пошла босиком по кафельному полу к слепившей глаза галерее: с одной стороны солнце, с другой – фаянсовая стена, отражающая его лучи. Эффект рефракции был так силен, что кафель фосфоресцировал. Взгляд Иваны по-прежнему притягивали открытые бассейны.

У каждого была своя особенность: в одном со дна взлетали мощные струи и обрушивались в чашу, как бенгальские огни; в другом было полно водопадов и булькающих джакузи; третий имел форму кругового коридора – сильное течение толкало купающихся в спину, как целлулоидных уточек в ярмарочном тире.

Она добралась до противопожарной двери и вошла не постучав. Сначала ей показалось, что это обычный хаммам, забранный в кафель и заполненный паром. Приглядевшись, Ивана заметила, что вдоль стен стоят… саркофаги?! – отделенные друг от друга деревянными ширмами.

Аромат эвкалипта (ей всегда казалось, что в любом SPA пахнет марихуаной) был таким густым, что щипало в носу и обжигало горло. В каждой «ванночке» неподвижно, как тюлень, лежал пациент в красной купальной шапочке.

В самом конце зала Ивана нашла наконец свою валькирию. Женщина в черном купальнике, куда можно было втиснуть двух-трех таких, как хорватка, сыпала в «гробы» полупрозрачную соль, похожую на крупные бриллианты. Ивана вообразила, как растворяются в воде сера, магний и микроэлементы, превращаясь в пузырьки, и подумала: «Можно было бы полежать…»

– Вы Лоретта Кауфман?

Женщина поднялась на ноги и встала перед Иваной, не выпустив из рук деревянного ведерка. Рост – метр восемьдесят, возраст – под семьдесят. Атлетичный силуэт впечатляет – истинно германская красота, стальной взгляд, мощные челюсти. Бочкообразный живот не уступал внушительному бюсту, покоясь на стройных ногах, как водонапорная башня на сваях.

– Да, – ответила она. – А вы журналистка?

– Полиция…

Экс-гувернантка не выглядела удивленной, после гибели Юргена ее наверняка достают все кому не лень. Ивана представилась, внутренне посмеиваясь над нелепостью ситуации: лейтенант уголовной полиции в прилипшем к телу купальнике и резиновой шапочке – не самый представительный вариант, так пусть это будет визит вежливости.

Объясняя цель своего прихода, она разглядывала фройляйн. Сильнее всего завораживало лицо Лоретты. Подумать только – ни одной морщины! Над ней и время не властно, что ли? Бледная кожа с просвечивающими голубоватыми жилками напоминает вылизанный морем, оплетенный водорослями галечник.

– Подождите минутку, – скомандовала она, достала из бочки охапку березовых веток, отошла в конец зала и стала противоходом нахлестывать направо и налево плечи купальщиков. «Неудивительно, что при такой няньке Юрген стал садомазохистом, – подумала Ивана. – Зачем менять команду-победительницу?»

– Ну вот и все, – объявила Лоретта, расставаясь с веником. – Идите за мной.

Коридор за другой дверью привел их в помещение без окон. Ивана не поняла, откуда проникает свет, но все вокруг было белым: этакий кубик Рубика из фаянса, заполненный паром.

Лоретта кивком указала на прикрепленную к стене лавку, и Ивана покорно уселась. Остается одно: таять, как ледышка на жаркой ладони.

– Трите кожу, не ленитесь! – Лоретта протянула ей пемзу.

– Спасибо, не сегодня.

– И зря. Красота обновляется, регенерирует. Нужно ей помогать, очищая кожу. Не позволяйте годам затянуть вас в свою паутину…

Ивана не помнила, когда в последний раз делала чистку. «Да что там чистку – ты даже увлажняющим кремом не пользуешься!» – укорила она себя. Пункты плана «Начать заботиться о себе» и «Бросить курить» оставались актуальными, но длинный перечень дел был не более чем попыткой оправдать откладывание на потом всего скучно-полезного.

Большинство людей уверены, что станут «полноценными личностями», только осуществив все планы, но данные себе обещания и клятвы подтачивают нас изнутри. Так что все мы – жертвы мечтаний.

Лоретта села рядом с Иваной, взяла черную волосяную рукавичку для пилинга.

– Что вы хотите знать? – спросила она, растирая лодыжки. – Я вытолкала взашей всех журналистов, но с агентом французской полиции встречаюсь впервые, так что давайте поболтаем…

Ивана очень коротко обозначила сферу своих интересов и «уступила микрофон» бывшей гувернантке. Та не заставила себя уговаривать и повела рассказ о «ненастоящих близнецах».