Пора убивать - Джон Гришэм

Родхивер бросил на Бакли полный отчаяния взгляд, который тутже попытался прикрыть доброй улыбкой, предназначенной для членов жюри.Мгновение-другое он колебался, а следующая секунда его молчания затянулась ужеслишком.

– Он в Уитфилде, не так ли? – спросил Джейк таким тоном, чтовсем слушавшим стало ясно: ответ будет «да».

– По-моему, да, – сказал Родхивер.

– Значит, под вашим непосредственным присмотром, доктор?

– Полагаю, что так.

– С каким диагнозом, доктор?

– По правде говоря, не знаю. У меня много пациентов, и...

– Параноидальная шизофрения?

– Может быть... да.

Сделав несколько шагов назад, Джейк оперся о барьер, раскрылпапку.

– Я хочу, доктор, внести полную ясность для присяжных. Втысяча девятьсот семьдесят пятом году вы показали в суде, что Дэнни Букер былабсолютно нормален и полностью осознавал, что он делает в момент убийства двухчеловек, а жюри не согласилось с вами и признало его невиновным, и с тогосамого времени этот человек является пациентом вашей клиники, находитсянепосредственно под вашим наблюдением и проходит курс лечения от параноидальнойшизофрении. Я прав?

Выражение лица Родхивера ясно говорило присяжным, что Джейкправ.

Джейк вытащил из папки другой лист, сделал вид, чтовчитывается в него.

– Помните ли вы свои показания в суде по делу некоего АдамаКоуча в округе Дюпри в мае семьдесят седьмого года?

– Да, помню.

– Дело об изнасиловании, верно?

– Да.

– Вы выступали на стороне обвинения, против мистера Коуча?

– Да.

– Вы утверждали перед присяжными, что обвиняемый находился вполном рассудке?

– Именно таковы были мои показания.

– Вы помните, сколько врачей свидетельствовали об обратном,настаивая на том, что перед присяжными больной, потерявший рассудок человек?

– Их было несколько.

– Вам приходилось когда-нибудь слышать о докторах, которыхзовут Феликс Перри, Жене Шумат и Обни Уикер?

– Да.

– Они опытные психиатры?

– Да.

– И все они говорили, что обвиняемый был душевнобольным?

– Да.

– А вы оказались единственным, кто с этим не соглашался?

– Насколько я помню, да.

– Какое решение приняло жюри, доктор?

– Его признали невиновным.

– По причине потери рассудка?

– Да.

– Где сейчас мистер Коуч, доктор?

– Думаю, что в Уитфилде.

– И как долго?

– По-видимому, с момента завершения процесса.

– Понятно. Скажите, для вашей клиники является нормойпринимать пациентов и держать их у себя, когда эти пациенты являются абсолютнонормальными в психическом отношении людьми?

Родхивер изнемогал под тяжестью вопроса. Нервы его начиналисдавать. Он смотрел на прокурора – защитника интересов народа – и молил еговзглядом: «Я уже не могу, сделай же что-нибудь, останови это».

Джейк держал в руке новый лист.

– Доктор, вы помните суд по делу Бадди Уоддолла, это округКлеберн, май семьдесят девятого года?

– Да, конечно, помню.

– Убийство, да?

– Да.

– И вы в качестве эксперта-психиатра заявили передприсяжными, что мистер Уоддолл не являлся душевнобольным человеком?

– Да.

– Скажите, а сколько врачей были не согласны с вашиммнением, считая обвиняемого психически ненормальным человеком?

– По-моему, пятеро, мистер Брайгенс.

– Совершенно верно, доктор. Пятеро против одного. Помнитевердикт жюри?

Сидевшего в свидетельском кресле эксперта начали охватыватьгнев и разочарование. Мудрого дедушку-профессора, отвечавшего правильно насамые каверзные вопросы, загоняли в угол, как крысу.

– Да, помню. Невиновен, вследствие разрушившей психикуболезни.

– Как вы объясните это, доктор Родхивер? Пятеро противодного, и даже присяжные не на вашей стороне?

– Присяжным нельзя доверять, – неосторожно вырвалось уРодхивера. Он вздрогнул, бросил взгляд на жюри, но было уже поздно.

Недобро усмехнувшись, Джейк посмотрел на эксперта, затемповернул голову в сторону присяжных. Сложив руки на груди, он позволил словампсихиатра утонуть в многозначительной тишине. Так он и стоял, улыбаясь своемупротивнику.

– Можете продолжать, мистер Брайгенс, – напомнил ему Нуз.

Медленными, размеренными движениями Джейк собрал в папку всебумаги и, не сводя пристального взгляда с Родхивера, проговорил:

– Думаю, ваша честь, от этого свидетеля мы уже достаточноуслышали.

– Дополнительные вопросы, мистер Бакли?

– Нет, сэр. У обвинения нет вопросов.

Нуз повернулся к присяжным:

– Леди и джентльмены, процесс почти завершен. Свидетелей унас больше нет. Сейчас я должен буду переговорить с юристами по поводунекоторых технических вопросов, после чего они получат возможность обратиться квам каждый со своим заключительным словом. Все это начнется в два и займет унас пару часов. К четырем вы будете знать о деле абсолютно все, и до шести япозволю вам совещаться. Если сегодня вы не придете ни к какому решению, васвновь отвезут в гостиницу, где вы пробудете до завтрашнего утра. Сейчас почтиодиннадцать, объявляю перерыв до двух часов. Юристов прошу зайти в мой кабинет.

Полуобернувшись к своему адвокату, Карл Ли впервые послесубботнего заседания сказал Джейку нормальным человеческим голосом:

– Здорово ты с ним расправился, Джейк.

– Не спеши. Послушай, как я буду говорить в самом конце.

* * *